Любовь и Миры (СИ)

— Докажи, что это не фотомонтаж, — не сдавался Александр Петрович.
— Позвони в Питер и узнай — доехала ли туда Елисеева Мария Александровна? Телефончик дать?
— Обойдусь, — буркнул Александр Петрович.
Он позвонил лично директору фирмы, где работала Маша. Тот подтвердил, что его дочь Мария Александровна Елисеева сейчас находится на семинаре и дал номер телефона Питерского головного офиса, где он проходил. А там ему ответили, что Марии Елисеевой на семинаре нет — начальство отозвало её на внеплановую проверку. И безответные гудки на Машкином номере… 
— Кстати — заметил из угла Матвей Алексеевич, доедая бутерброд с колбасой, — номер телефона у Марии Александровны сейчас другой. Старый телефон вместе с симкой и деньгами у неё ещё в поезде стырили. Но звонить она всё равно не может — там с сетью что-то уже второй день. Так что, Александр Петрович — абонент временно не доступен. Вот выполнишь задание, тогда и получишь доступ к абоненту.
— Да пошёл ты… 
— Прям щас? — фиглярски привстал гость. — Дело ваше, господин хороший, если что — не обессудьте.
— Сядь! — буркнул Александр Петрович. — Говори, чего надо?
— Вот теперь — речь не мальчика, но мужа! — ехидно усмехнулся тот. — А речь, опять же — о мальчике.
Александр Петрович зябко передёрнул плечами… 
  
Отступления от норм
 
Сегодня был очередной, насыщенный новыми знаниями день. Кто-то сосредоточенно всматривался в продемонстрированные графики и таблицы, ища закономерности. Кто-то листал библ. Иные, встав, прогуливались с края, у окон, продолжая слушать. Лекция близилась к завершению и все уже подумывали об ужине и мероприятиях, намеченных на вечер.
Натэн удовлетворённо оглядел аудиторию и сказал:
— Ну, что ж, мы с вами сегодня неплохо поработали. А теперь, уважаемые, когда основная тема нашей лекции изучена, перейдём к той, что была намечена ранее, как дополнительная — «Отступления от СНиПа при приёме и последствия этого». Поговорим о нескольких цивилизациях, которые были приняты в КС с небольшими, как тогда казалось, недочётами, — сказал он. — Кто-нибудь готовился и может нам их перечислить?
— Можно я, досточтимый профессор, — вызвалась Танита, подняв руку. — Это четыре цивилизации: с планет Мокуна, Даота, Свэми и Юкая. Есть ещё Протея, но доступ к ней оказался ограничен — только для узких специалистов. Поэтому о ней мне сказать нечего. К каждой из этих цивилизаций у Комиссии имелись те или иные претензии, но в итоге они были приняты в КС.
— Да, Протея — это особая тема и ей мы уделим полностью одну из лекций. Давайте пока поговорим об остальных, — заметил Натэн.
— Хорошо, — кивнула Танита. — Итак, цивилизация Даоты. Она не соответствовала восьмой Заповеди: «Не считай себя распорядителем того, что сотворил твой Творец, ибо тебе не принадлежит в этом мире ничего тварного. А принадлежат тебе только лишь плоды Духа твоего. Творец Вселенных превыше всего».
— В чём это проявлялось?
— Даотцы не ограничивались разработкой полезных ископаемых на необитаемых планетах, но ещё делали ловушки для комет и метеоритов, превращая их в полезные руды. Тем самым нарушая замысел Творца, направляющего этих космических странников в разные части Вселенной с определённой, только Ему ведомой целью. Как известно, каждое такое небесное тело играет важную роль в судьбе планет и планетарных систем, изменяя гравитационные влияния и внося поправки в ход их развития.
— Понятно. Далее.
— Цивилизация с Мокуны нарушала пятнадцатую Заповедь, гласящую: «Счастлив тот, чей Дух дарит мир всему миру, и мир возвратится ему, ведь так поступает Творец». У них ещё сохранялись архаичные суды, в которых разрешались споры и конфликты между мокунцами. Что говорило о неком дефиците БВЛ. Ведь личная совесть индивида и есть высший суд, а любой конфликт разрешается, если проявить друг к другу Любовь. В КС считается — судьи нужны лишь тем, кто сам нарушает законы.
— Что в итоге?
— Обе эти цивилизации исправили свои недостатки и затем, оправдав доверие, благополучно адаптировались в Космическом Сообществе.
 
Даотцы включили в свою Космическую Программу пункт, запрещающий изменять траекторию и целостность метеоритов и болидов. Теперь они называют их — Посланцы Творца.
Мокунцы упразднили суды и переименовали их в Дома Диспутов, где обмениваются мнениями, — рассказывала Танита, демонстрируя кадры о Даоте и Мокуне.
— Даотскую цивилизацию, — говорила она, — как вы знаете, представляет разумный Вид паукообразных, населяющих комфортные подземные города-пещеры. И даотские космо-пилоты сегодня являются лучшими в Навигационных Службах, а и их космические корабли — в виде огромных шаров — самые маневренные в КС.
— О, да! — отозвалась аудитория. — Вот бы попасть к ним в стажёры!
— Мокунская цивилизация, созданная разумным Видом птиц, расселена в высотных городах, похожих на деревья, с удивительными домами-коконами. Она тоже довольно известна в КС, благодаря певческим талантам мокунцев, — поясняла Танита. — При восходе их розового светила, а также в вечерние часы, они все вместе возносят хоровые пения-благодарности Творцу, выходя на балконы своих жилищ и слаженно распевая гармоничные хоралы. В КСЦ очень популярны их записи. Я тоже часто с удовольствием их слушаю, — сказала Танита с улыбкой.
— И я! О, мои родители включают их в выходные для праздничного настроения.
— Слава Творцу! В этих цивилизациях Сообщество не ошиблось, оказав им доверие, — кивнул профессор. — Но не всё так радужно с остальными. Кто нам расскажет о них? Например — о Свэми?
— Я, досточтимый профессор, — вызвался Сэмэл. — Увы, такой планеты — Свэми, больше не существует. Эта развитая цивилизация разумных двоякодышащих амфибий была почти идеальна и прошла почти все рогатки, сита и тесты. — И аудитория увидела красивых и гордых амфибий, с помощью техники творящих чудеса на прекрасной и благоустроенной планете. — Но это «почти» свэмцев и погубило.
— И что же это?
— Они не соответствовали простенькой двадцатой Заповеди — «Радуйтесь, поскольку велик ваш путь и неоценима награда — достижение Истины и Мудрости Творца». Не умели свэмцы радоваться. Да и с двенадцатой Заповедью у них не всё было ладно. Она гласит: «Счастливы те, кто не останавливается на достигнутом, стремясь к совершенству Творца. Творец Вселенных превыше всего». Со счастьем у них тоже как-то не заладилось. Всё больше были недовольны тем, что имели.
— А это так плохо? — спросила Мэла. Она, конечно же, в отличие от Ланы, не была вчера в библио-архиве, поскольку считала, что это не очень нужная ей информация, и посвятила свой досуг очередной романтической саге о завоевателях космоса. — Я, например, не так уж часто ощущаю счастье. Хотелось бы больше, конечно. Что ж меня за это — выгнать из Сообщества?
— Вопрос стоит более глобально — о благодарности Творцу за то, что имеешь, — пояснил Натэн.
— Твоё не-счастье заключается, наверное, в том, что твои желания не все и не быстро исполняются. Но у тебя нет глобального недовольства, например, тем, что ты моллюск, а не поющая хоралы мокунская птица. Или тем, что твоя планета не похожа на ту, что есть у свэмцев, — заметил Сэмэл.
— Мне нравится Итта и ещё больше то, что я — моллюск. У мокунцев на планете слишком сухо, да и взбираться, чтобы в дом попасть, надо очень высоко. А у меня крыльев нет. Да и я петь я не умею. Мне и в нашем мокром океане хорошо.
— Ну вот, видишь — ты уже почти счастлива, — усмехнулся Сэмэл. — А свэмцы вообще не умели радоваться. Жаль, что Комиссия не оценила опасность и глубину их депрессии. Она определила, что свэмцы недостаточно оптимистичны. А те объясняли это своим природным благоразумием и здоровым скептицизмом. Комиссия лишь порекомендовав свэмцам бодрее смотреть в будущее.
— Их любимые поговорки звучали очень странно, — заметила Танита. — Например: «Готовься к худшему и будешь защищён», «Хочешь мира, готовься к обороне». Хотя ни войн, ни природных катаклизмов на Свэми не было тысячи витков. И ещё — «Счастлив лишь тот, кто за миражом не плывёт». Каким миражом? Ведь их там никогда не было. Возможно, это фигура речи. Или, уж, что они там считали миражом.