Эмерит (СИ)
— Подожди, не выходи, — хрипло прошептала она. Я чувствовал, как внутри нее затихают конвульсии от пережитой страсти. Погладил с нежностью ее ягодицы и достал своего утомившегося бойца. Ксения, пошатываясь, оттолкнулась от стола и повернулась ко мне. — И что это было?
Да, видок у нее еще тот: стоит босиком по пояс голая, сверху рваные в крови кожанка с майкой, на губах запекшаяся кровь. Вурдалак вурдалаком. Я в обессиленном состоянии плюхнулся на табурет: — Ксюша, а это ты познакомилась с моей авторской методикой оказания неотложной медицинской помощи. Называется «Хер вам».
— Да? А, по-моему, это называется «насильственные действия в отношении лица противоположного пола, находящегося в беспомощном состоянии». Между прочим, карается от десяти до двадцати лет строгача по уголовному уложению Империи. Ну, или смертью, если я подам на тебя в дворянский суд и потребую дуэли.
— Что, так прямо не понравилось?
— Я еще не решила. Какого ты ранга и что у тебя с источником?
— Все нормально у меня с источником, — проворчал я. — Обычный источник обычного магистра.
— И ты хочешь сказать, что ты обычный магистр из обычной семьи??? Нет у нас в России парней-магистров! Ты точно сбежавший принц из-за рубежа! Рассказывай!!! — потребовала Ксения и скрестила на груди руки, что выглядело весьма комично в ее полуголом виде. Но, почему-то, смеяться совсем не хотелось.
— Блин, да что рассказывать-то? Ксения Борисовна, ты чуть не погибла, а я тебя спас!
— Если бы не ты, вообще бы этой ситуации не было!!!
— А может, это все к лучшему? Ты же говорила, умирая, «жаль, что ничего не было»?
— Я была не в себе!
— Знаешь что, Ксения Борисовна, — я подступил к ней вплотную и посмотрел ей прямо в глаза.
— Что??? — она с вызовом посмотрела снизу вверх.
— А вот что! — я сграбастал ее в свои объятья и поцеловал. Она сначала замерла, а потом с жаром ответила на поцелуй. Я прижал ее к себе, мои руки с ее талии скользнули на голые ягодицы.
Она оторвалась от моих губ: — Пойдем в душ, потом расскажешь…
Через некоторое время, смыв с себя всю грязь и закрепив в душе процедуру излечения наших тел, мы лежали в подсобке на продавленном диване.
— Жаль, что ты одаренный. Забрала бы тебя только себе, — сказала она со вздохом, водя пальчиком по моей груди.
— Если бы я был простаком, ты на меня и не посмотрела бы.
— Ну, почему? Посмотрела бы разок и использовала по назначению. А так, что делать с магистром да еще с забугорным? Постоянно ждать своей очереди, пока не уехал к себе обратно? И все-таки, уму непостижимо, ты — магистр!!! Я думала, у нас такой редкий зверь и не водится!
— Да местный я, местный! Как видишь, вполне вожусь, только не размножаюсь в неволе. Я свой клан хочу сделать. Говорят, магистрам не отказывают. Пойдешь ко мне в клан?
— Ты сначала клан создай, потом и поговорим, фантазер! Ни разу не слышала, чтобы мужчине свой клан разрешили!
— А вот и создам!
— Ну, все, создавальщик, хватит! У меня во дворе куча трупов, иди и для начала приберись. Не мне же с ними возиться? — Ксюша встала и, как обычно, одела свой комбез на голое тело.
— А у тебя еще спецодежда есть? Моя вся в крови.
Выдала от щедрот. Вышел на парковку, окинул взглядом место побоища. Как здесь прибираться-то? Надо сразу труповозку вызывать. Не повезу же я их на «Комбате» в лес закапывать? Прихватизировал артефактную щегольскую трость последнего противника, вызвал наряд полиции и скорой помощи, вернулся в мастерскую, где Ксюха заканчивала замывать кровь: — Слушай, надо спрятать и потом сжечь всю пострадавшую одежду. Полиция уже едет, скажем, что бандиты сами себя поубивали. Не хватало нам еще дознание проходить. Я-то официально — новик с силой разума. А здесь огневик поработал.
— Вот ты замороченный! Зачем сочинять? Ты в своем праве — оборонялся. Скажи, как было, и не парься. Да и не получится долго правду скрывать — ты же собираешься клан делать!
А я вдруг подумал, что Ксюша права. Привык, понимаешь, некоторые вещи верить мерками прошлой жизни, где за убийство в целях самообороны чаще карается решеткой, чем оправдательным приговором. А здесь же все не так — здесь мир одаренных! Но с другой стороны, не готов я еще морально подтверждать свой ранг. Это же сразу столько новых проблем появится! Нет, надо подождать, и я уперся: — Вот когда буду готов объявить о своем ранге, тогда и скажу правду. А сейчас еще рано!
В общем, решили полиции рассказать мою первую версию: поехали проверить машину, возвращаемся — а здесь картина маслом! Дальше понаехала куча народу, следом за полицией подтянулась тайная канцелярия, стали вежливо опрашивать по третьему разу. А мы что? Мы — ничего! Сидим, никого не трогаем, примус починяем. Какой примус? В смысле, «Комбат» до ума доводим! И вообще, вы весь газон уже истоптали, забирайте своих жмуров, нам их закапывать негде! Канцелярские покосились на обезображенный взрывом газон и отбыли с недовольным видом. Точно, не поверили. А мне — по барабану, устал, как собака! Попрощавшись с Ксенией, не спеша поехал в Питер с нарисовавшейся охраной. И правда, с ней было бы спокойнее.
Глава 34. Рождение архимага.
На пляже две дамочки смотрят на одного парня.
Одна:
— Как тебе этот мальчик?
Другая:
— Судя по царапинам на спине — это ОЧЕНЬ хороший мальчик…
* * *Признаться, я ложился спать с некоторыми опасениями, ведь у Смирновой была еще неосвоенная мной Сила земли. И опасения оказались не напрасны — мне приснилась Ксения. Из одежды на ней была только окровавленная кожанка с дыркой в груди. И она была живым мертвецом: ее бледная кожа с трупными пятнами светилась в лунном свете, когда я ее увидел перед собой. Она шла ко мне по кладбищу с окровавленной сосулькой в руке, подволакивая ногу и зловеще улыбаясь. Я попятился от нее, пытаясь убраться подальше от надвигающегося на меня ужаса, и вдруг свалился в свежевырытую могилу. Меня накрыла паника, я стал задом отползать к дальней стенке. На фоне луны возник зловещий силуэт девушки, которая резким взмахом руки бросила в меня сосульку. Ледяной кол попал прямо в центр груди, пригвоздив меня к земле. От пронзившей меня боли я не мог ни вдохнуть, ни слова сказать. Это всего лишь сон, это всего лишь сон!!! Тем временем, ходячая дивчина-мертвечина спрыгнула в могилу и начала деловито стаскивать с меня штаны. Оголив моего бойца, стала мять его холодными светящимися желтым цветом пальцами, приговаривая: «Что, понравилось беспомощную девушку трахать? Попробуй теперь на себе!» Добившись реакции от моего нефритового жезла, села на него и начала скользить вверх-вниз, откинув назад голову и держась за ледяной кол в моей груди, как за шест. Ее холодная промежность стала вытягивать из меня тепло, казалось, что меня покидает сама жизнь, а она все трахала и трахала меня с механической размеренностью страпон-машины. Наконец, ей это надоело. Прорычав, что ничего не получается, она взяла мой член под самый корень и вырвала его с мясом! От накатившего приступа боли у меня чуть глаза не вылезли из орбит. Поняв, что я умираю, затухающим взором успел увидеть, как мертвячка стала быстро самоудовлетворяться моим нефритовым жезлом. И я умер.
Проснулся весь мокрый от пережитого ужаса. В ушах стоял издевательских смех Магды. Точно, без нее не обошлось! В паху поселилась невыносимая боль, скрутившая меня в позу эмбриона. Откинул одеяло и уставился на каменный от стояка член, светившийся желтым цветом. Вдох-выдох, вдох-выдох! Попытался переключиться в лечебный режим — стал представлять Ксюшу. Бр-р-р, перед глазами возникла мертвячка из сна. Тьфу на тебя! Вспомнил лечившую меня Лену и ее игры с привязыванием. Помогло: мой жезл опять стал нефритовым, засветившись успокаивающим зеленым цветом. Через некоторое время боль полностью прошла. Это пиздец, товарищи! Я боюсь думать, что со мной будет, пока буду осваивать последнюю Стихию. Надеюсь, не подохну при этом. И да, вы можете меня поздравить — я стал архимагом!