Эльфийка (СИ)

Вот только все они, как раз и испускали этот неземной свет, а из головы каждого торчал единственный длинный, тонкий рог.
Люси невольно засмотрелась на них. Единороги были для неё такой же дикостью и безумием, как и великаны, но они не вызывали страха. Скорее напротив — хотелось подойти к ним ближе…
— Ну, привет! — голос раздался столь неожиданно, что Люси вскрикнула, попятилась, и едва не упала. Она огляделась по сторонам, но никого не увидела. Тогда голос раздался снова. — Мы здесь, внизу.
Люси опустила голову и увидела двух совсем крошечных женщин, одетых так, если бы они только что прибыли из средневековья. Ростом обе были столь малы, что едва доставали Люси до колена. Одна из них — рыжеволосая и улыбчивая. Вторая — с волосами тёмными и, заметным сразу, суровым нравом. Обеим на вид далеко за сорок, но красоты своей не утратили.
— Мы увидели, как ты следишь за нашими единорогами! — строго сказала брюнетка.
— Я не… — Люси не знала, что в этой ситуации её поражает больше: сам факт существования этих маленьких женщин, или то, что она прекрасно понимает их язык. — Я не следила… Просто увидела в лесу свет и…
— Да, понимаю, — беззаботно кивнула рыжая. — Такое иногда случается. А, собственно, кто ты?
— Я… Люси.
Что ещё сказать она не знала, и потому просто смотрела на незнакомку во все глаза, не отрываясь. Та заметно покраснела, откашлялась и смущённо сказала:
— Ой, точно, я ведь сама не представилась! Неудобно-то как… Меня зовут Лариффа. А это моя подруга — Миашша. Мы обе из маленького народа — экши.
Она поклонилась, но её подруга осталась стоять неподвижно, и смотрела как-то настороженно.
— Айда к нам! — весело сказала Лариффа. — Посмотришь вблизи на единорогов.
— Мы же её совсем не знаем! — недовольно прошипела Миашша.
— Ещё как знаем! Это — Люси! Она же только что это сказала. Вечно ты никому не доверяешь!
Они ещё какое-то время спорили, но Лариффа всё же одержала верх, и потому Люси смогла пройти на поляну.
Здесь было гораздо светлее и намного уютнее, чем в мрачном и холодном лесу. Трава под ногами казалась мягкой, как ковёр. Ступать было легко и приятно.
Лариффа подвела её к одному из единорогов — чёрному — который до этого совершенно не обращал на них внимания. Теперь же, однако, он поднял голову и посмотрел на Люси долгим, внимательным взглядом.
Девушке тут же показалось, что перед ней не просто лошадь с рогом на лбу, а величественное и явно разумное создание. Впрочем, вполне возможно, что так оно и было на самом деле.
Люси не знала, можно ли погладить единорога. Но ей очень этого хотелось. Рука сама потянулась к его роскошной, тёмной, как сама ночь, гриве. Пальцы тут же словно утонули в дорогом шёлке. По телу разлилось приятное тепло. Люси сразу стало гораздо спокойнее. Её тревоги, конечно, полностью не ушли, но теперь она уже не переживала за свою жизнь. Кошмарный паук и великан, казались сейчас чем-то далёким, и не таким уж страшным.
— Ну, а я что тебе говорила?! — довольно пискнула Лариффа. — Люси — из хороших. Иначе бы Иэл её ни за что к себе не подпустил!
Миашша что-то неразборчиво забормотала и ушла проверять остальных зверей. Все вместе они ещё немного побыли на поляне, пока единороги паслись.
Прошла пара минут, а может и часов — время здесь текло как-то иначе. Люси оставалось лишь гадать, который сейчас час в её родном мире? Начали ли её уже искать? Впрочем, даже разбей они зеркало, это едва ли бы помогло. От мысли о том, что будет с родителями, Люси вновь стало плохо.
Миашша вернулась и проворчала:
— Нам пора вести единорогов домой!
— Да-да… — кивнула Лариффа, словно опомнившись. — И верно — пора!
Люси испугалась. Ей очень не хотелось вновь оставаться одной. Вся та лёгкость, которая появилась после прикосновения к гриве единорога, мигом исчезла.
Видимо, эти переживания отразились на её лице, потому как, Лариффа, с лёгкой улыбкой, сказала:
 
— Идём с нами! Мы живём здесь неподалёку. У нас небогато, зато есть крыша над головой и прекрасный чай с лесными травами.
Миашша снова что-то хотела возразить, но Лариффа ткнула её локтем в бок.
Люси, немного подумав, согласилась. Выбор у неё небольшой. Либо довериться этим крошечным, странным женщинам, либо остаться здесь посреди леса.
Экши позвали единорогов, и те послушно пошли по неизвестно откуда взявшейся тропинке. Маленькие пастушки шагали следом, едва успевая. Люси, помедлив лишь секунду, последовала за ними.
С каждой минутой, лес всё больше менялся. Каждый цветок, каждый листик словно светился изнутри мягким, приятным сиянием. Несмотря на наступившую ночь, в воздухе продолжали порхать бабочки и птицы, которые так же отдавали пространству вокруг свою маленькую капельку света.
— Всё здесь живёт в гармонии друг с другом, — пояснила Лариффа, перехватив поражённый взгляд Люси.
Маленькая экши рассмеялась совсем, как девчонка, и затянула песню на незнакомом языке. Люси казалось, что она порой разбирает отдельные слова, но, как только она пыталась вслушиваться, то смысл сразу же терялся.
Песня была то звонкой, как журчание быстрого ручейка весной, то тихая и мягкая, как шелест листьев. Люси не сразу поняла, что к голосу Лариффы стали присоединятся и другие.
Они лились со всех сторон разом, и одновременно, словно бы из ниоткуда. По крайней мере, Люси так никого больше и не увидела, хотя порой ей мерещилось, что то тут, то там качнулась высокая лесная трава.
Даже строгая Миашша не удержалась и тоже присоединила свой голос к общему хору. Пела она хорошо. Совсем и не скажешь, что в остальное время она может только ворчать.
Люси от этих песен стало удивительно легко. У неё складывалось полное ощущение того, что она, как бы парит над землёй, самую малость не касаясь её. Сначала она посчитала это обычной иллюзией, но когда взглянула вниз, то, к своему немалому удивлению, поняла, что после её шагов трава совсем не приминается.
Кроме того, она стала видеть гораздо дальше, слышать больше, и различать более тонкие ароматы, которых столь много было в лесу. Люси мечтательно подняла голову к небу и увидела над собой все три здешних луны.
— Удивительно… — прошептала она.
Лариффа каким-то образом тут же оказалась рядом с ней и принялась объяснять:
— Вон та, самая большая, что горит белым светом, зовётся Ики. Средняя и оранжевая — Аси. А самая малая и голубоватая — Оги. Все они сёстры Богини, и каждую ночь выезжают на своих небесных колесницах, чтобы начать охоту. — Лариффа запнулась. — Хозяин знает о них много больше… Он тебе расскажет. Уж он-то у нас — голова, точно придумает, как тебе помочь.
— Если, конечно, она действительно та, за кого себя выдаёт! — вставила Миашша.
Люси стало немного не по себе. Ни о каком «хозяине» маленькие экши раньше не упоминали. Кто он? Поверит ли ей? И сможет ли правда помочь? Может, следует сбежать, пока не поздно?
Но ни задать вопрос, ни броситься прочь, Люси так и не успела. Вскоре вся их процессия вышла на поляну, которая была чуть меньше, чем та, где паслись единороги, но зато гораздо более ухоженная.
Посередине стоял маленький, деревянный домик, с крышей, на которой росли синие и бардовые цветы. В круглых окошках горел мягкий свет. Никакого забора не было и в помине, но Люси почувствовала, что это место стережёт нечто гораздо более надёжное.
Чуть в стороне от дома, высились большие загоны. Единороги, весело заржав, побежали на своё место. В это время послышался скрип, и дверь дома открылась…
   
Глава 4
 
Во дворе появился довольно пожилой мужчина. Сначала Люси показалось, что она увидела того самого старика из своих снов. Но это был, конечно же, не он. Его седые волосы были коротко подстрижены, одежда хоть и простая, но совсем новая, со светящимися в темноте, вышитыми узорами. Единственное, что у них было общее — так это глаза. Они были такого же жёлтого цвета.