Кошка (СИ)

— Да ну тебя. Я плавать.
— Рыбу всю ребятам распугаешь, они тебя прибьют. — буркнул мне в спину Егор.
— Не прибьют. Я от них подальше уйду.
— Ага. Я предупредил.
Я махнул рукой, забрал по пути полотенце и направился подальше. Захотелось тишины, покоя и одиночества, надо было подумать.
Метров через пятьсот нашел уютную заводь, где можно было раздеться и искупаться нагишом, а потом так же позагорать на солнце.
Пока находился в уединении, всё думал:
"Что мне делать дальше? То что я полечу на Фиджи, как только мы вернёмся в город, это сто процентов. Сорвусь, найду и заберу. Но что делать с Катей? Катя…значит придётся немного отложить полёт до Фидж. Надо загнать её в клинику, узнать результат анализов, а потом лететь к Алине. Если ребёнок мой, то обеспечу его на всю жизнь, а если нет, то и думать не о чём."
В лагерь я вернулся, когда Костя вернётся из города с Сашей, но Егор тут же отправил его с десятилитровой канистрой в лес, к ручью.
Минут через десять, оттуда примчался Артём и начал напиваться, и при этом так целенаправленно.
" Стопка, вторая, третья," — мысленно считаю я, годая что на него нашло, ведь раньше его только от одного запаха водки воротило. — " Четвёртая…" — продолжаю я. — " Не, не пошла!" — заметил про себя я, когда Артём зажал ладонью себе рот и умчался лёгкой походкой пьяной лани, к ближайшим кустам, не обращая внимание на указания "мальчики налево, девочки направо".
Егор покачал головой, но ничего не сказал, я был готов сказать пару ласковых, но Кости тут не было.
"Ухожор хренов!" — подумал я, направляясь к Тёмке.
— Мелкий, ты как? — спрашиваю я, подходя к Артёму.
Он уже вынырнул из кустов и вытирал свои губы тыльной стороной ладони.
— Заябись! — выдал Тёмка и направился к озеру, при этом на ходу снимая с себя вещи, мне оставалось лишь по пути за ним их собирать.
Тёмка не останавливаясь полез в озеро. Я бы конечно мог его остановить, но во-первых я всё ещё помню что у него не кулаки, а кувалды, и меня мой нос всё ещё устраивает. А во-вторых, кто его туда загнал, тот и пусть вытаскивает. Я лишь пока присмотрю чтоб Тёмка не утонул.
Устраиваюсь поудобнее на ближайшем валуне и не спускаю с него взгляд.
Минут через десять Сашка подошел ко мне и спросил:
— Ты чего его оттуда не вытаскиваешь?
— Я его туда не загонял. Сам залез, сам и вылезет.
— А если утонет?
— Не утонет.
— Дань, перестань быть таким похуистом. Его надо вытащить оттуда.
— Сань, добровольно он сейчас никому не даться, если только ему морду не набить и силком не вытянуть, но заметь, от его кулаков пострадают все.
— А если уговорить?!
— Ну иди, попробуй, уговори. — говорю я, мыслино потирая руки в предвкушении спектакля о том, как тянул Сашка Артема из озера.
Александр подойдя к кромке воды, позвал:
— Артём, вылезай из воды.
Артём как плескался в воде, так и продолжал плескаться, не подаваясь на уговоры выйти. Я уже собирался спасать Тёмку от его же глупости, но не пришлось, явился рыцарь на белом коне, а точнее пришел Костя с канистрой воды.
Оставив канистру около Егора, Коновалов тут же стянул с себя кроссовки и носки, и направился к воде, хотя нет, прямо в воду.
Подойдя к Тёмке, он взял его на руки и прижав к своей груди, отправился обратно на берег, а оттуда до палатки, за всё это время Артём ни разу не пикнул.
— Э…а что, так можно было с самого начала? — удивился Сашка.
— Тебе, нет! — рявкнул Коновалов на ходу.
Я ухмыляюсь, походу Коновалов ревнует нашего Малыша, не только к Ире, но и ко всем.
Костя отпускает Тёмку около палатки и всё ещё порыкивая от ревности сказал:
— Ползи спать, алконавт, пока что-нибудь ещё не учудил.
Походу опустившись на колени Тёмка все же что-то учудил, по другому я не могу оправдать сказанные слова Кости, при мне и Сашке.
— Ещё раз увижу тебя пьяным, изнасилую, — и почему-то я был уверен, что Коновалов именно так и сделает.
Тёмка тут же уполз.
 
Костя подошел ко мне и сказал:
— Пригляди за ним, — объяснять за кем надо приглядеть, мне надо, и так понятно кто у нас самый проблемный.
— А ты куда? — спрашиваю я.
— Дело одно появилось в городке, к вечеру вернусь.
— Не заблудись. — усмехаясь говорю я, прекрасна зная, что он, как и я, хорошо знает этот лес, ещё с детства.
— Не переживай, мне есть к кому возвращаться, так что, вечером буду, — после этих слов он вернулся в палатку, но лишь для того, чтоб переодеться в сухое, а уже потом Костя покинул лагерь и отсутствовал до самого вечера.
Артём так и не выползал из палатки, я лишь отнёс ему бутылку минералки, чтоб ему было чем смочить горло, когда он проснётся.
Весь следующий день хлестал дождь, что навивает грусть, скуку и вынужденное время провождение с Катей. А вот из неё так и прут идеи, как себя развлечь, в основном сексом.
Вот Тёмка явно не унывал, прекрасно гуляя под дождём. Он организовал спасение провизии, которую ещё можно было спасти, а потом поделив всё что осталось, благо осталось ещё много чего, разнёс всё по палаткам, просто больше никому покидать своё убежище не хотелось.
Я рискнул вылезти из палатки ближе к обеду, надоели Катькины посягательства на мою честь, но погуляв с полчаса решил, что лучше уж Катя, чем пневмония, так что, пришлось вернутся в палатку.
Не понимаю, как можно так кайфовать от дождя, как это делает Тёма.
— Тёмка, ты заболеешь, — в который раз крикнул я.
— Не переживай, я закалённый, — ответил Артём.
— Ты весь день торчишь на улице, у тебя наверное уже вся кожа разбухла от влаги, — заметил я.
Похоже воображение у Тёмки богатое и он все же уполз в палатку.
— Дань, мне скучно, — проныла Катя.
— Ужинай и укладывайся спать. Завтра рано вставать и топать обратно до парковки.
— Наконец, надоел мне этот лес уже.
— Удивительно что тебе только лес надоел, — заметил я.
— Дань, я секса хочу, а тут кругом посторонние уши, сам же сказал…
— Ты хочешь чтоб я трахнул тебя здесь, для остроты ощущений, или пойдём в лес, под дождичек, чтоб сразу смыть все следы? — спросил с издёвкой я.
— Почему ты стал таким? — возмутилась Катя.
— Каким?
— Холодным. Отчужденным.
— Я? Иногда так бывает, что чувствам нужна перезагрузка.
— Я не понимаю, какая перезагрузка?
— Не бери в голову, я просто думаю в слух. У нас всё ок. Завтра вернёмся в Курсун и съездием в клинику, тебе давно надо встать на учёт, а заодно проверим, всё ли в порядке с тобой и с малышом.
— С нами всё в порядке.
— Очень хорошо, а теперь ложись спать.
— А поцелуй на ночь?
Склоняюсь над ней и целую в губы. Катя тут же обняла меня за шею и притянула к себе поближе.
— Ты не представляешь как я хочу тебя, — улыбаясь заметила она.
— Ты слишком громкая для этого леса! — парировал я, — так что, давай без глупостей. Ложись спать.
Не знаю почему, но за ночь я просыпался раз сто. Просыпался, прислушивался и ничего не услышав, снова пытаюсь уснуть, и так всю ночь.
На утро я был злой как сто чертей и не помогло солнышко, что обещало ясную погоду.
Разбудив лагерь объявил, что те кто сегодня выдвигаться в город, завтракают, собираются со мной, те кто решил остаться, могут спать дальше.
Тёмку и Костю я беспокоить не стал, поскольку слышал их голоса, походу выясняют отношения.
Идеальный распорядок нарушило то, что из палатки выполз Костя, потом он вытянул за руку Артёма и подняв его на руки, пошагал прочь.
Я понимающе улыбнулся, хоть у кого-то этот день вызывает позитив.
Ребята скрылись из вида за деревьями, а я повернулся к удивлённой толпе.
— Чего рты разинули, собираемся или нет? — рявкнул я.
— А что это сейчас было?! — нахмурившись спросила Катя.