Одна ошибка (СИ)

Камал спустился, и, как ни в чем не бывало, подошел к их столику и занял свободное место.
Сони пила в этот момент сок и увидав, как он бесцеремонно присоединился к ним, чуть не поперхнулась и обратилась к рядом сидящей Елене:
— Лен, а что он делает здесь? И почему сидит за нашим столиком?
— Прости, Сони, но я сама не в курсе, — ответила Елена и посмотрела на мужа.
— Он из числа организаторов банкета, дорогая, — ответил Валерий. — А также, из числа тех, кто финансирует твои проекты.
Сони с Еленой шокировано смотрели на него.
— А раньше сказать ты не мог, Валер? — удивилась Сони.
— Сони, извини, я сам узнал об этом буквально полчаса назад. И не стал уже портить тебе вечер, — начал извиняться Валерий.
Сони недовольно фыркнула носом. В отличие от нее Джон не выказывал никаких признаков эмоционального недовольства. Он накрыл руку Сони и погладил ободряюще, на что Сони мягко улыбнулась ему и сделала глубокий вдох и выдох, что помогло восстановить дыхание и обрести спокойствие.
Музыка продолжала играть без устали, и зал стали пополнять ряды танцующих пар. Вечер шел по намеченному плану.
Сони стало душно в помещении, легкий дискомфорт от шумной музыки вынудил ее встать из-за стола и выйти на балкон глотнуть свежего воздуха. Огромный банкетный зал второго этажа выходил на балкон через короткий коридор. А сам балкон второго этажа был выстроен вдоль всего здания. Ощутив легкий ветерок под ночным небом, Сони прислонилась к перилам и глубоко вздохнула, прикрыв веки. Горевшие багряным румянцем щеки от раскаленного напряжением воздуха и громких басов музыки на свежем воздухе начали бледнеть, а дуновения ветерка освежили её состояние, принося облегчение.
— Скучаешь? — вдруг раздался бархатный баритон.
Сони резко открыла веки, но не обернулась, так как и без этого узнала голос владельца, но тактично ответила:
— Вовсе нет, напротив.
Камал подошел ближе и прислонился к перилам в опасно близком расстоянии от нее и резкий аромат мужского одеколона ветром овеял ее ноздри.
— Прекрасный вечер, вам не кажется, мадам? — галантно начал светскую беседу Камал.
— Если ты о погоде, то да, на зависть предыдущим дням, — согласилась с ним Сони.
Слегка помедлив, Камал все же решил пойти на таран без прелюдии.
— Мы так и не поговорили с тобой начистоту, — в голосе Камала звучали нотки разочарования.
— Мы уже все сказали друг другу давным-давно, — устало вздохнула Сони и попыталась уйти.
Камал остановил ее, осторожно взяв за руку.
— Сони, пожалуйста, постой, — он с мольбой смотрел на нее, и она не смогла отказать в его просьбе. — Мы расстались, но это же не значит, что мы теперь враги.
Сони вновь прислонилась к перилам с тяжелым вздохом.
— Я болен тобой, наверное, если все еще мечтаю о тебе, несмотря… — Камал сделал паузу, остановив свой взор на чреве, что бережно хранило новую жизнь, — несмотря на то, что ты уже начала новую жизнь. Но я бы хотел всё же мирно расстаться с тобой. Мы ведь можем распрощаться, оставшись в дружеских отношениях?
— Да, ты прав, — согласилась Сони.
— У тебя новая жизнь, скоро родится ребенок, — Камал все еще держал её руку в своей и мягко поглаживал. — И я желаю тебе счастье с ним.
Сони с недоверием смотрела на Камала, неужели это тот вспыльчивый человек, который терроризировал ее в гневе, который следовал за ежеминутной яростью, а не прислушивался к доводам рассудка? Или это его новая игра такая, чтобы усыпить бдительность Сони? Однако, при всем при этом, сердце её сильно сжалось по неведомой причине и гулко забилось.
— Спасибо, — с трудом выдавила Сони. — Если это всё, могу я идти?
— Нет, постой, — торопливо продолжил Камал, — может, теперь ты скажешь, зачем играла со мной, если грезила о Джоне?
— О, Боже, — усмехнулась Сони. — А я уж подумала, что ты действительно серьезно взялся за ум. Изменился! Но лицедейство у тебя в крови.
— Что я такого сказал? Только то, что хочу знать правду?
— Какую? — резко произнесла Сони, как отрезала.
— Что было между нами?
 
— Что было, то прошло!
— И ты так легко говоришь об этом?
— Нет, — Сони тяжело вздохнула, — что ты хочешь услышать?
— По меньшей мере, хотелось бы знать, что все те чувства, что ты проявляла, были искренними, — раздраженно процедил Камал сквозь зубы.
Сони с болью в глазах смотрела на него, а перед глазами пролетали эпизоды их совместной счастливой жизни.
— В отличие от тебя, я не играла в любовь.
— И как это понимать? — удивился Камал.
— Как есть, — бросила Сони и развернулась, чтобы удалиться, но Камал держал ее за руку крепко и не отпускал, и она тихо прошептала, — отпусти, пожалуйста.
— Тебе не кажется, что вместо прояснений, мы оставили за собой больше вопросов? Я, например, ничего не понимаю.
— Вероятно, ты просто этого сам не желаешь.
Камал тяжело вздохнул и с горечью в голосе произнес:
— Значит, ты всё же никогда и не любила меня?!
— Мне жаль, если ты так считаешь, после всего, что было между нами, — так же с горечью прошептала Сони, — я отдала тебе всю себя, без остатка, до последней капли…
— Но при этом выбрала Джона? — выпалил он в ярости и схватил ее за плечи. — Видимо он лучше меня, да? Интересно, чем?
— Мне больно, отпусти, — процедила Сони, вырываясь из его стальных рук.
— Тебе не хватало новых ощущений? Он лучше в постели? Ответь! Лучше трахает тебя?
Сони в ярости влепила ему увесистую оплеуху и прошипела:
— Хам!
Она в гневе сверлила его глазами и не могла отдышаться, грудь вздымалась вверх и вниз.
Поглаживая пострадавшую от некогда нежных рук Сони щеку, Камал произнес с грустью в голосе:
— Я не могу понять, почему мы не можем быть вместе, при том, что созданы друг для друга, в этом уж я точно убедился?! Несмотря ни на что, мы всё же продолжаем любить друг друга, как бы ты этого не отрицала. Всё что ты говоришь, это всего лишь пустой звук, потому что ты сама себе перечишь, иначе бы тебе было безразлично моё мнение. Мы не раз уже испытывали на прочность наши чувства, но почему-то продолжаем мучить друг друга. Просто подумай об этом, хотя бы чтобы признаться себе самой. Твоя оплеуха сказала о многом за тебя, но я тебя все же отпускаю, мне придётся это сделать, если я действительно желаю тебе счастья… Я понял, что, несмотря на твою измену, я не могу тебя забыть, так же, как и ты меня. Пусть хотя бы это ощущение будет согревать нас холодными ночами.
Однако Сони не могла сказать в ответ ничего, поэтому, резко развернувшись, зашагала прочь от него.
Торопливо шагая по коридору, Сони ощутила резкую боль внизу живота. Она дико вскрикнула и прислонилась к стене не в силах дальше двигаться, а между ног потекла теплая струйка, образуя лужицу внизу.
Услыхав ее вскрик, Камал подбежал обеспокоенно:
— Что с тобой?
Но Сони не могла ничего произнести и лишь стонала от боли, пытаясь двигаться вперед, держась за стену, а другой рукой обнимая живот.
Увидев внизу кровавую лужицу, Камал чертыхнулся и подняв Сони на руки, как пушинку, быстро направился к выходу, что находился в другом конце зала.
— Дыши, Сони, просто дыши! — повторял он взволнованно.
— Что случилось? — подбежали обеспокоенные Елена с Джоном.
— Роды начались, кажется, — не останавливаясь, Камал дальше пробивался к выходу и обратился к Джону, — где твоя машина?
Джон шокировано хлопал глазами, не зная, что ответить.
— Может, скорую вызвать? — в замешательстве спросила Елена.
— Нет времени, воды отошли, — бросил Камал, спускаясь по лестнице.
Елена с Джоном последовали за ним.
На стоянке машина Камала стояла ближе к выезду, и он не стал мешкать, сразу направляясь к ней.
Евгений открыл заднюю дверь машины, помогая уложить удобнее Сони, когда Камал с гневом прорычал ему:
— Что стоишь? Садись и придерживай ей голову.
Сони с трудом сдерживала вскрики от адских болей.