Мертвые люди (СИ)

— Здорово, — поприветствовал он вояк.
— Здорова, — отозвался худощавый мужик с усами, идущими до подбородка, такие вроде в семидесятые носили, и первый протянул руку, — Федор.
— Петр, Вы откуда с таким богатством?
— Оттуда, где больше нету, — полушутя ответил Федор.
Я тоже поручкался с военными, с лёгкой завистью осмотрел БТР, нам бы такой. Хотя, с другой стороны, эта зверюга соляру жрет, что мой кошак корм, фиг напасёшься. Петр мыхыкнул ударил по борту ладонью, задал какой-то технический вопрос, явно, скучавшему мужику. Завязалась неспешная беседа, в которую я не пытался вникнуть.
— Я наверх, бумаги одам, — не дожидаясь ответа, пошел в контору.
В это время в голове возник вполне логичный вопрос: все же, откуда такое богатство. И ответ меня ошарашил: они же БТРы из-за границы пригнали: то ли из Белоруссии, то ли из России. И если это так, то масштабы проделанной работы просто ошеломляли. Это же в начале катастрофы надо собрать людей, затем провести разведку, потом оснастить экспедицию, совершить марш-бросок с техникой, людьми и припасами по агонизирующему миру. Это не в соседней город скататься, это в чужую страну, где люди нифига не добрые. А потом еще и вернуться со всем добром. Теперь Виктор Андреевич открылся совсем в другом свете. Одно радовало — мы на его стороне.
Пока размышлял, дальше, чем за дверь не прошел. Очнувшись, пересек холл, поймал себя на мысли, что Петр не сильно-то и спешит с отчетом к начальству: то с белорусами неспешно беседует, то с вояками языками зацепился. Наверняка уже отчитался, вот только, где рацию дальней связи взял? Я не видел, чтобы он к "гольфу" подходил. Я явно что-то не понимаю. Блин, как же это не приятно, быть, во-вторых, ролях. Возле лестницы на второй этаж меня тормознула дородная женщина, в ярко синем платье и очках в роговой оправе.
— К кому?
— С отчетом, к Вячеславу Сергеевичу, — все, теперь так просто к начальству не попадёшь, только по пропускам.
— Обождите. Я сообщу.
Я уселся на стул, с боку от проходной, помимо меня в очереди сидел еще один мужик, в дутой куртке и с взъерошенными после шапки волосами. От безделья, я не хотя, сквозь строки, заново прочел брошюрку, может на что-то новое наткнусь.
— Игорь Борисович? — позвал меня бесцветный голос.
— А? — я поднял взгляд, парень в черном пальто стоял в шаге от меня, с грустными глазами и обрюзгшем лицом, точнее, создавалось такое впечатление, от чего конкретно, я не понять, — вы что-то хотите?
— Эээ, вы не могли бы проследовать со мной?
— Нет. Мне отчет надо сдавать, — я похлопал брошюркой по ладони.
— Хорошо. Передайте его Людмиле.
— Отчет больше устный, чем письменный, — идти с кем-то не понятным очень не хотелось.
Парень поджал губы, несколько секунд подумал, продолжил:
— Боюсь, вам придётся пройти со мной. А отчет сдадут ваши напарники.
— Вы вообще кто? — начиная злиться, спросил я.
— Ах да, — он закопошился во внутреннем кармане пальто, — старший следователь.
Я взял протянутое удостоверение, фото, печать, имя отчество фамилия, персональный код и должность. Ну, такую фигню я за пять минут сделаю, точнее, раньше мог сделать.
— Хорошо, Валерий Никифорович, пойдемте, раз я нужен внутренним органам, — я отдал папку женщине, та сразу сместила ее в сторону.
— Можно спросить, по какому поводу вы хотите со мной поговорить?
— Для разъяснения кое-каких эээ… деталей.
Мы прошли через ближайшую дверь, там оказался зал, раньше здесь не бывал, и вообще думал, что там подсобка. В зале стоял бильярд, с порванным сукно и разобранный стол для пинг-понга. Видать, дефицита с помещениями они не испытывают, раз до сих пор зал не приспособили для более подходящих нужд. Дальше был проход, темный и узкий, мы же свернули за изгородь, остановились возле двери.
— Будьте любезны, оставьте оружие здесь, — парень показал на не большой столик возле окна.
Выложил пистолет, топор и дробовик, я с легким недоумением посмотрел на следователя, будь на моем месте преступник, он с лёгкостью уделал бы его, после данной просьбы. Он что, настолько самоуверен. Наконец открыв дверь, пропустил меня вперед, в помещение, кроме стола и двух стульев, ничего не было.
 
— Присаживайтесь.
Я не заставил себя уговаривать, присел на ужасно неудобный стул, сложил руки на груди. Следователь, повесил пальто на спинку стула, приоткрыл окно и лишь затем положил папку на стол, как-то грустно выдохнул и сел на против меня. Видать ему наша встреча приносила столько же удовольствия, сколько и мне.
— Приступим, — он открыл папку, — Вы — Игорь Борисович Соколов, одна тысяча девятьсот восемьдесят седьмого года рождения. Так?
— Угу.
— Чем докажете?
— Могу паспорт показать, — не удержался и съехидничал я. А как еще реагировать на столь глупый вопрос.
— Покажите, — ничуть не смутился следователь.
Сам же себя загнал в глупое положение. Досадно, да ладно.
— Вообще-то его у меня нету. Но есть водительские права, где-то дома лежат.
— Хорошо. Позже обязательно занесите, — блин, до чего же он странно выглядит, прям как зомбак. Брр. Волосы уже на половину покрылись сединой, взгляд отрешённый, движения какие-то заторможенные.
— В чем меня обвиняют? И по какому праву, — может попробовать права покачать.
— Вы являетесь подозреваемым в одном, эээ… щекотливом деле.
— Вот нихрена себе поворот, — от услышанного я растерялся.
— Попрошу не выражаться. Ответите на мои вопросы и можете быть свободны. В противном случаи, нам придется вести разговор в другом месте и при других обстоятельствах, — такая шаблонная фраза, а страху нагнала будь здоров, ни того страху, когда хочется вопить и убегать, а другой — когда все сжимается и цепенеет внутри.
Теперь я по-другому смотрел на следователя: жилистый, собранный, костяшки на кулаках сбиты, даже мне, профану в боевых искусствах, понятно, что человек ни один час месил грушу и спарринг партнёров. Скорей всего он меня и с оружием уделал бы в одну калитку. Все, хорош дурака валять.
— Приступим. С какой целью вы прибыли в поселение?
— Ну. Чтобы выжить, — от растерянности, толком не смог сформулировать свои мысли.
— Конкретнее.
— Везде пришел пис… эээ — апокалипсис, а тут мне показалось, что все более-менее по-людски.
— Почему не остались там, где выжили родители?
Я помимо воли, сжал челюсти и свел брови, пробурчал:
— Там уроды.
— Хорошо, — чего хорошего то? Сволочь.
Он сделал какие-то пометки в блокноте, отбил ручкой об стол хоккейный ритм, продолжил:
— Как вы обнаружили поселение?
Я вкратце описал историю спасения Яны с сотоварищами, он задал несколько уточняющих вопросов:
— Значит, вернулись вы, чтобы найти работу?
— Нет. Выжить хотел.
— А как вы познакомились с Вячеславом Сергеевичем? — монотонно продолжал свой допрос следователь.
— Аааа. Попросил об встречи, вот к нему и привели.
— Подробнее, — во прицепился я, что все детали помню. Ох, чувствую, что мне здесь долго сидеть.
Допрос шел в унылом монотонном темпе, вопрос — ответ, уточнение, сново вопрос, теперь уже иначе поставленный. Поначалу я пытался следить за ходом мысли и постановкой вопросов, отмечая, как они формулируются и как на них отвечал раньше. Потом, просто устал, голова словно ватой забилась. Мысленно плюнул и просто отвечал, скрывать нечего, благо, он не касался тем, про расположения тайников и количество на мародереного.
Ушел я от следователя часа через три, злой и усталый, с одним желанием: забиться куда-нибудь, чтобы никто, как минимум сутки, у меня ничего не спрашивал. Выйдя из зала, наткнулся на Яну, которая сидела и что-то читала, когда вышел, тут же откинула папку, всклочила, смачно чмокнула в щеку. На людях надо держать себя в руках.
— Ну, как ты?
— Хре… плохо, — не заслужено зло ответил я.
— Замучил тебя следователь? — она умница, не заметила моей грубости.