Позволишь? (СИ)

Неизвестный номер: Все ты правильно делаешь, не сомневайся в себе…
На этот раз я решила не игнорировать это сообщение и сообщила о нем подруге.
— Марго, не знаю, что это за фигня, но уже во второй раз мне пришло сообщение от неизвестного номера.
— Хмм, че пишет?
— Ну сейчас «Все ты правильно делаешь, не сомневайся в себе..«, а неделю назад было еще более странное, что-то вроде «Тебя используют…»
— А это не может быть Глеб? Ну типо прикольчики любовные.
— Какая любовь, Марго? Мы знакомы с ним, считай… один день…
Подруга перебила меня.
— Но зато какой день. Ах. Поездка в тачке, выкрикивание песни — это же мечта для многих, Надь.
— Но тем не менее он обещал позвонить мне и не перезвонил… после своего последнего ужасного опыта, я смотрю на действия мужчины, а не на пустые бла-бла…
— Извини, Надь… я забегался.
Очевидно в приступе словесного поноса, я не услшыла, как трубку передали другому человеку…. и когда я услышала в трубке телефона голос Глеба, то сначала и не поняла, какую эмоцию мне сейчас надо испытать, поэтому решила, что лучшая защита — это нападение.
— Ты все слышал?
— Не все, а только последние твои слова, ну и про сообщения от анонима. Мне тоже пришло сообщение от него и тоже неделю назад, а сейчас ничего не было… — он на минуту замолчал, я же в это время пошла к гардеробу и взяла оттуда молочного цвета свитер, который грел не только тело, но и душу. Просто его связали мы с Марго, это был ее подарок на мой День Рождения. — что-то пришло. Я зачитаю «Хватит бегать, Глеб…»
— То есть нам приходят сообщения от одного и то же неизвестного номера, но отличие в том, что к тебе обращаются по имени. Может это твой знакомый прикалывается?
— Да это бред… во-первых, у меня не так много друзей, а во-вторых, я мало кому причинял вред.
Я типо не считаюсь… угу.
И тут повисла неловкая пауза, я снова слышала чьи-то голоса на фоне, а вот у меня была почти кристальная тишина. Можно даже было услышать, как скрипят половицы ламината от сквозняка. Хотя странно, окно же было закрыто… вдруг я услышала шаги. Очень тихие шаги и я напряглась еще больше, но не растерялась, поэтому взяла в руки торшер и встав за дверью приготовилась встречать незваного гостя. Глеб все это время висел на телефоне.
— Надю…
Мужчина не успел договорить, как я огрела его металлической трубой по голове и уже в лежачем состоянии я узнала в нем своего отца. Я сразу же присела к нему и оглядела рану, кажется удар пришелся достаточно сильным, но уже через пару минут он пришел в сознание.
— Ну ничего себе встреча.
— Блин, пап, ты меня напугал… прости. Сильно болит?
Папа потер затылок, на его лице появилась гримаса боли, но он мужественно ответил мне.
— Не болит, милая. Пойдём пить чай.
— Да, секунду.
Я потянулась за телефоном и увидела там вызов, о котором уже и забыла. Глеб по-прежнему молчал, хотя я слышала его дыхание в трубке, и я сбросила звонок, даже не попрощавшись с ним.
***— Ну что, рассказывай милая, как ты тут одна существуешь? И почему бьешь людей?
— Пап, мы же с тобой постоянно общаемся по телефону. Ты все прекрасно знаешь. А за это, — я указала на голову, — еще раз прости… я просто была полностью в телефоне, а тут твои шаги. Никак не привыкну, что у тебя есть ключи.
Ответила я ему, пока разливала нам чай из красивого чайника, оформленного под старину по чашкам из того же набора. Это кстати был подарок папы на один из праздников, и когда я поднесла этот сервиз к столу, он изменился в лице и на его губах появилась теплая улыбка, от которой по всему моему телу разливалась любовь.
— Как мило, Надюш. Не зря я тогда чуть с какой-то бабкой не подрался из-за этого сервиза.
С моих губ сорвался смешок и я даже чуть не захлебнулась чаем, который уже успела отпить.
— Ну-ка поподробнее, товарищ Раскольников.
— Я серьезно. Какая-то бабка видела, что я стою в очереди с этим сервизом и как подлетит ко мне со спины и давай бить своей сумкой, с кирпичами походу. Пару дней потом точно болела спина после нее, — он осуждающе покачал головой, — ну а я все так же стою с твоим подарком и не пропускаю ее вперед, и говорю «Вставайте в очередь, женщина».
 
— Ну чего ты ее просто не пропустил, пап? Бабушка же.
— Ну нифига себе бабушка! Я таких дамочек именно бабками называю, вот придут в час пик в магазин и давай свои права качать… ну бесит же.
Я умилилась на то, как отец вспомнил эту историю и облокотившись на руку, рассмотрела своего героя. У него были темные волосы, цвет которых прекрасно оттеняли парочка седых волос, но они вовсе не старили его, мой папа был по-настоящему современным и молодым отцом. Конечно, в соц. сетях он не сидел, но меня он совершенно точно понимал, уважал и самое главное — ценил мое личное пространство, которое у меня так все и норовят отнять.
— Задумалась о чем-то, доченька?
— Смотрю на тебя и любуюсь, пап.
Мы смотрели друга на друга с любовью, даже не верилось, что буквально четыре года назад мы ненавидели друг друга, стоило только нам услышать свои имена. За окном снова начался дождь, я вздохнула и пошла к окну, чтобы в очередной раз приоткрыть его.
— А разве душно?
— Это привычка, пап
— Даже так..?
— Угу.
— Ладно, не будем об этом. Ты мне лучше расскажи, как твоя работа? Может дальше учиться пошла все-таки?
— Работа прекрасно, вот буквально сегодня преподавала девочке из Испании. У нее очень круто выходит, но видно, что она новичок… я даже сразу вспомнила себя в начале пути.
— Ты всегда прекрасно танцевала.
— Да я знаю, пап.
— И всегда была скромной.
Я косо взглянула на него, а он украдкой допил чай и пытался игнорировать мой взгляд.
— Хорошо, я тоже буду игнорировать твой второй вопрос при учебу.
Отвернувшись от него, я скрестила руки и сделала максимально невозмутимое лицо, но уже через секунду нашего молчания оба засмеялись, я бы даже сказала, заржали. Да, именно так. Внезапно в моей голове возник важный вопрос.
— Погоди, пап, а чего ты ко мне приехал, к тому же еще и напугал?
— Мне стало скучно.
— Серьезно?
— Угу.… ну и еще совсем немного я хочу забрать тебя к сестре.
— Снова?
— Да, она не справляется одна.
— Пап, я не хочу уезжать из Москвы, у меня тут…
На мой телефон пришло сообщение, я уже шальной мыслью подумала, что это снова был аноним, но нет, это был Глеб.
Глеб: Еще раз привет, не знаю, почему ты сбросила, но я все еще настаиваю на обещанном разговоре.
Надя: Глеб, какой в этом смысл? Позвонишь, узнаешь, как у меня дела и все. Пока на неделю, друзья так не поступают…
Глеб: Я еще раз извиняюсь, но я правда забегался с репетициями. Представляешь, как тяжело собрать коллектив из пятерых музыкантов и договориться с ними обо всем?
Надя: Нет, но это все равно звучит как оправдание.
Глеб: Ты не права… я воспользовался первой же удачной возможностью связаться с тобой, а ты почему-то злишься на меня.
Надя: А ты не злился бы, если ты весь расположил меня к себе, пообещал позвонить и пропал на неделю?!
Глеб: Погоди, ты же не влюбилась в меня?
Надя: Ты себе льстишь. Как можно влюбиться в холодного и не эмпатичного гитариста.
Глеб: Я тебя понял.
Прлчитав последнее сообщение, я бросила телефон на стол, чем вызвала бурную реакцию отца, но вместо того, чтобы дальше сидеть пить чай, я сначала походила из комнаты в комнату, а затем вернулась к отцу на кухню, правда теперь в моей руке был огромный чемодан.
— Я еду к сестре в Питер.
В моей голове в этот момент играла песня с очень четкими словами, идеально подходящими под контекст ситуации.
Я ненавижу,*За то что рядом нет тебя ненавижу!
*(Строчки из песни Миша Марвин — Ненавижу)
  
Глава 12. Глеб
 
Спустя три безумно веселых часа, проведенных в самолете вместе с Марго, мы довольные покидали аэропорт и направлялись в сторону такси. И уже в машине, брюнетка была не так активна, как ранее.