Они не люди. Книга вторая (СИ)

Он отдал фотографию брату и потер виски.
— Вот что. Кажется, я понял, что произошло. Вы собирайтесь пока. А мне нужно найти Анонимуса.
Анонимус оказался именно там, где Аверин и предполагал, под дверью спальни Миши. Внутрь фамильяр заходить не решался.
Аверин заглянул в спальню. Мария поила Мишу молоком, а Кузя мирно дремал у мальчика на коленях.
Аверин закрыл дверь.
— Анонимус, иди за мной, — позвал он и направился в библиотеку.
Когда он зашел внутрь и повернулся, чтобы заговорить, Анонимус упал на колени.
— Хозяин, умоляю… — прошептал он и ткнулся лбом в пол.
Аверин вздохнул.
— Подними голову и объяснись.
— Я виноват. Я… бросил вас на верную смерть, бросил его сиятельство, Вазилиса Аркадьевича, госпожу Марию… остальных детей… И всё равно, всё равно не спас юного хозяина.
— Миша жив, если ты не заметил.
— Да… но я не смог… не справился. Сам его чуть не убил… и вас… и его сиятельство… Это всё из-за меня! Если бы я молчал! Ваше сиятельство! Хозяин! — он пополз к Аверину и вцепился ему в руку: — Умоляю, отправьте меня в Пустошь. Я не достоин быть фамильяром Авериных. Я хочу, чтобы меня сожрали, хочу забыть этот позор…
Аверин вырвал руку без всякого труда, настолько див был слаб, и, призвав щит, резко и сильно врезал Анонимусу в челюсть.
Тот отлетел к стене, опрокинув кресло, и медленно поднялся. По его подбородку потекла струйка крови. Див стер ее и посмотрел на испачканную руку с некоторым удивлением. А потом на Аверина. И это уже не был прежний взгляд побитой собаки.
— Ну, легче? — спросил Аверин.
Анонимус коротко кивнул.
— Возьми себя в руки, немедленно. Сейчас тебе нужно как следует поесть. Есть что-то живое? Ты, помню, кур заказывал для Сары.
— Да. На заднем дворе несколько клеток еще стоит.
— Прекрасно. Съешь их. И всё, что найдешь в доме, кроме той еды, что вы возьмете в дорогу. Тебе идти ночью через Ладогу на яхте. Мы с Кузей сможем вас проводить только до озера. У меня тут очень важное дело.
— Понял, хозяин, — наклонил голову Анонимус, — что нужно собрать?
— Всё, что сочтешь нужным. Вы, скорее всего, уезжаете надолго. Но много вещей брать нельзя, у нас всего две машины. И вот еще. Скажи мне, ты ведь был на свадьбе отца и мамы?
— Да, — ответил Анонимус. Он снова стал похож на себя, собранный и сдержанный.
— Значит, ты видел фамильяра Метельских. Он один у них?
— Нет. Фамильяров у них двое, один по мужской линии, другой по женской.
— Я так и знал, — Аверин стукнул себя кулаком по ладони, — этот, по женской. Он кому принадлежал тогда?
— Вашей бабушке, госпоже Лидии Метельской. После ее смерти должен был перейти вашей матери. Но… — Анонимус запнулся, — теперь должен перейти к госпоже Любаве.
— Именно, — Аверин улыбнулся, — вот теперь всё сходится. Спасибо, Анонимус. Иди и приведи себя в порядок. У семьи Авериных, знаешь ли, пока всего один фамильяр.
 Глава 8 
Выдвинуться удалось через два часа. Миша уже почти пришел в себя. Мария накормила детей перед дорогой. Аверину тоже перепали пара бутербродов и чашка кофе. Это помогло бороться со сном.
Ехали чуть больше получаса. Кузя за рулем не разгонялся особенно сильно, их машина держалась прямо за машиной брата.
Причал в Шереметьевке оказался пустым. Но Анонимус быстро нашел сторожа, вскоре они загрузили в яхту всё, что привезли с собой. И только когда судно отошло от берега, Аверин облегченно вздохнул.
— Домой? — спросил Кузя.
— Да, у нас еще много дел. Я знаю, кто похитил меч.
— О, здорово! — обрадовался Кузя. — Вдруг, получив свой меч, Императорский див оставит нас в покое?
— Хорошо бы, — усмехнулся Аверин, — но я бы на это не очень рассчитывал.
Он сел в машину и прикрыл глаза. Ехать долго. Можно успеть немного вздремнуть.
«Бз-зынь. Бз-зынь».
Аверин прислушался к звуку и вдруг понял, что это будильник. Он вскочил и начал судорожно озираться по сторонам. Было уже светло, из-за закрытой двери спальни доносились позвякивание и тихое бормотание телевизора.
 
Он провел рукой по волосам и открыл дверь.
Тут же рядом возник Кузя.
— А я завтрак готовлю, — торжественно возвестил он, — вы сказали, дел много, я подумал, тетушку Маргариту ждать не будем, сразу за мечом пойдем, как поедим, да?
— Хм… — Аверин нахмурился, — как я вообще сюда попал?
— А, — улыбнулся Кузя, — это же я вас принес. Мы приехали, я давай вас будить, а вы совсем в отключке, только бормочете что-то. Ну и понятно же: столько крови потеряли. И не ели почти. Хотя вас еда так быстро не лечит, как дивов. Жалко, правда?
— Да уж… — Аверин потер глаза, — кстати, а ты? Тебя Императорский див полоснул, я почувствовал. Как ты так быстро излечился?
— Хех, — Кузя просиял, — так я это, лося съел.
— Лося? — Аверин удивленно округлил глаза.
— Ага, он в лесу неподалеку ошивался. Не повезло ему… но я же не специально, у меня выбора не было!
— Да, точно. Не вини себя, — пробормотал Аверин и направился в ванную. На пороге оглянулся. — Слушай, ты же легко получаешь личины. Так что же выходит, у тебя теперь есть облик лося?
— Ага, — радостно улыбнулся Кузя.
Умывшись и немного придя в себя, Аверин нашел в кармане вчерашнего костюма рисунок дива-похитителя. В гостиной с полки взял фотографию родителей, копию той, что была у Василя, и сравнил.
Нет, сомнений не осталось. Див с рисунка был сильно похож на маму. Вероятнее всего, это и был фамильяр, передающийся по женской линии.
Аверин только горестно вздохнул. Если бы он не заснул! Сейчас дядя вместе с мечом уже может быть далеко, даже за границей.
…Но зачем это дяде? Если верить императору, или, скорее, диву, Василий Метельский — один из самых приближенных к нему людей. Посвященный.
Но он украл меч, это несомненно. И он же предупредил о нападении.
Что он задумал?
— Гермес Аркадьевич, всё готово, нести?
— Да, — сказал Аверин и направился к столу, — сейчас быстро поедим и к дяде. Надеюсь, он тоже решил… поспать.
Дядя оказался дома и сам открыл дверь. И тут же выдохнул облегченно:
— Слава Богу, вы живы. Но почему вы здесь? Почему до сих пор в городе?
— Можно мы войдем? — вместо ответа спросил Аверин. Дядя посторонился, пропуская их в дом. Кузя огляделся и незаметно показал палец.
В доме див, понял Аверин и сделал знак Кузе, чтобы тот держал ухо востро.
— Нужно поговорить, дядя. Это не терпит отлагательств.
— Ну, говорите, — голос Василия Метельского стал очень напряженным. Аверин вздохнул. Дядя спас их семью, или хотя бы пытался. Надо разобраться, что им движет, и постараться решить дело миром.
— Василий Иванович, — сказал он, — давайте начистоту. Меч всё еще у вас?
— Понятно… — медленно протянул дядя, — так вот зачем вы пришли. Что же, я опасался, что вы догадаетесь. Но как?
— Не важно, как, — вздохнул Аверин, — прошу вас, отдайте мне меч. У меня время до вечера, чтобы вернуть его. Вы сможете успеть уехать из страны.
— А моя семья? Они останутся здесь, у него в заложниках. Нет, простите. Всё слишком далеко зашло, — последние слова дядя почти выкрикнул, и Аверин увидел, как Кузя, сорвавшись с места, вылетел из одежды и рванул куда-то в глубь дома.
«Дядя криком подал сигнал своему диву», — догадался он.
— Это был не ваш сын… — с горечью проговорил дядя и шагнул вперед, — простите, но мне придется вас задержать.
Между его руками появилось изумрудное сияние.
— Стой! — мысленно крикнул Кузя, поняв, что достиг разума удиравшего дива. — Иначе я тебя сожру!
Див был слабее, но ненамного. И весьма шустрый. Кузя уже обежал почти весь дом, но увидеть его так и не сумел. Хотя постоянно ощущал рядом.
Ответа он не получил. Кузя знал, что произносит пустую угрозу. Сохранять память сожранных дивов он не умел. Владимир объяснял, но только теорию. А скрытный див был нужен хозяину, как свидетель. А еще, скорее всего, этот див знал, где меч, и убегал, чтобы забрать его и перепрятать. По крайней мере, вор не покидал дома и не вступал в открытый бой.