Её тайный малыш (ЛП)

— Привет, Реджина, — щебечет Ребекка, кладя в рот зефир, прежде чем раскрыть руки для объятий.
— Доброе утро, принцесса, — говорит наша няня, заключая мою дочь в огромные медвежьи объятия. Их волосы на мгновение сливаются, а цвет настолько похож, что они выглядят на мать и дочь. Моё сердце колотится. Затем близнецы решают, что им тоже нужно немного внимания, и прижимаются к Реджине, по одному на каждой ноге, как обезьянки.
— Рэйчел, Руфус, мы не в зоопарке, — говорю я. — Никаких обезьяньих дел. Не во время завтрака.
Конечно же, мои дети меня полностью игнорируют. В этот момент в столовую входит Ронни, и как только он видит Реджину, мой сын склоняется в театральном поклоне.
— Доброе утро, миледи, — произносит Ронни. — Как спалось?
— Хорошо, — улыбается она в ответ, поднимая Руфуса и Рэйчел. — Пойдёмте, милые. На свои стулья, завтракать. Я знаю, что вы можете.
Начался утренний хаос, и я качаю головой, занимая своё место во главе стола. Мы немного успокаиваемся, и вскоре дети уже с удовольствием жуют.
— У меня большое объявление, — объявляю я. Реджина смотрит на меня со своего места. Её карие глаза выглядят тревожными, но через несколько секунд возвращаются к спокойному состоянию.
— Какое папочка? — спрашивает Ребекка. — Какое важное объявление? Неужели мы можем выйти сейчас?
Я киваю.
— Я говорил с начальником пожарной охраны непосредственно перед тем, как приготовить завтрак, и мы все можем выходить на улицу. Больше никакого заключения! — все аплодируют, и я поднимаю руку. — Подождите. Есть ещё кое-что. — Я жду, пока они успокоятся, и говорю: — Мы собираемся в двухнедельный отпуск. Кто хочет поехать к бабушке?
Раздаются ещё более возбуждённые аплодисменты, а затем Ребекка спрашивает:
— Реджина поедет с нами?
Я качаю головой.
— Реджина уже давно с нами, и ей нужен перерыв. Она сможет отдохнуть подальше от вас, обезьянок.
Я бросаю взгляд на красивую брюнетку: она кажется спокойной, по крайней мере внешне.
— Ты уверен, что тебе не нужна моя помощь? — тихо спрашивает Реджина.
— Мои мама и папа не позволили бы тебе и пальцем пошевелить, — говорю я. — И они никогда не дадут нам ни минуты побыть наедине, — поняв, что я только что сказал, я быстро поворачиваюсь к детям. — Правда, дети? У них всегда есть для нас много интересного, когда мы у них дома, верно?
Раздается хор согласия, и я улыбаюсь, когда Рико говорит:
— Я попрошу всех начать собирать вещи.
Вот так все дети выбегают из комнаты, но Ребекка отбегает и снова обнимает Реджину.
— Я буду писать тебе по электронной почте каждый день! — она поворачивается ко мне и говорит: — Ты мне поможешь, да, папочка?
— Конечно, принцесса.
Моя дочь улыбается и выбегает из столовой, оставляя нас с Реджиной одних.
— Ты уверен, что не хочешь, чтобы я поехала с тобой? — спрашивает она.
Я качаю головой.
— Тебе нужен отпуск, дорогая. Чёрт, после этого нам всем нужен отпуск. — Затем я вздыхаю. — Возможно, я неправильно выразился. Я хочу, чтобы ты поехала с нами, но не так, как ты думаешь. Я хочу оставить детей с родителями и провести две недели с тобой в номере отеля. Нам даже не придётся выходить на улицу, потому что ты будешь занята подо мной.
Она краснеет от моих слов, и её глаза сверкают. Мне нравится, что в последние несколько недель мы занимались сексом каждую ночь, но разговоры об этом всё ещё заставляют её стесняться. Она распутничает в нашей спальне, но иногда мой пошлый рот всё ещё шокирует её. Я накрываю ее маленькую руку своей.
— Нет, я серьёзно, дорогая. Ты действительно заслуживаешь отпуска, и, если ты будешь с нами у моих родителей, у тебя не будет возможности отдохнуть. Воспользуйся этой возможностью, чтобы пойти на спа-процедуры и побаловать себя, детка. Я дам тебе немного денег на эту прогулку.
Её щеки краснеют.
— О, Райан, в этом нет необходимости.
Я качаю головой и сжимаю её руку.
— Да, есть. Я хочу, чтобы ты была красивой, пышной и отдохнувшей после того, как мы вернёмся от родителей. Тебе лучше сделать как я говорю, — добавляю я с улыбочкой. Она хихикает, а затем говорит:
 
— Ну, я обещала маме, что увижусь с ней после того, как нам наконец разрешат выходить. Полагаю, я могла бы провести с ней день или два.
Я улыбаюсь.
— Езжай, дорогая. Передавай привет своей маме. Она, наверное, очень беспокоится за тебя с тех пор, как услышала о пожаре.
Реджина кивает.
— Она знает, что с нами всё хорошо, но она будет рада увидеть меня лично.
Я киваю и снова сжимаю руку Реджины.
— Насчёт нас не переживай. Урсула вернется завтра, поэтому она позаботится о доме, а мои родители помогут с детьми. Езжай.
Реджина кивает.
— Я понимаю. Ты пытаешься избавиться от меня.
Я притягиваю её для глубокого поцелуя, оставляя её запыхавшуюся за обеденным столом. У неё привкус сладкого сиропа, и меня больше не волнует, увидят ли что-то мои дети.
— Я не пытаюсь избавиться от тебя, — выдыхаю я ей в рот. — Ничто не сделает меня счастливее, чем держать тебя рядом, Реджина. Но всё же навести родных, чтобы они не думали, что я тиран, манипулирующий всем твоим временем. Я хочу однажды встретиться с ними, и лучше произвести хорошее первое впечатление сейчас.
Она задыхается, её щёки краснеют.
— Ты хочешь с ними встретиться?
Я киваю.
— Когда-нибудь. Почему нет?
Она кусает губу.
— Ну, я просто не думала…
Я криво улыбаюсь ей.
— Не думала, что у нас есть потенциал на долгосрочную перспективу? Я так не считаю, Реджина. Ты теперь часть моей жизни. Очень приятная, пышная часть, и я хочу, чтобы она хорошо отдохнула, когда мы вернёмся. Так что сделай это.
Реджина снова смеётся, но на этот раз в её шоколадных глазах я вижу надежду. Её щёки розовые, и она такая милая и счастливая, что я внезапно понимаю, что это то, чего я хочу. Я хочу посвятить свою жизнь тому, чтобы сделать её счастливой, и наклоняюсь, чтобы поцеловать её в последний раз.
— Иди собирайся, — говорю я. — Мы вернёмся в ближайшее время.
На этот раз Реджина целует меня в ответ, прежде чем отстраниться.
— Не создавайте никаких проблем, пока будете в отъезде, — легкомысленно говорит она, прежде чем встать из-за обеденного стола.
Я ещё раз шлёпнул её по круглой заднице, пока она убегала.
— О, я не буду.
* * *
Конечно, наши выходки на этом не заканчиваются. Несмотря на мои самые лучшие намерения, я в конечном итоге следую за Реджиной наверх, и мы занимаемся любовью. На этот раз всё было страстно, но тихо, потому что мы знали, что домашние не спят. Тридцать минут спустя она выходит из душа, и я наблюдаю, как вода блестит на её прекрасном теле, когда она кутается в халат и исчезает из поля зрения.
Я сам немного задерживаюсь в душе. Реджина не единственная, кто постоянно трудился, и я позволил горячей воде обжигать мои мышцы. Чёрт. Она влюблена в меня? Определённо похоже на то, ведь мы проводим каждую ночь вместе. Мы даже сейчас вместе в главной спальне, хотя мои дети не спят.
Выйдя из ванной, я направляюсь к шкафу, чтобы начать одеваться. Я совершенно счастлив и иррационально доволен. На самом деле, я даже насвистываю, и это приятно.
Одевшись, я направляюсь к детям, но затем слышу голос Реджины, доносящийся из гардеробной, и с улыбкой оборачиваюсь. Она должно быть не знает, что я вышел из душа, потому что негромко разговаривает по телефону. Голос у неё приглушённый, но я могу разобрать некоторые слова.
— Я люблю его, Дениз, — слышу я её слова. — Я никогда не была более счастлива в своей жизни.
Ох, чёрт, она меня любит? То есть, если она говорит обо мне. Но моё сердце переполняется счастьем, потому что, честно говоря, я тоже её люблю. Я безумно доволен тем, что Реджина находится под моей крышей, и мне бы хотелось, чтобы она осталась здесь подольше. Наступает короткая пауза, пока говорит человек на другом конце линии, а затем Реджина говорит снова.