Сиреневый ветер (СИ)

— Это хорошие новости. Ну... Точнее, это хоть какая-то определённость, что тоже хорошо, — кивнула с улыбкой Сильена. — Кстати, я думаю сегодня уже попробовать попасть в сон. С этим ведь нет смысла тянуть.
Нильс согласился, но ни этой ночью, ни в ближайшие у Сильены ничего не получилось. Она старательно выводила печати, тщательно формулировала условия, но если и видела в зеркале что-то кроме своего отражения, то лишь мутную тьму. Это расстраивало, однако сдаваться нельзя.
Днём Сильена старалась больше узнать о Райлере: какие о нём ходили слухи, какова репутация, что думали о нём другие демоны, кто ему служил, — проще говоря, старалась ухватить любую возможную информацию, но пока всё сходилось к тому, что Райлер — типичный демон, однако с силой и властью, который тщательно отбирал слуг, из-за чего у него очень редко появлялись новые, а старые не оставляли должностей. По крайней мере живыми. При этом ходили слухи, что официальный список слуг не совпадал с действительным, то есть тот, кто считался личным убийцей, вполне мог оказаться просто убийцей, а имя того самого держалось в секрете от общественности. И так можно сказать про всех, кто числился среди «личных», «главных» и прочих приближённых. Поэтому, когда Сильена услышала, что главного мага Райлера звали Хекле, она не стала делать выводов, что они ошиблись с расположением Алрефе.
Иногда на Сильену накатывала тревога, как это случалось пару раз в Невене, но теперь это ощущалось близко, словно причина беспокойства просто проходила мимо. Сильена не могла это игнорировать, но так как чувство пропадало быстро, она старалась не зацикливаться на нём и просто некоторое время держалась ещё осторожнее.
Нильс постоянно где-нибудь пропадал. То близ резиденций крутился, то снова заглядывал в университет под разными предлогами. Также он успел побывать на почте и наведаться во все местные магические лавки, аптеки и библиотеки. Даже красные волосы, которые хотя и не были диковинкой, но в глаза бросались, и отсутствие рогов не мешали ему сливаться с местными. Впрочем, второе очень быстро решилось, потому что Нильс раздобыл муляж рогов. Он тогда с сожалением отметил, что и Сильене бы нашёл подобные, но у неё был слишком не демонический цвет кожи. Да и отсутствие связи с тьмой слишком очевидно.
***
Устало опустившись на стул, Сильена сложила руки на столе и положила на них голову. Скоро ночь, а значит, надо снова попытаться попасть в сон, но с каждым разом вера в успех была всё слабее. Может, сдаться и просто пробраться в дом?
— О чём вздыхаешь, Синелюшка? — поинтересовался подошедший Нильс.
— Да как обычно, — ответила она глухо, так как решила не поднимать голову. — Я не понимаю, что делаю не так. Вроде и убеждаюсь, что он спит, каждый раз смотрю и проверяю. И с печатями не косячу. Их четыре, конечно, но после стольких-то попыток! И всё равно не вижу в зеркале сна... — Сильена посмотрела на Нильса и ленивым движением убрала упавшие на лицо сиреневые пряди.
— Может, он просто не видит снов?
— Мы очень редко когда правда совсем ничего не видим, чаще просто не воспринимаем и не помним это. Но даже если допустить, что сна нет, я бы всё равно увидела его. Но я не вижу ничего. Словно... Он ушёл.
Нильс сел рядом и задумался, постукивая средним и указательным пальцем по столешнице. Иногда он начина водить по столу, будто там лежала невидимая карта или схема, очень неразборчиво бормоча себе под нос.
— Это, конечно, очень сложное колдовство, но если привыкнуть к тому, что мы говорим про Алрефе, а не балагура Феба, то он может в самом деле уходить. Я не так много про это знаю, но могу потом кое-что про это рассказать. Суть в том, что это вполне реальный вариант, но ему всё равно нужно иногда нормально спать, так что советую попробовать ещё. Я почти уверен, что ты-то всё делаешь правильно. К тому же, мы вместе дорабатывали чары, — подмигнул Нильс.
Сильена решила ему поверить и повторила ставшую уже привычной схему. Зеркало, Слово и Кровь, чтобы проведать Феба, а после — Слово, Радуга, Сон и Зеркало, в надежде увидеть по другую сторону что-то кроме мути и мрака. И — о, чудо! — на поверхности проступил луг, по которому прогуливался кое-кто очень знакомый. Сильена чуть не подпрыгнула на месте от радости, тут же уменьшилась и запрыгнула в отражение.
 
***
По ту сторону стекла сложно было поверить, что это всего лишь сон, так это очень походило на места, по которым доводилось путешествовать. Даже ощущения казались реальными. Сильена снова выросла, и как только босые ноги коснулись мягкой травы, поспешила к любимому демону.
— Сильена! — воскликнул Феб, заметив её, и широко улыбнулся.
Он подбежал, крепко обнял Сильену, оторвал от земли и закружил. Такой счастливый, что у неё самой перехватило дыхание от радости. Сильена обняла Феба в ответ и ткнулась своим лбом в его. Пусть даже для него это только сон, но она очень обрадовалась встрече. Признаться честно, Сильена опасалась, что встретит кого-то угрюмого, холодного, пугающего, однако это был тот самый Феб, которого она полюбила. Улыбчивый и с уютными, тёплыми объятиями.
— Какой замечательный сон. Уверен, после него и день станет лучше прежних, — довольно сказал Феб, поставив Сильену на землю. С мягкой улыбкой он осторожно завёл за острое ушко сиреневую прядь и оставил лёгкий поцелуй на виске. — Ты кажешься такой реальной... Кажется, я даже чувствую сирень, — пробормотал, внимательно рассматривая.
Сильена тоже улыбнулась. Немного печально, но казалось, что просто скромно. Хотелось признаться, что она не плод воображения, но пока не стоило. Феб ведь умный, он мог и догадаться, что в сон она прошла, потому что отправилась к демонам, ведь такое было бы слишком сложно провернуть, находясь в разных мирах. Не стоило омрачать приятный сон такой новостью.
— Мы так давно не виделись... Я скучаю по тебе. И по твоим песням.
— Это легко исправить, милая Сильена, — живо заверил Феб и, рукой описав в воздухе петлю, достал из пространства лютню.
Рядом оказалось поваленное дерево, на которое они и сели. Феб наиграл простую мелодию, настраиваясь, а после Сильена узнала мотив той самой песни о драконьем городе, которую он придумал в Гааве. Когда Феб пел, он выглядел таким вдохновлённым, таким заразительно радостным, словно ничего и не произошло. Словно сейчас они просто сделали очередной привал, как много раз случалось во время путешествия. То, что во сне они выглядели так же, как в дороге, только усиливало впечатление.
На второй песне, более задорной, Сильена не выдержала, выскочила с дерева и начала кружить в танце, осознавая, как сильно не хватало ей и этого. Движения ради красоты и радости, а не самозащиты. Ради восторга, до краёв наполнявшего душу. Как жаль, что летать она могла, только в облике феи.
Сильена так увлеклась, что не заметила, когда Феб перестал играть и стал просто следить за ней. Пристально, зачарованно, любяще. Сиреневая спутница снова очаровала его. Поднявшись, он подошёл к остановившейся Сильене и вновь крепко обнял.
— Я люблю тебя, — прошептал Феб, наклонившись к самому уху.
Сильена застыла. Сердце и без того колотилось после танца, но, кажется, забилось ещё быстрее. Сколько бы она ни догадывалась о чувствах, услышать это всё равно было очень неожиданно. И не менее приятно.
— Я тоже тебя люблю, — так же шёпотом ответила Сильена.
— Какой замечательный сон... — повторил Феб, но уже с едва уловимой тоской.
Эта интонация совсем не понравилась Сильене. Ей срочно захотелось что-то сделать. В Невене она наблюдала за людьми, пытаясь понять, как же у них принято выражать любовь. Сейчас выпал самый подходящий момент, чтобы проверить верность полученных знаний. Сильена обхватила лицо Феба руками, заставляя наклониться к себе, а сама привстала на носках и медленно, осторожно коснулась его губ своими. Легко, несмело, в душе опасаясь сделать что-то неправильно.
Феб на мгновение опешил, но быстро переложил одну руку на затылок Сильене, закрыв глаза, и углубил поцелуй. Аккуратно, но настойчиво. Она тоже закрыла глаза, ответила не сразу. Робко, совсем неопытно, не пытаясь перехватить инициативу. Непривычно и странно, но приятно. Сильена переложила руки на шею, прошлась пальцами по затылку. Её пальцы были прохладными, из-за чего Феб почувствовал, как вдоль позвоночника пробежали мурашки. Он нехотя отстранился, но прежде чем отпустить от себя Сильену, чмокнул её в кончик носа.