Это было в Китае (СИ)

Знал бы ты, Браун, что мне пришлось пережить.. Стук повторился, а мое молчание подкинуло другу новую мысль.
– Блин, на пару же надо! Нас скоро Уайт проверять начнет, если мы будем массово прогуливать! Билл, сука, проснись!
Я тяжело вздохнул и отпрянул от двери, мягко нажимая на ручку и уже собираясь выходить из ванной, но, опомнившись, резко развернулся. Я принялся торопливо надевать на себя трусы и футболку, а полотенце, которым сушил голову, бросил на плечи, стараясь максимально прикрыть позорные метки на шее. И только после всех произведенных приготовлений я подошел к входной двери.
– Наконец-то! – ворчливо воскликнул Стив, всплеснув руками, и прямо прошел в комнату, после чего сразу же стал рыться в шкафу.
На пары я не пойду.. Там будет чмище, а теперь, когда мы с ним по дурости переспали, я видеть его просто не хочу. Но и здесь мне оставаться тоже совершенно не вариант. Меня так сильно тошнило, что кусок в горло не лез, но в то же время меня уже на углы заносить с голодухи стало. Где-то тут был мой вчерашний ужин, который Стив принес, и надо попытаться что-то схавать, пока не испортилось.
– Вообще плохо? – сочувствующе спросил Браун, взглянув на меня, пока я задумчиво и нерешительно смотрел на пластиковый контейнер с жареным рисом и кучей всего к нему в нагрузку. Хочется, да не можется, но я все равно попробую.
Я взял в руки палочки и подцепил оранжевый кусочек мяса. Это, походу, гобаожоу, а я его безумно люблю, но даже такое чудо китайской кулинарии теперь не нравится моему пораженному убойной дозой алкоголя желудку.
Очнувшись, я буркнул в ответ хриплое «ага» и все же положил в рот аппетитный кусочек. От самого себя тошно.. Пить еще хочу смертельно, но вода у нас закончилась, а из-под крана пить я брезговал.
– Нормально вчера дошел? – снова пристал Стив и принялся раздеваться, а я тут же отвел глаза.
Фостер нанес мне серьезную психологическую травму, и вид обнаженного мужского тела у меня теперь вызывает неприятную нервную дрожь. Фу.. и что, что это только мой друг, который с чмищем по мышцам все равно не сравнится? У Стива вообще бока висят, а у Тома.. ээ.. у Чмостера.. да твою мать!
Я вымученно простонал и, негодующе морщась, начал остервенело разжевывать рис, кое-как цепляя его палочками, так как он нагло осыпался обратно, да и пальцы у меня дрожали от слабости, что палочки валились из рук. Где бы надыбать ложку для таких случаев?
– Ну, ты пьянчуга, Билл! – вдруг удивленно хмыкнул Стив, а потом хохотнул.
Друг смеялся, покачивая головой, а я даже не улыбался, оставаясь серьезным и злым, и ужасное похмелье сейчас было последней причиной моего состояния.
– Тебя Том вчера провожал? – неожиданно спросил он, а я даже резко поперхнулся и гневно бросил палочки на стол. Ненавижу его!
– Я сам дошел и спать упал сразу, – бессовестно солгал я и, жутко мучаясь от совести, пошел к своей идеально заправленной кровати, тут же падая на нее.
Съеденное поспешно попросилось обратно, но блевать я больше не собирался, иначе выблюю желудок заодно, которому и так досталось.
Прости, Стив, что вру тебе.. но правда страшна даже для меня, что хочется с разгона впечататься башкой в стену.
– А-а, – протянул Стив и в одних боксерах пошлепал в ванную умываться, а я протяжно простонал от всей безнадежности моего положения.
Черт.. Что делать? Скажу Стиву, что мне слишком плохо, и я не хочу на учебу. Да мне даже делать вид для этого не придется, так как так оно и есть.
Я чувствовал себя просто отвратительно, похмелье еще такое мощное, что так и хочется отрубить себе башку. Нет! Я не хочу оставаться в этой чертовой общаге и трястись, что в любой момент ко мне придет этот негодяй, а бежать в этом случае можно будет только через окно, а тут третий этаж все-таки. Не знаю, спасут меня тут закрытые двери или нет. Еще обманом стащит ключи у Стива.. Да это уже паранойя в чистом виде!
Я поднялся с кровати и проверил время: около восьми. Так, надо текать отсюда, и это самый лучший вариант. Схожу куда-нибудь, развеюсь хоть немного, а там, может, и решу, что делать дальше буду со всем этим дерьмом.
 
Я быстро оделся, просто расчесал волосы, не загоняясь на укладку, расправил одежду, взял свою черную куртку, обулся и вышел из комнаты, пока не вернулся Стив с водных процедур. Когда же я дошел до лестницы, вдруг услышал голоса сверху, и от одного из них у меня холод по спине пошел, и даже в липкий пот бросило.
– Надолго же тебя хватило, Фостер! Аж на три года! – недовольно ворчал Джордж, и слышался какой-то странный шорох. Видимо, он рылся в своем рюкзаке.
– Заглохни. Это не твое дело, – прозвучало в ответ таким же недовольным, приказным голосом, а я, хмурясь, застыл на месте, понимая, что надо скорее бежать, чтобы меня не заметили.
Но я стоял и снова чувствовал, как мне все-таки от всего этого больно. Не физически, а в душе, куда я получил такой смачный плевок. Меня резко передернуло от отвращения при одной только мысли, что меня использовали. Использовал какой-то кобель, который перетрахал половину общаги!
– Пиздец просто! – все равно продолжал сокрушаться Джордж, и мне стало плохо теперь и от того, что чмище ему все рассказал.. Посмеялись, наверное, здорово надо мной, когда он сказал ему про меня.. как про Роуз.. – И че он сказал после этого?
– Тебе какое, нахуй, дело?! – остервенело зашипел козел, после чего вдруг раздался какой-то шум, от которого я мгновенно отмер и снова покосился наверх, держась за перила, но готовый буквально в любую секунду рвануть вниз. – Да, блять, я его чуть не трахнул! Все? Тебе достаточно?!
Чуть? В каком смысле, чуть? То есть, он не..
У меня даже от сердца вдруг отлегло, когда я услышал это одно единственное слово. Хоть эта информация и не была предельно достоверной, но она так невообразимо окрылила меня, что дышать легче стало, и даже желудок на пять секунд болеть перестал. Он меня не тронул? Это точно? Но, блин, у меня миллиард засосов на теле! И что тогда было с моей задницей?
– Но..
– Все, Джо, исчезни! Мне еще надо кое с кем провести воспитательно-профилактическую беседу, – как-то зловеще проговорил ушлепок, и я, услышав, что они, кажется, собрались спускаться, побежал вниз по лестнице, стараясь ступать максимально бесшумно, чтобы мудак задержался хотя бы на третьем этаже, не увидев меня здесь.
А в том, что он собрался идти ко мне, я совершенно не сомневался. С кем еще ему там говорить, если не со мной? Правильно. Не с кем.
Когда я остановился около двери в общагу, услышал сокрушительный, истинно пугающий долбеж в дверь как раз двумя этажами выше, от чего у меня внутри все совершило мощный переворот. Мамочки.. как хорошо, что я сбежал, но там остался Стив, с которым мне потом тоже, походу, придется объясняться.. Нет мне прощения за то, что я вчера натворил! Две с половиной недели же где-то осталось до возвращения, как я буду здесь жить?! Все время скрываться от всех?! Но он.. а вдруг он этого и добивался? Он столько раз меня недвусмысленно зажимал, а потом вообще поцеловал!
Я толкнул дверь и торопливо выскочил на улицу, тут же лихорадочно оглядываясь и надевая солнцезащитные очки, чтобы никто не заметил меня, и осторожно пошел в обход общаги, дабы не палиться в центре двора. А когда я обошел здание, по тропинке побрел в сторону дороги, где шумели многочисленные авто. По левую сторону от меня был тот самый водоем, который красиво освещался по вечерам и виднелся из комнаты Майка; да здесь вообще все восхитительно освещалось, наверное, но сейчас я не особо был настроен на какие-либо любования. Я тупо брел по улице, копаясь в своих нескончаемых и мало приятных мыслях, в которых в основном крутился только один человек. И я сам.
Допустим, что вчера все-таки было? Стив пришел за мной, потом мы стали бухать на днюхе Эшли. Пил я почему-то очень много, а зачем я вообще столько пил? Хрен знает.
Я пнул камушек сапогом и остановился на мосту около ограждений, на которых один за другим сидели красивые каменные фигурки львов. Наклонившись на прохладный камень, я стал всматриваться в бегущие потоки воды, блестящие на солнце. Очки я снимать не стал, поскольку с ними я чувствовал себя как-то комфортнее и защищеннее, что ли.