Мне отмщение, и Аз воздам (СИ)

Я погладил своего «смертника» по чешуе. Прости меня, боец, но тебе придётся сегодня умереть во благо своего повелителя!
— «Доброволец», мля! Сказал бы просто, что таракана своего вызвал! Я смотрю, ты этих ублюдков прям обожаешь⁈ — скривился от омерзения Гаврила, с ненавистью смотря на меня и разминая запястья — ты сам уже как монстр стал! Урод! Крепите мужики взрывчатку!
Я промолчал. Прав Гаврила, я урод. Мне нравиться наблюдать за мучениями, мне нравиться убивать… моя психика меняется, я сам это чувствую!
Синяя изолента рулит. Универсальное средство. С помощью неё можно починить любой отечественный автомобиль, она заменит пластырь и жгут в экстремальных ситуациях, с помощью синей изоленты даже Польшу можно превратить в нормальную славянскую страну! Если, что-то нельзя починить с помощью изоленты, то это нельзя починить вовсе! Вот и сейчас, с помощью этого универсального средства, обычного «паука» превратили в ходячую бомбу. Настоящий шахид с поясом смерти! Взрывник туда помимо тротиловых шашек ещё и пять гранат Ф-1 навешал! А ведь так и есть, этот жук истинный мученик за свою веру! Я отличаюсь от него как вертолёт от улитки, но раз я могу отдавать ему приказы, значит так нужно, значит я имею на это право! У него нет сомнений в правильности моих действий, он верит мне безоговорочно, я для него и есть бог!
— Ну всё братва, валите нахер, я сам шнур подожгу — когда взрывник закончил мудрить с зарядом, я попытался отослать Гаврилу с мужиками в укрытие. Нечего им рисковать, всё равно от них сейчас толку не будет.
— У меня приказ полковника глаз с тебя не спускать — капитан покачал головой и даже не двинулся с места — и я его выполню! Ты идёшь с нами или мы все вместе остаёмся!
— Пойми, Ромов — ругаться я не стал, а попробовал объяснить логику своих действий — жука мне придётся вести до самого зала, иначе ничего не получиться. Смысл всем рисковать? Или ты меня сможешь как-то от взрывной волны прикрыть? Я гораздо крепче чем обычный человек, в чём ты недавно убедился лично, раны на мне очень быстро заживают. Я выживу! Да и потом, если мы пойдём вместе и все вместе погибнем, а мои жуки выйдут из-под контроля, люди лишатся пяти дополнительных бойцов! Уходите, после взрыва вернётесь.
— Сразу видно, что ты не имел дело со взрывчаткой, а я артиллерист! — капитан тыкает пальцем в жука — если он прорвётся в зал, где есть несколько открытых тоннелей и проходов, то нам не так уж и сильно достанется. Фронт ударной волны поломает, её сила значительно упадёт и только часть распределит по отверстиям. В зависимости от диаметра отверстия, соответственно и сила удара будет разная. Если основной проход будет открыт, основная масса неприятностей достанется противнику! А если ты считаешь, что попадёт нам только от взрывной волны, то ты ошибаешься. В месте взрыва создается область низкого давления, и нам как следует наподдаст обратным потоком воздуха, где бы мы в тоннеле не спрятались! Да и потом, уже в десяти метрах от взрыва одного килограмма тротила человек практически не пострадает, если не будет осколков. Да и в трёх метрах выживет! У нас шесть килограмм тротила, плюс пять гранат, но мы будем за укрытием, и я уверен, сильно мы не пострадаем!
— В трёх метрах⁈ — я хоть и криминалист, но нас учили не всему. Основы минно-взрывного дела, травмы человека, повреждение поверхностей полученные от взрыва мы конечно изучали, но скажем так, не очень подробно — а нахрина тогда мы всё это мутим⁈ «Пауки» совсем не оценят наши старания!
— Я тебе про идеальный вариант говорил! Когда нет осколков. А у нас осколков должно быть прилично, только твой паук на своей широкой груди их несколько сотен несёт. Смотри чешуя какая. Ну и шесть с половиной кило, если гранаты считать, это совсем не тоже самое, что один килограмм. По крайней мере рядом с эпицентром всех посечёт и поломает прилично — возразил мне Гаврила.
— Значит не хочешь уходить? — Ромов не отвечает и упрямо молчит, тупо уставившись на меня. Или из вредности или действительно приказ полковника собирается выполнить любой ценой — ну и чёрт с вами, я предупредил!
 
— Полковник на связи! — наш штатный связист очень нервничает — Игорь, тебя!
— Таран на связи — я беру трубку телефона и слышу в динамике треск пулемётных очередей, звуки взрывов и отчаянные крики людей.
— Лейтенант! — полковник не стесняясь орёт в трубку, голос его напряжен — началась массированная атака жуков! Твоих уже почти всех раскатали, воздушного прикрытия больше нет! У нас уже есть убитые и раненые! Поторапливайтесь мать вашу, мы долго продержаться не сможем!
— Делаем всё что можем товарищ полковник, держитесь, мы скоро! — стиснув зубы я бросаю трубку связисту. Хватит булки мять! Время вышло, пора действовать. На поверхности умирают люди, а ведь в одном из БТРов Яна! Она пошла с нами как медицинская сестра, медиков не хватает и её взяли в этот поход по приказу полковника. Наверное, чтобы меня дополнительно стимулировать. Больше уговаривать Ромова я не буду, он сам всё решил!
Живая, самонаводящаяся торпеда берёт разгон, глухо стуча своими лапами по полу тоннеля. За спиной «паука» развивается горящий огнепроводной шнур. Я тоже стараюсь от него не отставать. Моя цель состоит в том, чтобы мой жук прорвался как можно дальше, прежде чем его остановят вражеские юниты, или не перехватит управление матка. Быстро остановиться он уже не сможет, разве что в стену на всей скорости влепится. Вот поэтому я и бегу за ним, сосредоточившись на управлении единственным оставшимся у меня солдатом. Его коллеги уже, наверное, отдали мне свой последний долг, героически умерев за своего бестолкового правителя. Позади топают бойцы Гаврилы, безнадёжно от меня отставая.
Я торможу в последний момент, как раз там, где впервые почувствовал находящихся в кормовом зале противников, а «паук» с поясом шахида, красной звездой на броне и горящим шнуром врывается в зал. Через тридцать секунд должно рвануть, и я молюсь, чтобы если начнётся драка, мой «камикадзе» продержался это время и не дал быстро вырвать себе потроха вместе с детонатором.
Гаврила тяжело дыша падает на пол у меня за спиной, запыхался бедолага. Один за другим бойцы капитана присоединяются к нам, а потом впереди раздаётся оглушительный грохот. Я вовремя закрываю уши руками и широко открываю рот, при этом уткнувшись лицом в пол. Меня с силой швыряет в сторону ударной-взрывной волной, горячий воздух проносится над головой обжигая кожу. Голова гудит как трансформаторная будка, как будто меня долго и упорно пинали тяжёлыми армейскими сапогами по затылку. Контузию я себе заработал однозначно, только вот времени, чтобы разлёживаться и жалеть себя у меня нет.
Вскочив на ноги и подхватив с пола тубус с взведённым в боевое положение гранатомётом, я пошатываясь бегу вперёд, не смотря, что же там случилось с моими телохранителями. Если мне так хреново, то им вообще не сладко, если они конечно живы.
Зал кормления затянут дымом, он весь, и стены, и пол, и потолок забрызган месивом из мяса, крови и костей, вперемежку с потрохами и частями тела пауков. Не всех тут убило, как и говорил мне Гаврила. Большая част черных чешуйчатых тел ворочается, пытаясь встать на поврежденные конечности, некоторые уже на ногах. Они оглушены и двигаются пока не уверенно и хаотично, но быстро приходят в себя. Я бегу мимо них, в надежде, что успею добраться до прохода в центральный зал и выстрелить по матке. Она была далеко от взрыва и не пострадала, она уже знает, что я рядом. Мой контуженный мозг давит волнами ненависти и она хочет подчинить меня себе. Только вот ты просчиталась гнида, я совсем не обычный «паук»!
Я почти добежал, когда на меня прыгнул первый пришедший в себя «паук»! Удар лапы в бронежилет, и я лечу обратно, спиной вперёд проделывая весь тот путь, который мне так быстро удалось преодолеть. Гранатомёт падает на пол, а я мягко приземляюсь в кучу гниющего мяса и человеческих внутренностей. Напавший на меня вражеский жук пытается атаковать меня снова, но уже в полёте в него врезается кумулятивная ракета, прожигая тело «паука» на сквозь и отбрасывая в сторону. Меня вновь оглушает близким взрывом. Ещё один выстрел и взрыв, этот уже у меня за спиной. Кто-то из бойцов капитана очухался достаточно быстро, чтобы вовремя успеть к входу в зал и сейчас прикрывает меня отстреливая нападавших! Спасибо тебе мужик, кто бы ты не был!