Танго нуэво

– Есть. Он может навести справки, причем – быстро.
– А что он за это попросит? – смотрела в корень Феола. – Не из любви же к полиции он помогать будет?
– Нет. Обычно взамен он просит пропорциональную услугу. Тоже узнать что-то. Я соглашаюсь, если это не противозаконно.
Феола задумчиво кивнула.
– Тоже неплохо. Как его зовут?
– Сеньор Эктор Паскуаль Кинтеро.
Феола кивнула.
– Хорошо. Съездим, и мне надо будет возвращаться к Мерче. Могу я тоже спросить у него про одного человека?
– Ваш… прилипала?
Феола сверкнула глазами. Спускать тану Анхелю даже взгляд в свою сторону она не собиралась. Она с негодяя шкуру сдерет и так отпустит! Голым! На мороз!
– Да.
– Хорошо. И пока мы едем, предлагаю обсудить ситуацию.
Да, обсудить. А заодно это поможет Амадо не уснуть на дороге. Потому как сил не остается. Только голос Феолы и держит его между сном и явью…
Поди, попробуй кто сам вот так работать, да не спать, да поскандалить дома, а потом примчаться в самое пекло на работу…
Феола посмотрела на сидящего рядом мужчину. Покачала головой. Посомневалась пару минут, а потом махнула рукой.
– Тан Риалон, вы можете притормозить ненадолго?
– Да, а зачем?
– Надо.
Амадо пожал плечами, но послушно свернул в переулок. Надо так надо. Спорить с женщиной вообще занятие не особо полезное, он это по своей супруге знает.
Феола подождала, пока мобиль остановится, и Амадо заглушит мотор. Вышла и пересела ЗА мужчиной.
– Сидите смирно.
– Ритана? – удивился Амадо.
А больше он ничего сделать и не успел. Прохладные пальцы легли на его виски – и Амадо показалось, что по коже побежал расплавленный металл. Только это было не больно. Приятно, скорее…
Что-то такое, горячее, светлое, ясное, заполняющее голову, вытесняющее из мозгов противную усталость, заставляющее открыть глаза и улыбнуться новому дню.
Это длилось недолго, но было так приятно, что Амадо даже застонал от удовольствия.
А потом пальцы убрались с его висков, а он остался сидеть в той же позе, откинув голову на подголовник. Легкий-легкий, словно и не было этой длинной ночи, и вчерашнего дня тоже. Словно он уехал куда-нибудь на пять дней и отоспался.
Рядом скрипнула кожа сиденья – вернулась на место Феола. Амадо не хотелось открывать глаза, он побаивался возвращения противной головной боли, но та исчезла бесследно.
– Феола?
– Как вы себя чувствуете?
Судя по лицу Феолы, она сейчас ничего сложного не сделала. Да это так и было.
Обычно делиться своей жизненной силой – сложно и трудно. Семь потов сойдет, пока что-то да сложится, а то может и вовсе ничего не получиться. Даже с Адэхи, несмотря на всю его силу, Феоле было сложно. А вот с Амадо все было легко и просто.
И ничего удивительного.
Сложно делиться жизнью с чужаками, какие бы хорошие они ни были. А вот близким людям мы и отдаем, и жертвуем охотно. Феола этот принцип знала, и легкость, с которой она делилась, даже не испытывая усталости, говорила ей о многом.
Да, это ее мужчина. И у них практически полное совпадение. Это хорошо.
Только вот он об этом не знает. И это плохо.
– Замечательно я себя чувствую, – после короткой паузы отозвался Амадо. – В кои-то веки ничего не болит.
– Вот и отлично. А то вы весь серый.
– Отлично? А что это было, хотелось бы знать?
Феола пожала плечами.
– Ничего сложного. Я же маг огня, и в каждом человеке есть свой, внутренний огонь. Только ваш приугас, а я его… слегка раздула. Вот и все.
– Так просто?
– Ну… не так просто на самом деле. Но иногда я и такое могу.
Амадо только головой покачал.
– Цены тебе нет, Феола.
– Не надо мне цену. А вот вам сегодня ночью надо проспать не меньше четырех часов. Иначе пойдет откат.
– Откат?
– Опять голова заболит. Только втрое сильнее.
Амадо содрогнулся. И подумал, что проспит эти четыре часа, даже если придется залезть в самую дальнюю камеру участка и запереться там изнутри.
– Обязательно посплю. А ты… в порядке?
– Да. И мы можем ехать, – вежливо намекнула Феола.
– А заодно по дороге обсудим наше дело, – завел мобиль Амадо.
 
Тело полнила веселая сила, словно он бокал, в который налили шампанского. Легкие пузырьки играли в крови, заставляя выдвигать сумасшедшие гипотезы.
– Итак, мединцы есть. Более того, они ассимилировались с людьми и прекрасно живут. Опознать их в одетом виде не представляется возможным.
Как он узнал, у того же Гомеса практически никаких признаков не было. Только что-то вроде костяных пластин в районе талии. Таких, не особо широких. Словно под кожей пояс вырос, вот взял – и сам по себе вырос. Без шипов, без выступов, просто твердая полоса, состоящая из отдельных пластинок, размером с детскую ладошку. Даже не чешуя. Вообще ничего не видно, разве что руками почувствуешь. А у детей Гомеса и такого уже нет.
И что теперь, ходить и всех раздевать? Что-то нереально это звучит. Так что… мединцы есть. Они среди людей. И прекрасно себя чувствуют, гады такие!
Феола энергично тряхнула головой.
– Согласна. Мы исходим из того, что все мединцы добиты не были. Часть осталась, и им нужно что-то…
– Массовое жертвоприношение, скорее всего, – вздохнул Риалон. – Демон, который дал им жизнь… отец уверен, что тот мертв, но кто об этом сообщал мединцам?
– Полагаю, никто, – согласилась Феола. – И у них есть прекрасная возможность провести это жертвоприношение. Во время похорон или коронации… тут же масса народа будет! Погибнут, вот и все… Взрыв, к примеру. Если уж взрывчатку нашли! Или магия какая…
Амадо только вздохнул.
– Столица будет набита полицией. Намного проще устроить по дороге покушение на кортеж…
Феола пожала плечами.
– Может, и проще. Ладно. Давайте исходить из фактов. У нас есть недобитые мединцы. У нас есть взрывчатка, которую нашли в доме сеньоры Арандо. Это сочетание настораживает.
– Согласен, – не стал спорить Амадо. – Но этим буду заниматься не я. То есть мерами безопасности. Я в них не так хорошо разбираюсь.
– Тан Вальдес?
– В том числе. Будет совещание, тан Кампос распределит, что и кому надо делать, может, даже уже распределил.
Феола задумчиво кивнула.
– Хорошо. Давайте зайдем с другой стороны. У нас есть дохлый помощник секретаря. Который, кстати, имел доступ к любой информации. Вообще любой…
Амадо только зубами скрипнул.
Ну да. При желании в мэрии можно узнать что угодно. Он это на примере полицейского управления понял. Подружись с тем, с этим… там два слова, здесь три монеты – и тебе чуть ли не дело со стола следователя вынесут. Ладно-ладно, не все так плохо, но если ты работаешь в управлении, то получишь доступ к информации.
– И картежник вдобавок.
– Если узнаем, что последнее время его не видели за картами, или что он проиграл по-крупному…
Объяснять Амадо не требовалось. Сам не дурак.
– Допустим, он проигрался. И стал снабжать кого-то информацией. Это вполне реально.
– Тогда зачем его убили? – Феола не понимала логики. Вот, есть полезный человек. Им пользоваться надо, а не убивать, да еще за несколько дней до коронации.
– Может, потребовал еще денег. Или хотел рассказать кому-то о своих делах. Варианты возможны.
– Кстати. А он мог быть причастен к попытке отравления тана Кампоса?
– Вполне. Сезар ушел, Оливарес впустил кого-то и отвернулся.
– Вот, еще и этот вариант надо рассматривать.
– Будем рассматривать, – согласился Амадо. – Вы умничка, Феола.
Феола только вздохнула.
– Знать бы, где и с кем он так удачно поиграл.
– Узнаем, – пообещал Амадо. – Никуда он не денется. Сейчас съездим, а потом я вас отвезу обратно, к Агирре.
Феола тряхнула головой.
– Да, Мерседес. Какая-то странная логика. Две попытки похищения – зачем?
– Зачем?
– Конечно. Это же нелогично. Допустим, Мерседес правда королевской крови.