Наследство Ушедших (СИ)
— Делом надо заниматься, а не мошну набивать, — ворчал Пересвет. — Если стена падёт, чем тебе утаенная добыча поможет? Чудища всех сожрут.
— Они уверены, что село отобьётся.
— Какая разница, в чём они уверены? Головой думать надо. Во Мшинском сейчас не одна тысяча человек, не только с нашего княжества съехались, из соседних земель тоже пришли. И все друг на друга смотрят, оценивают. О том, что кто-то не к бою готовился, а деньги легкой искал, мигом узнают и по всем весям разнесут. Куда с такой славой идти?
Он, разумеется, прав. Людей относительно немного, уровень межличностных знакомств очень плотный. То есть при необходимости можно среди своих знакомых найти того, кто способен дать характеристику заинтересовавшему тебя человеку. Возможно, правило не работает, если речь идёт о простом пахаре или другой малозначимой персоне, но получить сведения о главе ватаги плотников или торговце получается всегда. Газет нет, книг мало, театр представлен кукольными представлениями на ярмарках, другие развлечения тоже эпизодические — поэтому народ любит общаться и обмениваться разного рода сплетнями. Особенно любят обсуждать общих знакомых. Чужие косяки обсасываются со вкусом, помнят о них долго.
Сам дед вернулся в село непосредственно перед нападением авангарда орды. В его сотне кони были у шестерых (на мой взгляд не столько из реальной необходимости, сколько ради статуса), и вся шестерка прикрывала бегство пешцев. Мы, люди, очень выносливы. Со скоростью бега у нас не очень хорошо, опоясанный воин в снаряжении на длинной дистанции покрывает за час пятнадцать, если молод и подготовлен — двадцать километров, а вот бежать мы способны весь день с короткими перерывами. Можно и быстрее, и дольше, но нужны особые умения. При известии о приближении орды выдвинувшиеся было к месту будущей стройки первые ватаги дружно развернулись назад, оставив немногочисленных всадников притормаживать тварей. Позднее к ним присоединилась сборная солянка из других конников. Пешцы прибежали часов за пять до начала штурма и даже не успели отдохнуть, так и попадали на землю от усталости.
Дед Пересвет в сражении на стене участия не принимал. Израсходовал все силы во время бегства. На следующий день он, отдохнувший и выспавшийся, вздрючил подчинённых, осмотрел выделенный в его ответственность участок стены, проверил запасы и договорился с мастерами о дополнительных укреплениях. К нам дед забежал ненадолго, просто чтобы убедиться, что родня жива, да перекинуться с сыном парой словечек. Дядя Деян нас, отроков, похвалил.
— Хорошо стояли. Правда, чудищ не особо много было, гордиться нечем, но стреляли оба метко, без суеты.
— Не особо много?! — не сдержался потрясенный Милонег.
Старшие не обидно засмеялись.
— Я две великие орды отбивал, — ударился в воспоминания дед. — Эта третья. И вот что скажу — никогда прежде нашествие тьмы не начиналось настолько удачно. Для людей, само собой. Я не то, что не видел — я даже не слышал о таком удачном начале!
— Почему, деда?
— А вот сам посуди. Во-первых, у нас здесь уже собралось сильное войско. Внешние сотни, ближняя охрана строителей, дружина местного боярина, среди мастеров немало опоясанных наберется. Прибавь удельных бояр из окрестных сёл, что сюда своих воев привели или приведут сегодня-завтра, и тысячи две гридней получишь. Во-вторых, драться будем не в чистом поле, а на укреплениях. Гляньте туда, — он кивнул вниз, где перед стенами появился второй ров, сейчас спешно утыкиваемый кольями. — За неделю здесь полноценная крепость вырастет.
— Не дадут нам неделю, — с сожалением вздохнул Деян.
— Да хоть пару дней! Повезло, что в селе строителей много собралось. Из-за них — это в-третьих! — всю застрельную орду положили. Обычно часть вожаков успевает отойти, уцелеть и потом кружит по округе, хватая зазевавшихся. Сейчас, видишь, иначе. Вожаков нет, их свите умишка не хватило бежать, её тоже добили, ну а всякую мелкотню ловчие отряды выискивают и убивают. Новые стаи, конечно, подходят, но медленно.
Наконец, нам покидать укрепления и нападать не надобно. Наша задача — отбить первый натиск и дождаться подмоги. Вести разослали, княжеская дружина и бояре наверняка уже на том берегу собираются и сюда идут. Тоже, кстати, удача большая. Самые страшные набеги великой орды случались тогда, когда княжество либо с соседями воевало, либо промеж собой бояре резались. Березов сейчас ни с кем не воюет.
То, что в своих оценках дед прав хотя бы частично, дополнительно подтвердилось тем же вечером. Ко мне прискакал Завид со словом от Сновида и в компании отрока на пару лет старше нашего, оказавшегося младшим сыном удельного боярина. Они прибыли во Мшинское утром, причем собирались в дикой спешке и потому припаса захватили всего ничего, надеясь докупить недостающее на месте. Отец Драгомира разговорился со Сновидом и тот согласился помочь с едой и кое-какими бытовыми мелочами.
Удельные — это, в общем, тоже привилегированный класс, только уровнем пониже по сравнению с обычными боярами. Структура общества сложна и в то же время интуитивно понятна. Начать объяснение следует с того, что слово «боярин» одновременно означает чин и титул. То есть глава рода, владеющий большими земельными наделами, с собственной дружиной из десятков гридней, едва ли не ногой открывающий дверь в княжий терем зовётся так же, как и воин-одиночка, достигший восьмой ступени. Что многое говорит об уровне влияния упомянутого одиночки. Правда, таких отшельников очень и очень мало, обычно сильные бойцы тем или иным путём инкорпорированы в какую-либо общность и окружены соратниками, побратимами, учениками, должниками и так далее. Первые, наследовавшие боярский чин от предков, зовутся боярами «по отчеству», остальные, заслужившие его службой или мастерством, называются боярами «по прибору».
Если представить общество в виде статусной пирамиды, то на самом верху окажется князь. По факту его возможности часто урезаны и старшие настоятели Обителей, степенные посадники или главы крупных родов вполне способны с ним потягаться в смысле реальной власти, но формально князь выше всех. Чуть ниже на негласной и тщательно соблюдаемой иерархической лестнице стоят вятшие боярские рода, княжеские ближники, влиятельные старцы и столичные посадники. Дальше ситуация ещё сложнее, потому что верхушку подпирают сильные рода из не-столичных городов, предводители гостевых (купеческих) объединений, старшина ремесленников и много кто ещё.
Удельными боярами называют тех, кто владеет землей на определенном расстоянии от городов. Им самим или их предкам когда-то выделили удел за верную службу и теперь они являются собственниками разного размера поселений. Тех, кто готов выставить пять десятков бойцов, зовут боярами, остальные довольствуются званием «сына боярского». Подчеркну — речь не идёт о дружине, у удельных её может вовсе не быть. В данном случае учитываются любые мужчины с воинским поясом. Обычно под удельным боярином ходят три-четыре помещика, каждый из которых стоит во главе собственной семьи, иногда довольно многочисленной. Впрочем, помещик может и городу подчиняться, и наместнику княжескому напрямую, и даже крестьянской общине, хотя последнее редкость.
Отец Драгомира привел два десятка гридней — всех, кого смог собрать быстро. Остальные остались прикрывать дома и, на всякий случай, готовиться к бегству на другой берег.
— Так-то у нас места тихие, — рассказывал отрок, укладывая очередной мешок на телегу. — Чудища доходят редко. Слабые, конечно, иногда появляются, ну да где их нет? Разве что в городах.
— И там есть, — отдуваясь, возразил Завид. — В канализации селятся. Каждый год по осени стража клобуки выжигает, а всё равно мелочь бегает. Крысы переродившиеся или ещё кто.
— Да? Ну, может быть. В общем, до нашей вотчины орды не доходят, даже большие. В этом году впервые слышал, чтобы отец приказал собираться и за реку уходить. Всё, вроде?
— Три с зерном, один малый с горохом, малый с репой, один с сухарями, сало, куль мяса сушеного, — сверился я со списком. — Для стрел наконечников два сорока, порошка чихательного кошель, настоя чистящего четыре бутыли. Бинтов рулон сейчас принесу.