Вне Объектива (ЛП)

Его голос тверд и суров, будто Джуд воспитывает ребенка.
Я сжимаю губы, чувствуя, как сердце вот-вот выпрыгнет из грудной клетки.
— Чарли, ты меня поняла? — он спрашивает вновь, только требовательней на этот раз. Я мельком гляжу в голубые глаза. Они выглядят как летнее чистое небо — бесконечность и безмятежность.
— Да, — запинаюсь я, удивляясь, как мой порок льется вместе с голосом. Он заметил?
Я остаюсь неподвижной, когда Джуд подходит к перегородке:
— Переключи музыку, Жон. Поставь диск с Чарли Марсом, что я принес. «Nothing but the Rain» должна быть в самом начале.
Мгновением позже, мягкие нотки мелодии наполнили студию. Одурманивающе, от чего я прижимаю руку к животу, так как опьяняющая доза волнения пробегается по моим несчастным венкам.
— Не двигай голову, Чарли, — командует он, и наши глаза вновь встречаются. Чистая энергия, исходящая из него, заставила меня опустить глаза. Если бы я этого не сделала, то точно бы ослепла, пялясь в эти голубые ирисы так долго.
— Дотянись левой рукой и обхвати бретельку с правой стороны платья указательным пальцем, будто убираешь ее.
Я делаю так, как он говорит, перебирая пальцами шелковый материал, который сантиметром за сантиметром оголяет мое хрупкое плечо.
— Хорошо, продолжай смотреть на меня, — мягко подстрекает меня Джуд и начинает быстро кликать по камере. Выражение лица вновь прячется за объективом, но я хочу знать, как он смотрит. Я хочу знать, влияет ли это на него, как это действует на меня.
— Выгни нежно спину и полностью убери лямку с плеча.
Его голос как всегда тверд и непоколебим, будто он просит меня хлопать в ладоши, а не раздеваться.
От ниспадающего шелка холодок волной пробегается по коже. Не сдерживаясь, я все-таки опускаю взгляд на обнаженную плоть. Делаю то, чего он так жаждет.
— Хорошо, замри.
Он быстро щелкает камерой. Кажется, что сердце бьется в такт с каждым нажатием спусковой кнопки. Клик, клик, клик.
— Теперь перейдем ко второй бретельке, но, пока что, остановимся на спине, — я начинаю следовать инструкциям, пока он все еще отдает указания. — Закрой глаза, Чарли, и наклони голову, будто ты в порыве страсти.
Мне приходиться приложить усилия, чтобы не отреагировать на то, как он растягивает мое имя. Поворачиваю тело, лямка платья падает ниже, и принимаю позу безудержной страсти.
Выгибаю спину и оборачиваю пальцами волосы, чтобы сделать шею более длинной.
— Как красиво, Чарли, — дает свои заметки миссис Харт, от чего я краснею. Хорошо, что они не видят меня прямо сейчас. Я делаю это не для нее, а если меня заботило бы ее мнение, то мне пришлось бы сильно постараться, чтобы вжиться в естественный образ.
Джуд никак не реагирует на миссис Харт. Вместо этого он продолжает фотографировать меня в профессиональном темпе.
— Теперь тебе нужно вообще убрать лямку. Сделай это, как убирала предыдущую, но я хочу, чтобы ты закусила нижнюю губу, смотря в камеру, пока снимаешь ее.
Его слова превращают мои ноги в желе, но я глубоко вздыхаю и нахожу в себе силы повернуться к нему снова. Джуд встает, облокачиваясь на правую ногу, и наклоняет камеру, становясь в шести или семи шагах от меня.
Опуская другую бретельку, я вглядываюсь в лицо Джуда, замечая, как от этого его бровь сосредоточенно изгибается, затем наслаждаюсь, как я ловко притворяюсь хитрой лисицей.
Она бы соблазнительно прикусила губу, что я и делаю. Маняще привлекла бы мужчину, с которым собиралась переспать. Представляю, как мы возвращаемся домой с безумного кассового шоу. Он вожделел меня многие месяцы, и сегодня мы наконец-то воссоединимся. Тонкая полоска скользит по руке, пока платье полностью не оголяет верх, собравшись на бедрах.
Холодный воздух в студии пускает дрожь по телу, отчего соски сузились в горошины. Клянусь, я слышала шепот Джуда: «Чертовски прекрасно», но его выражение остается таким же отстраненным. Возможно, я уже накручиваю.
Ноги объяты верхней частью кремовой ткани, что нельзя сказать о моем голом торсе. Груди полностью открыты миру, но тело все еще находится под углом по отношению к задней части студии, поэтому ни Джуд, ни миссис Харт не могут видеть мои прелести. Тем не менее, я обнимаю себя руками, пытаясь скрыть их с очаровательной грацией. Я сильно прикусываю губу, не нарушая зрительного контакта с Джудом, точнее с объективом камеры.
 
Бутон страсти раскрывается во мне, заставляя трепетать все тело. Я пытаюсь использовать личные эмоции как преимущество, ведь я фокусируюсь на этом секси-мальчике, который так пытается, хоть и с трудом, вытащить меня из зоны комфорта.
— Опусти руки ниже, — хрипло выдает Джуд. Первое, что мне хочется сделать, это запротестовать, но отказы прихотям этого мужчины не подлежат даже рассмотрению. Руки дрожат, и я опускаю их вниз, обхватывая живот. Но кликаний так и не слышу. Он мотает головой, показывая недовольство, кладет камеру на круглый стол, и затем взгляд возвращается ко мне, уже более сосредоточенный.
Осознание ситуации заставляет завернуться кишки в узелок. О, боже, он собирается поправить мне позу.
Желудок сжимается в шарик беспокойства, когда его шаги эхом начинают отдаваться по всему помещению. Глаза расширяются от интереса, повернет ли он меня к себе или нет. Боже, боже, о мо-о-й бог. Расслабься.
В конце концов, это моя работа. Множество фотографов и стилистов видели меня голой. Люди никогда не перестанут фоткать наготу, и я никогда не снималась в чем-то непристойном, но я понятия не имею, что будет, если Джуд подойдет еще ближе. Я безумно хочу почувствовать его прикосновения, но не думаю, что после этого смогу удержать свой образ. Ощущения, будто я таю, хотя Джуд еще меня не коснулся.
Инстинктивно облизываю губу и наблюдаю, как он приближается, пока не останавливается прямо позади меня. Духи сразу поглощают все органы чувств. Немного дезодоранта, смешанного с природным запахом. Эта смесь такая бодрящая и опьяняющая, от чего его хочется еще больше. Все больше и больше частиц аромата поглощает мою психику, когда телом он прижимается ко мне.
Его дыхание касается шеи, от чего я слегка подпрыгиваю, осознавая, что даже когда я на каблуках, он ростом преобладает над моим. Если бы Джуд вытянул шею влево, то смог бы увидеть всю мою красоту от плеч до груди. Но, я думаю, он хочет придерживаться границ моего личного пространства. Почему?
Я опускают взгляд, пытаясь собраться с мыслями и ожидая его прикосновений. Фокусируюсь на медленном дыхании и пытаюсь игнорировать теплое дыхание, ласкающее шею.
Но он так и не касается меня. Я слегка приоткрываю веки, чтобы взглянуть на его, стоящего всего в нескольких дюймах от меня с зажатыми руками по бокам.
Голубые глаза просто сверлят мои.
— Перестань обхватывать талию, Чарли.
Я ослабляю хватку, будто его голосовые связки связаны с синапсами моего тела, и опускаю руки. Я даже не заметила, как сильно сжимала платье.
— Лучше переплети нежно пальцы напротив бедер, — уточняет он.
Не нарушая зрительного контакта, хоть и кажется, что эти голубые глаза, будто окончания нервов на теле. Видно невооруженным глазом, как ему сложно приблизиться ко мне. Как только я сплетаю пальцы вместе, большим касаюсь чувствительной плоти между ног. Даже несмотря на то, что кожа скрыта под нижним бельем и платьем, поток желания заставляет тело содрогнуться. Какого черта он делает со мной? Я на съемочной площадке.
Его почти неслышный вздох говорит о том, что он и добивается от меня возбуждения в этой маленькой игре. Джуд делает это нарочно, потому что хочет хорошую фотографию и знает, как ее добиться.
Как только я думаю о том, что он возвращается к камере, Джуд аккуратно наклоняется и шепчет на ухо, посылая холодные разряды по всему телу.
— Согни немного локти, изгиб выглядит соблазнительно, и я не хочу, чтобы ты скрывала это.
Он выпаливает инструкции, будто зол на меня за то, что изначально была сдержанней.