Наследство Ушедших (СИ)
И вот эти два перехода огромная по местным понятиям куча народа строила почти год. Десять месяцев. Причем крепости до конца не завершены, их ещё достраивают и конца работе не видно. Дорожное полотно готово, но и тут хватает недоделок, которые устраняет особая ватага из трех мастеров с помощниками. Денег в проект вбухано немеряно, понятно, почему первые обозы с товаром уже пошли — купцы стремятся как можно скорее отбить траты.
Ещё надо учитывать, что на всём протяжении стройки нам активно мешали. В первую очередь, речь идёт о чудищах. Они стекались с ближних и дальних лесов, собирались в стаи или находили вожаков, превращаясь в полноценные «выплески»-орды. Нападали, не давая передышки боевым сотням внешнего охранения, да и на нашу, внутреннюю долю, немало доставалось. По словам знающих людей — стандартная ситуация при вторжении в старый темный лес. Послушник Короткого Шага, с которым я как-то разговорился, объяснил, что чудищ гонит сама тьма. Все темные леса являются в определенном смысле единым организмом, неразумным, но способным на инстинктивные реакции и реагирующим на угрозу призывом защитников. Примерно так человеческое тело залечивает ранку от занозы с помощью фагоцитов. До зимы шел сильный постоянный напор, после наступления морозов наиболее опасные чудища залегли в спячку или погибли, а новые находились слишком далеко и не пришли на зов. Стало полегче.
Одной тьмой проблемы не ограничились. Человечество по части создания неприятностей самому себе прекрасно обходится без посторонней помощи, что и доказало, стоило передовым отрядам строителей выйти к границам Сувара. Надо уточнить, вся булгарская земля делится на три княжества — Сувар, Биляр и Мюрян. Первое территориально к Березову ближе всех, самоназвание жителей «бахдула», правит в нём князь, признающий старшинство сидящего в Биляре верховного правителя-йылтывара.
Поначалу, когда только-только пошли первые разговоры о том, что хорошо бы построить дорогу и торговать напрямую, суварский правитель интереса к затее не проявил. Столь же вяло он отреагировал, когда местные купцы пришли к нему с конкретными предложениями — правда, разрешающую грамоту выдал. Теперь же, убедившись, что дело спорится, что ещё немного, ещё чуть-чуть и путь сквозь темный лес заработает, царек засуетился и принялся действовать. Во главе дружины подступил к ближайшему кремлю (со своей стороны) и потребовал оставить в нём свой гарнизон. Дескать, это его земля, он здесь хозяин.
Его вежливо, но послали. По сложившейся традиции граница любых человеческих земель проходит по кромке леса, дальше территория считается ничейной и, в теории, занять её может любой. Если мозгов нет или если настолько уверен в своих силах. Крепость, запирающая путь, стояла за тонкой перемычкой из деревьев, то есть совершенно точно суварцы претендовать на неё не могли. Что интересно — со стороны Березова подобной выразительной преграды нет. Думаю, из-за позиции нашего князя и большинства верхушки, которым принадлежит весомый пай в предприятии.
В общем, суварец принялся угрожать, правление подтянуло свои сотни… Драка не состоялась по двум причинам. Во-первых, на запах возможных разборок заявилась дружина березовского князя. Три сотни элитных бойцов послужили весомым аргументом в пользу мирного ведения переговоров и здорово охладили кипящие страсти. Во-вторых, почуявшие запах денег куввады, булгарские аристократы, намекнули своему повелителю, что надо бы скромнее себя вести и не только о себе думать. Географически Сувар находится в дремучем углу, источников доходов мало, а тут — блестящая возможность «оседлать» грузопоток с хорошим трафиком. Ради такого можно и новых соседей потерпеть. Тем более что купцы, состоящие в консорциуме, клялись оставаться нейтральными и войска через свою территорию не пропускать. Как они планируют сохранять нейтралитет, имея березовцев в числе основных пайщиков, переговорщики тактично умолчали.
Ещё немного спустя подтянулись посланцы верховного царя. Их, с одной стороны, немного смущало внезапное появление неизвестной силы в «мягком подбрюшье» страны, в то же время возможные выгоды они прекрасно понимали. О стройке в столице знали с самого начала, но на уровне слухов, хотя некоторые крупные торговцы из числа булгар в проекте участвовали. Просто им не верили, считали проект авантюрой. Дополнительной пикантности происходящему придавало нежелание царя позволять вассалу становиться слишком сильным и богатым — потому что подчинённый, более успешный по сравнению с начальником, рано или поздно сам становится начальником. Ну, или пытается таковым стать.
Не считая регулярных мелких стычек, серьёзных столкновений удалось избежать. Тем не менее, переговоры ещё не закончились, войска оставались поблизости и внимательно наблюдали друг за другом. Не берусь гадать, чем дело закончится. Суварец не вкладывался в стройку, вместе с тем его опасения понять можно — дорога фактически представляет чужакам доступ в его владения. Удержатся наши? Ой, не знаю. Среди бояр достаточно любителей в поход сходить и мечами побряцать.
Ладно. Всё это — большая политика, повлиять на которую мы не можем. На нашем уровне иные проблемы.
— Что на этот раз? — обреченно спросил Милонег.
— Вроде как ягодку съел, — неуверенно протянул Полюд, главный над нашими строителями.
Я молча присел рядом со скорчившимся телом работника, пощупал пульс, с силой надавил на мышцы челюсти, рассматривая зубы. После чего раскрыл сумочку с зельями и начал искать подходящее.
— Да он дурной! — не сдержался братан. — Который раз уже всякую дрянь в рот тянет! Сказано же — не то, что есть, даже трогать травки в лесу нельзя! У вас в головах из наших объяснений хоть что-то задержалось?
— Чего ты у меня-то спрашиваешь?! Остальных не ругай — Дрозд один такой!
— Да? А кто вчера за жгун-лозу голой рукой схватился и сегодня замотанный ходит?
— То случайность!
Пока они вяло переругивались, я перевернул тело пострадавшего и влил в рот противоядие. Убедился, что оно попало в нужное горло, и аккуратно положил Дрозда обратно на землю. Теперь точно выживет. Выживет и, возможно, передаст ущербные гены следующему поколению тупых дроздов.
— Стоимость зелья вычти у него из оклада, — поднимаясь на ноги, сказал я Полюду.
— Оно работникам положено, — без особого энтузиазма возразил мастер.
— Раз или два — особо невезучим. А у него который? — я кивнул на переставшего напоминать истекающий потом комок нервов мужчину. — Это не случайность, это глупость. За глупость надо платить.
Полюд недовольно поджал губы, но промолчал. Дрозд постоянно косячил и защищать его начальнику просто-напросто надоело. Как там говорили в моём мире? «Если у тебя слишком много проблем, ты сам становишься проблемой». Вот, живой пример.
Инциденты, несмотря на усилия умеющей ходить по лесу охраны, случались раз в три-четыре дня. Обычно незначительные, мы справлялись с ними своими силами, но иногда приходилось относить пострадавших к целителям. Справедливости ради надо сказать, что большая часть строителей понимала, в насколько враждебном окружении находится, наши указания слушала и легкие ожоги соком или царапины от колючек служили им чем-то вроде закрепления пройденного материала. Потом они береглись. От всего осторожность их не спасала, здесь от укуса некоторых жуков можно запросто окочуриться, но в целом к ним претензий нет. Бешенство вызывает другая категория — дебилы, не способные усвоить полученный урок. Их немного, зато они громкие и активные.
Мы с Милонегом вернулись на пост, откуда пришли, привлеченные криками. Пост, вообще-то, только мой. Братан до сих пор в отроках ходит, хотя, чую, недолго ему осталось.
— Поскорей бы закончилось всё, — внимательно оглядев дерево на предмет сюрпризов, Милонег оперся на него спиной. — Надоело в лесу сидеть. Домой хочу.
— Ты ж два месяца назад там был.
— Да, ну, всего пару недель провел! Даже выспаться не успел, как обратно ехать пришлось, — он вздохнул. — Что думаешь, скоро нам договор закроют? Мастера, вроде, наш участок заканчивают. Если им расчет дадут, то и нам тоже положен.