Взлетная полоса
– Завтра!
– Не спеши, – остудил рвение лейтенанта Кольцов.
– Послезавтра! – поправился Борисов.
– Неделю даю, – усмехнулся Кольцов.
– Все равно раньше сделаю, – упрямо ответил Борисов и, снова вопросительно взглянув на капитана, спросил: – А как с вечером? Не забыли?
– В восемнадцать ноль-ноль! – уверенно ответил Кольцов.
Борисов улыбнулся и, взглянув на Руденко, вдруг задумался.
– А если и инженера пригласить? – шепотом предложил он.
Кольцов неопределенно пожал плечами. Но мысль лейтенанта показалась ему забавной, и он сказал:
– Пожалуйста. Приглашай. Ты хозяин.
Борисов, словно только этого и ждал, смело подошел к Руденко, сказал:
– Товарищ инженер, если у вас сегодня вечер свободный, приходите к нам. У меня день рождения. Будут все наши…
Юля оторвалась от записей.
– Поздравляю. Спасибо, но вряд ли смогу, – мягко отказалась она и добавила: – Вряд ли найду время.
– А вы поищите, – не отступал Борисов. – Мы ведь с вами одно дело делаем. Нам с вами дружить да дружить.
– Это верно, – согласилась Юля.
– Вот и прекрасно! – по-своему истолковал ее ответ Борисов. – Будем ждать!
Когда за лейтенантом закрылась дверь, Юля спросила, указав на чертежи глазами:
– Что это, если не секрет?
– Учим солдат водить танки под водой, – ответил Кольцов.
Но Юле такого объяснения оказалось недостаточно. Она указала на чертежи рукой:
– И для этого нужны такие приспособления?
– Совершенно верно, – подтвердил Кольцов. – Этот тренажер с гирополукомпасом облегчит обучение вождению танка под водой. А этот макет поможет бороться с водобоязнью. При подводном вождении всякое может случиться: на мину танк нарвется, двигатель заглохнет, да мало ли что! Вот и будем тренировать солдат, как надо вытаскивать из танка пострадавшего товарища, как ловчее набросить на крюк буксирный трос. А чтобы технику лишний раз в воду не гонять, решили соорудить макет танка. Он здесь и изображен…
– Теперь ясно, – сказала Юля, перелистала еще несколько страниц в тетради, сказала: – А замеров, Сергей Дмитриевич, я так и не нашла.
Кольцов подошел к железному шкафу, раскрыл его, достал свой планшет, в котором делал записи накануне.
– Вот замеры.
– Все?
– Все до единого, – заверил Кольцов. – Что на ленте было, то и здесь. Для себя переписывал. Хотел как-нибудь на досуге заняться анализом. Но уж раз ленту не уберег, они ваши.
– Ну что ж, спасибо. Пойду. У нас сейчас совещание начинается! – Юля встала и быстро направилась в штаб.
* * *Она зашла в кабинет, когда все сотрудники КБ, присутствовавшие на испытаниях, уже сидели за столом. Ачкасов сразу же обратил внимание на необычную озабоченность Юли и мягко заметил:
– У вас, Юлия Александровна, такой вид, будто вы что-то потеряли.
– Я действительно потеряла, Владимир Георгиевич, – призналась Юля и коротко рассказала собравшимся об истории с измерителем.
– Ну, знаете, это совсем ни на что не похоже! – сразу встрепенулся Бочкарев. – С чем же мы вернемся?
Ачкасов тоже недоуменно развел руками.
– Странно, почему же мне ничего об этом не доложили? – неизвестно к кому обращаясь, проговорил он. Но оказалось, что он имел в виду совсем не разбитый прибор. – Если я правильно вас понял, то командир роты предотвратил крушение?
– Очевидно, да, – не совсем уверенно ответила Юля.
– Тогда, конечно, совсем другое дело, – смутился Бочкарев. – Я-то, признаться, подумал о самой обыкновенной аварии. Мало ли что бывает!
– Бывает. Я разберусь, – пообещал Ачкасов и приступил к делу. Он подробно расспросил каждого сотрудника бюро о том, что тому еще предстояло сделать в полку. Просмотрел интересовавшие его отчётные карточки. И вдруг объявил: – Я сегодня ночью уеду в Москву. Мне в какой-то степени картина ясна.
– Да и мне тоже, – неожиданно признался Бочкарев.
– Но вы, Юрий Михайлович, доведите всю программу испытаний до конца, – предупредил Ачкасов.
– Непременно. Все будет как надо, Владимир Георгиевич.
– А что же мне делать? – спросила Юля.
– А вам, наверное, тоже надо возвращаться в Москву, – подумав, решил Бочкарев. – Добывайте там новый измеритель. Высылайте его сюда. Без замеров мы как без рук.
Ачкасов поддержал Бочкарева:
– Конечно. Раз уж так случилось – надо исправлять положение.
Глава 5
Кольцов пришел к Борисовым, когда гости уже сидели за столом.
Он переступил порог комнаты и не поверил глазам: за столом, рядом с Беридзе, сидела Юля. Он видел ее третий раз. И каждый раз представала перед ним совершено иной, не похожей на ту, предыдущую Руденко. На танкодроме она ему откровенно не понравилась: показалась холодной, надменной. В парке и даже в канцелярии ее лицо не покидало выражение тревоги, крайней озабоченности. Теперь она была само спокойствие. Угадывалось, что она чувствует себя как дома. И именно теперь Кольцов вдруг понял, что Юля очень красива. И уже было странно и совершенно непонятно, как и почему он не заметил этого раньше. Глаза у Юли были не просто большие, а огромные. И не холодные, а искристые, как изумруды. Зубы ровные, белоснежные, с едва просматриваемой голубизной. Волосы она распустила, и они легли ей на плечи тяжелыми, густыми прядями…
Все это Кольцов рассмотрел, пока подходил к столу. И кажется, кроме этого, никого и ничего больше на заметил. Борисов указал ему на стул рядом с приезжей гостьей. Это было самое почетное место за столом. Кольцов улыбнулся.
– Именинник не я, а ты. Сам сюда и садись, – сказал он и пристроился возле Аверочкина, напротив Юли.
Беридзе, казалось, только этого и ждал. Едва Кольцов опустился на тахту, бессменный тамада всех торжественных обедов и ужинов в роте поднялся с бокалом в руке.
– Нет еще Алексея Гавриловича. Но ждать уже совершенно невозможно, – выразил он общее мнение собравшихся. – Закуска сохнет, вино киснет – полная бесхозяйственность. А нас как раз пригласили и откушать, и выпить. Я предлагаю всем поднять бокалы!
Входная дверь тихо хлопнула. На пороге комнаты появился Чекан. Его смуглое лицо с неизменной скептической улыбкой сейчас выражало явную озабоченность. Чекан пригладил взъерошенный чуб и зашел в комнату.
– И это называется воинское товарищество! Одни жуют осетрину, другие должны стучать молотком по железу, – обратился он ко всем сразу, сказал он и выложил на стол перед именинником новенькую электробритву.
– Время сбора для всех было указано одно, – заметил Кольцов.
– Ну да, вы бы вчера еще паровоз под откос столкнули. Тогда я наверняка управился бы только к утру.
Чекан хотел что-то добавить, но его опередил Борисов. Он взял бритву и, не спуская с нее глаз, спросил:
– Я так понимаю, это мне?
– Вы просто Мессинг. Именно вам, – подтвердил Чекан. – Любите, юноша, технику, только она поможет идущему осилить дорогу, – сказал Чекан.
…Кольцов украдкой посмотрел на Юлю. Москвичка не участвовала в общих разговорах. Но по всему было видно, что компания ей по душе. Она улыбалась глазами и совсем едва заметно уголками рта. Улыбалась добро, тепло, как улыбаются взрослые, когда смотрят на шалости детей. Кольцову захотелось встретиться с ней взглядом. Но Юля не отрываясь смотрела на Чекана.
– Командир еще не сказал тост! – услыхал Кольцов голос тамады.
Кольцов знал, что рано или поздно очередь произносить тост дойдет и до него. Но ему не хотелось прерывать свои мысли о Юле. И он почти с укором посмотрел на ретивого тамаду. Но делать было нечего, поднялся.
– И скажу, – согласился он.
Гости тотчас же окружили его. Юля тоже наконец-то обратила на него внимание. Взгляд ее по-прежнему был добрым, но теперь в нем, как показалось Кольцову, просвечивалось еще и любопытство, словно москвичка оценивала его. «А может, это и действительно так? – подумал Кольцов, уловив на себе этот взгляд. – И впрямь ведь, как сказал Борисов, ей с нами работать да работать!»