Поход (СИ)

Айзек сделал еще один глоток. Что ж… Слова Пелена означали, что с ним решили провести жесткие переговоры. Что, в свою очередь, могло говорить лишь об одном — поступок герцога, от которого он его тщетно отговаривал, вызвал чрезмерно отрицательную реакцию у союзных родов. Тоже вполне ожидаемо… 
— Договорились, — ответил Айзек. — Я правильно понимаю, что ты в данном разговоре представляешь официальную позицию рода де Мюррей? 
— На неофициальной встрече официальную позицию, — поджал губы Пелен, наблюдая за официанткой, направлявшейся к их столику с подносом. — Айзек, что в твоем понимании является официальным? Ты ждешь подписанной бумаги, в которой будет отражен протокол встречи союзных родов? 
— Разумеется, нет. Я имел ввиду, что сейчас ты говоришь голосом герцога де Мюррея и других наших союзников, выражая их мнение? 
— Да, — Пелен откинулся, позволяя официантке расставить перед ним пару блюд, и продолжил, когда она отошла от столика. — Именно так, Айзек. Скажи мне, по твоему мнению, насколько был прав твой шеф, когда начал общаться с де Ларангом, предложив ему то, что ни с кем даже не подумал согласовать? 
Айзек лихорадочно размышлял. Было ясно, что отделаться общими фразами не получится. Говорить, как есть, и будь, что будет? Плохая мысль, но пытаться выкрутиться и выгородить шефа — мысль еще более плохая. Если их союзники, теперь уже бывшие, вынесли по герцогу решение, то он, Айзек, своей попыткой вывернуться обрекал себя на плохие последствия. Очень плохие. Герцога и его семью не тронут, а вот его окружение будут постепенно устранять, начав с ключевых фигур, к которым он однозначно принадлежал. С другой стороны, покинуть герцога сейчас, в трудные времена, означало предательство. 
— Пелен, — наконец, принял решение Айзек. — Перед тем, как я начну говорить, скажи мне, по герцогу уже приняли решение? Его хотят оставить одного? 
Пелен задумался, а затем в знак согласия на секунду прикрыл глаза. 
— Понятно, — вздохнул Айзек. — Я пытался его отговорить. Не получилось. Он хочет во чтобы то ни стало закончить образование Тайгера. С одной стороны, его можно понять. 
— Тайгер потенциально сильнейший маг в роду де Кадс за последние двести лет, — заметил Пелен, — Однако, это не оправдывает герцога, который открыто всех предал. К тому же, Тайгер столь же сильно глуп, сколь и одарен.
— С чего это вы взяли? — приподнял бровь Айзек. — Он показывал очень хорошие результаты.
Пелен усмехнулся. 
— После происшествия в Яле Тайгер находился у преподавателей на особом контроле. Он прекрасно об этом знал, и, тем не менее, совершил повторный проступок. Такое мог сделать только последний глупец. 
— Его красиво подставили, — после секундного промедления сказал Айзек. — Специально. 
— Да? И кто же? 
— Те самые люди, которые являются ключевыми лицами в торговле артефактами. Два студиоза. Баронеты из Вольных баронств, Гарет Плевакус и Содер Смэлл. 
— Про это обвинение в сторону двух первокурсников я уже слышал, — припомнил Пелен. — Честно признаюсь, я до сих пор сомневаюсь в этой версии. Это кем же надо быть, чтобы задействовать в таком деле глупых первокурсников? 
Айзек поморщился. 
— Глупых? Как бы не так, Пелен. Они не глупее меня! 
— Даже так? — в глазах Пелена вспыхнул интерес. — С чего у тебя столь лестное о них мнение? 
— Подставили Тайгера, выиграли Весенние соревнования, обеспечив победу своей Академии в общем зачете. Впервые за сто лет! Совместно с Флорами и де Лоренами строят перспективный завод по выпуску специальной стеклянной тары, особенности которой пока держат в секрете. Причем, Флоров и де Лоренов их идея заинтересовала столь сильно, что они отдали баронетам треть долей в общем предприятии! 
— Ого! — Пелен был впечатлен. — Сильно. 
— Не то слово, — вздохнул Айзек. — Это я прошелся по самым верхам. Если расскажу тебе все, что накопал про них, ты будешь впечатлен гораздо сильнее. 
— Твоим источникам можно верить? 
— Можно. Моему человеку удалось подружиться с другом Гарета и Содера. Очень болтливый паренек по имени Тин. Он в курсе всего происходящего в Академии. Настоящий кладезь. 
 
— Убедил. 
— Кстати, герцог мне поручил узнать как можно больше про экспедицию, которую организовали маги в Проклятые земли. 
Пелен весь подобрался. 
— Удалось что-то выяснить? 
— Да. Прежде всего, отмечу тот факт, что экспедицию организовали не маги. 
— Да? — искренне удивился Пелен. — А кто? 
— Лица, представляющие криминальный мир. Некий Хромой. Настоящий владелец таврены «Синяя яма». В Проклятые земли ушел его ближайший помощник и еще несколько бандитов. С ними отправились Содер и Гарет. 
Пелен покачал головой. 
— Я думал, это серьезная экспедиция, в которой сильные маги, а тут… Бандиты и два студиоза-первокурсника. Они там погибнут. 
— Не факт, не факт, — не согласился с ним Айзек. — Более того, мне кажется, что именно такой состав способен достичь успеха там, откуда бежали даже архимаги. 
— Сомнительно. Впрочем, посмотрим. 
— Да. 
Некоторое время собеседники сидели молча. Один неспеша доедал свой обед, другой задумчиво рассматривал пустой стакан.
— Айзек, если мы тебя попросим на некоторое время оставить герцога без советов, что ты за это попросишь в ответ? — нарушил молчание Пелен.
Вот и добрались до главной темы разговора, ради которого он приехал, подумал Айзек. 
— Это пахнет предательством, — отозвался Айзек, продолжая рассматривать стакан. — Предателей никто не любит. 
— Мы тебя не просим никого предавать, — Пелен сделал упор на «мы». — Просим, например, на некоторое время заболеть. В ответ обещаем, что никто из твоих сотрудников в грядущих разбирательствах не пострадает. Остался вопрос, чего хочешь ты?
— А если я отвечу отказом?
— Не хотелось бы терять столь ценного аналитика. 
— Ясно, — Айзек прикрыл глаза. — Тогда спрошу тебя, а что можете предложить Вы? 
Пелен помедлил с ответом. Отодвинул пустые тарелки, обмакнул губы салфеткой и тихо сказал:
— Я слышал, ты пару раз намекал своему начальнику о представлении тебе какого-нибудь титула, что открыло бы тебе двери в аристократические круги. 
— Да, намекал, — не стал отрицать Айзек. 
Уточнять, откуда эта информация появилась у Пелена, он тоже не стал. Тут было все предельно ясно, поскольку свои намеки он делал герцогу в приветных беседах, когда они оставались с глазу на глаз. Герцог ему обещал при случае в этом посодействовать, но обещать не означает жениться. Слова так и остались словами. 
— Герцог де Кадс рассказал нам об этом пару сезонов назад, на охоте. Не буду скрывать, что он очень смеялся над твоим желанием войти в аристократические круги. Вот, послушай сам. 
Пелен достал маленький кристалл, провел над ним рукой, и Айзек услышал веселый голос, под взрывы смеха большой компании рассказывавшего о жалком простолюдине, который посмел мечтать о том, чтобы сесть с ними за общий стол. Со слов рассказчика всем стало известно, что тот простолюдин был очень умным, но при этом одновременно тупым, раз посмел простить его, сторонника идеи о классовом обществе, о титуле. Голос без сомнения принадлежал де Кадсу, и обсуждал он… Айзека! 
Когда запись закончилась, Пелен торопливо убрал кристалл в карман. К его огорчению, он не смог найти отражение эмоций на бесстрастном лице собеседника. 
— Любопытно, любопытно, — прошептал Айзек. 
— Мы предлагаем похлопотать о присвоении тебе титула барона, — продолжил Пелен. — Причем первый же шаг мы готовы сделать прямо сейчас. Так сказать, безвозмездно. 
 
— Что за шаг? 
— Ты должен жениться на четвертой дочери графа де Мурена, Алексии. Все согласовано. Граф согласен и Алексия тоже. Свадьбу мы можем сыграть сразу, как только ты приедешь в родовое имение де Муренов. 
— Интересно, — склонил голову Айзек, лихорадочно вспоминая все, что он знал о де Муренах. 
Старый род. Обедневший. Относился к нейтральным родам, стремившихся избегать каких-либо интриг.