Чернильно-Черное Сердце (ЛП)

— Не стесняйтесь, — сказал Ормонд, хотя он не выглядел особенно счастливым по этому поводу.
— Что с Вами произошло? — спросил Страйк, заметив, что два пальца на левой руке Ормонда были забинтованы.
— Разлив плавиковой кислоты, — сказал Ормонд, а когда Страйк опустил глаза, сказал — Я занимался травлением стали в Норт-Гроув. Больше не буду пробовать. Ожог воспалился. Я принял уже двойную дозу антибиотиков.
— Звучит отвратительно.
— Вряд ли это худшее, что случилось со мной за последнее время, — сказал Ормонд немного агрессивно.
— Нет, конечно, нет, — сказал Страйк. — Я очень сожалею о вашей потере.
— Спасибо, — сказал Ормонд, слегка разгибаясь. — Это было… тяжелое время.
— Я уверен, — сказал Страйк. — Не могли бы вы ответить на пару вопросов о Норт Гроув?
— Задавайте.
— Когда вы начали там занятия?
— В 2011 году, — сказал Ормонд.
— Вы много занимаетесь искусством или…?
— Не совсем. Вообще-то, я больше люблю писать.
— Правда? — сказал Страйк. — Публикуетесь?
— Пока нет. Просто играю с несколькими идеями. У нас с Эди было что-то общее, знаете ли: истории.
Страйк, которому было трудно представить Филиппа Ормонда, пишущего рассказы, кивнул. Несмотря на то, что учитель был довольно симпатичным, Страйк был несколько озадачен выбором парня Эди, но, возможно, привлекательность Ормонда заключалась в том, что он был абсолютной противоположностью ее беспутного, курящего травку и поджигающего шторы бывшего.
— Нет, я пришел в Норт Гроув, потому что только что разошелся с женой, — сказал Ормонд без всякой подсказки. — Пытался хоть как-то заполнить свои вечера. Записался на вечерний курс… подумал, что могу попробовать старомодный способ познакомиться с девушкой, понимаете? — сказал он с застенчиво-мрачной улыбкой. — Я встретил свою жену на сайте знакомств. А те, с которыми знакомишься в спортзале — у них, как правило, нет достаточного для меня вот тут, — добавил он, постучав себя по виску.
— Так когда вы впервые встретили Эди…?
— Она еще встречалась с Блэем, да. Я заинтересовался их мультфильмом, услышав, как люди в Норт Гроув говорят о нем, и в итоге пригласил ее и Блэя прийти в школу и рассказать моим семиклассникам об анимации и компьютерных изображениях. Детям понравилось, — сказал Ормонд, хотя не похоже, чтобы это доставляло ему какое-то особое удовольствие.
— Вы преподаете географию, верно?
— Информатику, — сказал Ормонд, нахмурившись. — Кто сказал вам, что я преподаю географию?
— Думаю, это был агент Эди, — сказал Страйк, делая пометку. — Кто-то что-то напутал. — Когда вы впервые узнали об Аноми?
— Я увидел, что он опубликовал фотографию квартиры Эди в Твиттере. Я послал ей сообщение, чтобы узнать, все ли с ней в порядке. У меня все еще был ее номер телефона с тех пор, когда она приходила в школу, чтобы поговорить с детьми. Мы немного переписывались и в итоге пошли выпить. К тому времени она и Блэй уже разошлись. Оказалось, что у нас много общего. Писательство, — снова сказал он. — Истории. Мы немного посмеялись над Норт-Гроув. Там есть несколько настоящих персонажей. Один парень — реальный кандидат на роль Джереми Кайла.
— Это Брэм де Йонг? — спросил Страйк, заметив, что Ормонд только что использовал немного полицейского сленга.
— Да, это он, — сказал Ормонд, кивнув. — Однажды ночью я выходил из Норт-Гроув и получил чертов камень в затылок. Он был на крыше и швырял их во всех, в кого мог попасть. Если бы я только мог добраться до него — он ранил меня, — сказал Ормонд, указывая на свой затылок. — У меня там до сих пор шрам. Эди рассказывала мне о некоторых вещах, которые он делал, пока она жила там. Однажды она нашла мертвую птицу в своей кровати. Родители просто… Нет никакого контроля, — сказал Ормонд, и Страйк заметил, как разгорелись его ноздри при этих словах. — Никакого.
— Вы обсуждали Аноми, когда ходили выпить?
— О да, она мне все рассказала. Она думала, что это кто-то из ее знакомых, потому что он так много знал о ней. Она как бы перебирала людей, которых подозревала, вместе со мной. Я подумал, что это похоже на ту девушку — как ее зовут? Бывшая Блэя.
 
— Кеа Нивен?
— Да, но Эди сказала, что исключила ее.
— Как она это сделала?
— Эди сказала мне, что однажды днем она была в анимационной студии, выглянула в окно и увидела ее на улице. Надеялась столкнуться с Блэем, понимаете. Эди запустила игру Аноми на своем ноутбуке и проверила ее. Аноми был там, передвигался и разговаривал, но Нивен не пользовалась ни телефоном, ни iPad, ни чем-либо еще.
— Это очень полезно, спасибо, — сказал Страйк, делая пометку, прежде чем снова посмотреть вверх. — Кеа крутилась возле студии анимации, да?
— Да. Эди сказала мне, что она появлялась пару раз, когда Эди была с Блэем, пялилась на них в барах и пабах. У меня у самого была такая бывшая. Психопатка.
— Когда именно Эди исключил Кеа, вы можете вспомнить?
— Перед тем, как мы с Эди пошли выпить в первый раз, должно быть, в середине 2013 года.
Ормонд сделал еще один глоток пива, затем сказал,
— Я все еще думал, что Нивен нужно закрыть — все эти дерьмовые заявления о плагиате, — но Эди решила, что так будет хуже — или, что более вероятно, ее агент сказал ей, что так будет хуже, — добавил учитель информатики с легкой усмешкой. — Совет Йомена всегда выглядел как “ничего не делать”. Не мой стиль.
— Вы никогда не разговаривали с Кеа лично?
— Неа — к счастью для нее, — сказал Ормонд, снова раздувая ноздри. — Она была такой же, как Аноми, нападала на Эди, позволяя Блэю оставаться безнаказанным. Он не мог ничего плохого сделать с фэндомом, что показывает, как мало они знали.
— Как это понимать?
— Ну, Эди делала девяносто процентов работы, а Блэй проводил большую часть дня под кайфом. К концу она была в бешенстве от того, что таскала его за собой. И вот что я могу сказать: она была бы чертовски возмущена, если бы знала, что он хочет положить в ее гроб чертово письмо, после того, через что он заставил ее пройти за эти две недели.
— Эди исключала кого-нибудь еще, о ком вы знаете?
Ормонд покачал головой.
— Мы знаем, что под конец она подозревала Себа Монтгомери, но был ли еще кто-нибудь?
— О, вы знаете о Монтгомери, не так ли? — сказал Ормонд с легким подозрением. — Ну… да, он был ее подозреваемым номер один, — Страйк второй раз отметил полицейсий сленг, — но до этого она задавалась вопросом, мог ли это быть Уолли Кардью, потому что он несколько раз набрасывался на нее в Интернете после того, как она бросила его как Дрека, но она полагала, что Кардью не остался бы анонимным. Большой рот, видите ли. К тому же, она не думала, что Кардью сможет написать код или анимацию на уровне игры.
— А как насчет Тима Эшкрофта, который озвучивал Червя?
— Он? Обычный пользователь, — презрительно сказал Ормонд. — Он думал, что если будет достаточно подлизываться к Эди, она найдет для него роль в фильме. Я сказал ей: “Тебе лучше не общаться с ним”. Не сказал ей, — поправил себя Ормонд. — Не так. Просто мне не нравилось видеть, как ею пользуются. Это заставляло его думать, что у него все еще есть шанс на роль, когда она пила с ним кофе.
— Она никогда не думала, что Эшкрофт был Аноми?
— Неа. Он выпендрежный чмошник. Типичный неудачник. Вы знаете этот тип.
— Значит, насколько вы знаете, Монтгомери был ее единственным надежным подозреваемым?
— Да. Она решила, что это он, после того как Аноми сказал в Твиттере, что Эди взяла за основу персонажа какую-то соседку по квартире — что было полной чушью.
— Она не основывала Папервайт на этой девушке?
Ормонд сделал глоток пива, затем сказал:
— Она могла перенять немного поведения девушки для Папервайт, но это не делает их одним и тем же человеком, черт возьми. Все это дерьмо о том, что у каждого вымышленного персонажа есть… ну, вы понимаете… живой аналог. Вдохновение может прийти откуда угодно, — сказал Ормонд, на его лице появился легкий румянец. — Вы не можете сказать, что такой-то и такой-то персонаж — живой человек. Это впечатление. Картина, сделанная через объектив создателя. — Он сделал еще один глоток пива. — Во всяком случае, я это вижу так — сказал он, поставив бокал на место. — В моих произведениях.