Ангел-Хранитель, или Никогда не работай в библиотеке (СИ)

Юлька уже давно ушла, даже не попрощалась. Или я этого не заметила. Денис лежал в кровати, смотря видеоролики на телефоне. За окном солнца уже не было, но темнота так и не наступила, как бывает в начале июня в Петербурге. Белые ночи завораживали гостей города, но я могла потеряться во времени, думая, что ночь еще не наступила.
Подошла к окну, посмотрела на улицу и сладко потянулась. Прохожих уже не было, сквер по дворе опустел. Лишь легкий ветерок качал ветки деревьев. Я открыла окно и вдохнула сладкий запах сирени. Среди деревьев мелькнула тень. Я облокотилась о подоконник и стала всматриваться в темноту. Какое-то время было все тихо, не было заметно ни единого движения.
Но вот дернулись кусты сирени, совсем не в такт ветру, и из тени вышла черная фигура. Человек огляделся, задержался на секунду, прислушиваясь к шороху листьев, и медленно пошел к дому. Он прошел мимо фонаря, который был почти бесполезен в белые ночи, но я смогла получше разглядеть незнакомца. Светлые волосы, правильные черты лица, черный поношенный костюм. Именно он присаживался ко мне на скамейке сквера. Я повернулась и тихо окликнула брата:
– Ден, иди сюда.
– Чего еще? – Денис недовольно вынул наушник из уха.
– Быстрей! Пока тупишь, ничего не увидишь.
Денис скинул наушники и подбежал к окну.
– Вон, видишь? – я показала ему на человека, который уже копошился около входа в дворницкую.
– Это что еще за тень?
– Не знаю. Но именно он подсел ко мне в сквере, и его Семен Сергеич прогнал.
– Там же тень, ничего не видно, – Денис озабоченным взглядом посмотрел на меня. – Все-таки наркоман?
– Не знаю.
– И что делать? Как-то надо его остановить?
Я на секунду задумалась, потом высунулась в окно и громко закричала:
– Эй ты. А ну, отойди! А то сейчас полицию вызову!
Тень метнулась в сторону, скрылась в арке.
– На сегодня, вроде, все, – сказала я, закрывая окно. – Завтра нужно сказать Семену Сергеичу.
– И выяснить, что же это за парень такой.
– Ты поддаешься Юлькиному влиянию, – я пошла в свою комнату, – скоро будешь с лупой бегать по району и преступников ловить.
– Да ну тебя, – Денис воткнул наушники в уши, лег в кровать и отвернулся к стенке.
С утра моросил небольшой дождик, небо заволокло тучами и на работу идти совсем не хотелось. Я подошла к окну, посмотрела на дверь дворницкой. Замок висел нетронутый. Значит, ночью парень больше не возвращался. Умывшись и наскоро позавтракав, я спустилась во двор. Дворницкая уже была открыта, кто-то гремел, перебирая метлы и грабли.
– Утро доброе, – прокричала я, но ответа не услышала.
За ночь многое в дворницкой изменилось. Инструмент, всегда аккуратно сложенный в углу, валялся на полу, фотографии писателей и их героев разлетелись по всей комнате. В помещении не было никого. Я наклонилась, взяла лопату, которая валялась под ногами, и, приняв боевую позу, стала продвигаться внутрь. Из соседней коморки послышались шаги, нецензурные ругательства. Я замахнулась лопатой, ожидая нападения от неизвестного грабителя.
– Ты чего лопату для снега схватила? Лето на дворе, – раздался знакомый голос, и из темноты вышел Семен Сергеич.
– Нас ограбили?
Я опустила лопату, но отставлять ее не собиралась. Дворник выглядел озабоченным, прошел мимо меня, подошел к столу, стал перебирать фотографии, наклонился и стал собирать те, которые рассыпались на пол.
– Вломились? – повторила я свой вопрос, отходя в сторону и давая возможность дворнику собрать фотографии.
– Нет, – резко ответил тот, продолжая ходить, наклонившись, и собирать фотографии, – я потерял одну вещь, вот теперь ищу.
– Ночью кто-то пытался влезть в дворницкую.
Семен Сергеич резко выпрямился.
– Ты видела, кто это был?
Он подошел вплотную. Хотелось отойти на пару шагов назад и как-то обезопасить себя. Что-то агрессивное исходило от старого дворника. Больше не чувствовалась доброта и озабоченность, с которой он всегда общался с людьми. Сейчас в глазах стояла угроза.
– Это был тот парень, который подсаживался ко мне на скамейке. Помните, когда вы его шуганули.
 
Семен Сергеич смотрел в глаза, не отрывая взгляда еще минуту. Я стояла и боялась даже моргнуть.
– Ты точно его видела?
– Да вот как вас.
Дворник отошел в сторону, составил в стопку все фотографии, которые собрал с пола и, не поворачивая головы, сказал:
– У тебя сегодня выходной.
– Вы уверены? Давайте хоть помогу прибраться.
– Ты свободна, – дворник повысил тон.
Ничего не оставалось, как молча выйти. Я постояла под крышей пару минут, посмотрела, как крупные капли срываются с козырька и со звоном падают в лужу. Неожиданно вспомнила, как незнакомец вчера ночью прятался в кустах сирени. Я накинула капюшон и, нагибая голову, чтобы не промокнуть насквозь, побежала к скверу. Остановилась только в кустах, отметила фонарь, под которым видела ночью человека, и направление, откуда тот вышел. Раздвигая мокрые ветки, прошла в середину. Земля была мокрая, вязкая, следов никаких видно не было. Я потопталась на месте, чувствуя себя полной идиоткой.
– Вот Юлька, – выругалась я, стряхивая капли с плеча, – заразила своим детективным азартом. Теперь как дура топчусь в грязи под проливным дождем.
Выбравшись на аллею, я заметила человека в черном дождевике, двигающегося вдоль дома. Тот остановился около двери дворницкой, огляделся по сторонам, хотя в такую погоду никого на улице и близко не было, и вошел внутрь. Я так и осталась стоять под дождем. По спине стекали капли, одежда промокла насквозь. Но уйти я не могла, будто пригвоздило к месту. Таинственного вокруг обычного дворника за последние два дня было так много, что выяснить хоть что-то нужно было обязательно. И пусть Юлька была права, черт бы ее побрал, мелкую пигалицу, но роль детектива была интересной и интригующей. Для того чтобы не стоять посередине двора, я отошла обратно к кустам.
Через несколько минут скрипнула дверь, человек в плаще вышел, за ним Семен Сергеич, не в рабочей одежде, а в обычной, городской. Человек махнул рукой. Заурчал мотор, и к ним подъехал черный внедорожник.
– Почему всегда внедорожник, и черный? – мелькнула мысль у меня в голове,– фильмов, что ли, насмотрелись?
Он вышел из сквера и пошел к машине. Человек в черном уже сел, а Семен Сергеич заметил меня и подозвал к себе.
– Меня три дня не будет. Ты остаешься за главного. Дворницкую закрой и смотри, чтобы никто в нее не проник, – он кинул мне ключи. – Если что, – он замолчал, обдумывая, что сказать, – объяснять некогда, действуй по ситуации. Лучше ни во что не вмешивайся.
Он сел в машину, дверь закрылась, и машина тут же тронулась. Стоя под струями дождя, я сжимала ключи в руке. Опомнившись, заскочила под козырек и закрыла дверь. Положила ключи в карман и бегом, уже не прикрываясь от дождя, побежала к своей парадной.
Дома все проснулись, мама заперлась в комнате и говорила с кем-то по телефону, договариваясь по поводу цены за новую картину. Денис тоже проснулся и уже на кухне вовсю хлопал дверцами шкафов в поисках быстрого завтрака.
– Ну что, наработалась уже? – сказал он, захлопывая дверцу холодильника.
– Дождь, – коротко ответила я, входя в кухню.
– Ясно. Ты сказала про ночного гостя?
– Сказала.
– И что? – Денис, наконец, нашел упаковку конфет и повернулся ко мне.
– А ничего. Он спросил, точно ли я его видела. Потом отправил домой. А потом приехал какой-то мужик на бандитской машине и увез его. Теперь на три дня я хозяйка двора.
– Это достижение. Два дня работы и повышение, – хмыкнул Денис, засовывая сразу две конфеты в рот.
– Не нравится мне все это, – я выхватила третью конфету у брата из рук, – черти что происходит.
В дверь позвонили.
– Юлька пришла! – спохватился Денис, заметался по кухне, засовывая конфеты обратно в шкаф, а фантики пряча поглубже в ведро.
– Что ты так всполошился-то?