Локдаун с папочкой Харрисоном (ЛП)

Автор: Джейд Вест
Название: Локдаун с папочкой Харрисоном
Количество глав: 4
Переводчики: Hi_Kleo, KiraSwan
Обложка: Танечка
ГЛАВА 1
Поппи
Я смотрю на сад, на аккуратные клумбы, на лужайку, которая так тщательно подстрижена. Это должно бы быть отличным зрелищем, но все не так. Не сейчас, когда я смотрю на все это восьмую неделю подряд.
Думала, что пройдет всего несколько недель, пока мы будем отсиживаться здесь, в глуши, не имея права даже выходить на улицу. Но я ошибалась. Конца-края этому не видно.
Харрисон сейчас стоит там, без рубашки. Он знает, что я смотрю, хотя и притворяюсь, будто смотрю на клумбы у забора, а не на него. Обычно я тоже проводила время там, в своих садовых перчатках, помогая ему. Почти всегда я сохраняла улыбку на лице, смеялась и шутила о том, что мне не терпится снова увидеть его сына… моего парня.
Но в этом я тоже ошибалась.
Как и ошибалась еще во многом после.
Была не права насчет того, как сильно Кэлвин хотел приехать ко мне. Как и насчет того, что наше будущее предначертано, и в нем будет «вместе навсегда».
Точняк. Я капец как ошибалась. Это было подобно пощечине, именно так можно было оценить глубину того, насколько я заблуждалась.
Я видела его с Кристи Уильямс. Видела, как они фотографировались вместе и выставляли снимки в групповом чате, они оба улыбаются друг другу, глядя в глаза, словно нашли свою вторую половинку, которую искали так долго. Либо она его вторая половинка, либо это лишь предлог, чтобы доить его член каждый день и ночь. Мне уже все равно.
Если она сможет дать ему то, чего я не смогла, то удачи ей. Если он не был готов подождать еще немного, чтобы я почувствовала, что готова отдать ему свою девственность, тогда он никогда не стоил моего времени.
На самом деле он никогда не был достоин меня… я просто рада, что поняла это сейчас.
Харрисон машет мне рукой, я машу в ответ. Зовет пойти с ним, но я отрицательно качаю головой. Изо всех сил пытаюсь найти хоть какую-то мотивацию, чтобы сегодня поработать в саду. Но вместо этого лишь свернулась калачиком в гостиной, на заднем плане звучал телевизор, на который я не обращала внимания. Даже кот Джордж выглядит каким-то угрюмым, развалившись на подлокотнике кресла Харрисона.
Харрисон хоть и пытается сохранять невозмутимое выражение лица, но он тоже видел фотографии Кэлвина. Он видел, как его сын изменяет мне и трахает свою сокурсницу, которую, предполагалось, он должен был видеть в последний раз за неделю до введения карантина.
Он мог запросто вернуться домой.
В то время я верила его бреду о соблюдении правил и защите от вируса. Я верила, что он бы пришел домой, если бы не побоялся передать ужасную болезнь мне и своему отцу после того, как он проводил вечеринки с таким количеством людей ночи напролет. Но больше я не верю.
Не существует ни единой причины, по которой он не мог нарушить карантин и узнать, что ни коим образом не мог быть угрозой для нас. Здесь речь не идет ни о каком карантине. Тут речь о белокурой красавице Кристи и ее спортивном теле. Не то чтобы мое тело было в плохой форме.
Я могу сделать с десяток подходов на велотренажере и обладаю довольно подтянутым телом. Но тем не менее моя фигура обладает некоторыми изгибами. Мне нравится думать, что мое лицо достаточно симпатичное, чтобы получать возбужденные улыбки в ответ.
Просто я не Кристи Уильямс.
Он предпочитает ее.
Я уеду отсюда и вернусь в дом своих родителей сразу же, как только снимут карантин. В конце концов, без Кэлвина мне здесь делать нечего.
Харрисон поворачивается ко мне спиной и продолжает обрезать живую изгородь. Я снова обращаю внимание на то, как он накачен. Он выглядит как Кэлвин: такой же твердый подбородок и темные глаза. Он высокий — может быть даже немного выше, чем его сын — и у него широкие плечи. Широкие и мускулистые.
О да, он выглядит как взрослая версия Кэлвина. Кэлвин, только седой и немного более грубый. Я удивлена, что он не переключился на другую женщину. Тем более, что Джина разошлась с ним более семи месяцев назад. Я мельком встретилась с ней, когда мы с Кэлвином зашли вместе, а она уже уходила вместе с Джоем, одни из старых друзей семьи. Как оказалось, она мне не особо понравилась, но я не стала рассказывать Кэлвину об этом. Он до сих пор считает ее суперзвездой, которая все еще готовит
 
для него тосты по утрам, когда он останется у нее. Маменькин сынок.
Определенно, Хариссон не выглядит так, словно когда-то был маменькиным сынком. Он выглядит, словно был рожден с садовыми ножницами в руках, учитывая ту силу, с которой их использует. Он вытирает пот со лба, и капли падают на лужайку. Он возвращается внутрь, заставляя меня нервничать в то время, когда проходит через заднюю дверь и направляется в гостиную.
— Я варю кофе, — произносит он. — Будешь чашечку?
Я отрицательно качаю готовой и бормочу что-то вроде «нет, спасибо». Но вот что странно, мой голос не звучит как обычно и вообще не похож на мой в эти последние несколько дней, когда Харрисон был полуобнаженным в саду. Полагаю, что всему виной жаркое летнее солнце.
Это наблюдение за телом Харрисона было абсолютно ново для меня. Я никогда в жизни не была окружена большим количеством обнаженных мужчин. Моя мама была матерью-одиночкой и, пока я росла, ни с кем не встречалась. У меня нет большого количества родственников мужского пола, а серое английское небо не располагает к обнажению чего-либо.
Кэлвин был моим парнем. Моей первой любовью и, как я думала, последней. Когда я встретила его на вечеринке в честь совершеннолетия друга несколько месяцев назад, он просто перевернул мой мир. Парень был столь горячим и дерзким, что заполучил меня в свои сети моментально, как только сказал привет.
Я собиралась отдать ему свою девственность. И действительно была близка к этому. Он касался меня и я делала ему минет и, если бы он не был столь… настойчив… может быть… возможно, я бы хотела, чтобы это произошло скорее…
Но сейчас это не важно. Кристи об этом позаботилась.
Сейчас часть меня желает, чтобы я никогда его не встречала. Большая часть меня хотела бы, чтобы я не бегала за ним как щенок через всю страну и не оставалась с ним в доме его отца.
У меня в животе порхают бабочки, когда я слышу, как Харрисон возится на кухне. Я борюсь с искушением отклониться на стуле на столько, чтобы выглянуть из-за двери. Я предпочитаю считать, что все происходит только потому, что он единственный, с кем я контактирую в течение нескольких недель и нашего в зависимом от него положении. Однако, я лгу сама себе и знаю об этом.
Последние несколько дней он смотрит на меня как-то иначе. Точно так же я, как и я смотрю на него по-другому. Его взгляд останавливается на мне и я неудержимо краснею каждый раз. Я чувствую это трепетание немного ниже живота, волнение из-за него, точно так же меня волновал Кэлвин, когда, словно ураган, ворвался в мою жизнь.
Я не могу мечтать о Харрисоне. Тем более так, как я мечтала о его сыне. Я имею в виду, что просто не могу. Он в два раза старше меня и я не должна. Это что-то сверх запретное, думать об отце твоего парня ночью в кровати, когда твои пальцы между твоих ног.
И все же, я мечтаю о нем.
Не могла прекратить думать о нем в течении последних нескольких ночей.
Тяжело дыша.
Страстно желая.
Фантазируя о нем.
Воображая, что он смог бы со мной вытворить.
Он выглядывает из-за двери и, потягивая кофе, смотрит на меня все тем же пристальным взглядом.
— Поппи, почему не выходишь на улицу? — произносит он. — Как на счет того, чтобы быть хорошей девочкой и помочь мне в саду?
Что-то в том, как он произносит «хорошая девочка» заставляет меня дрожать. Я хочу быть для него хорошей девочкой. Я всегда была хорошей девочкой для мамы, для моих школьных учителей. Но он вкладывает что-то свое в это понятие.
Киваю ему.
— Хорошо, я помогу с растениями.