Одна ошибка (СИ)
Её глаза наполнились слезами и блики луны заиграли в их кристальной чистоте.
— Смерть малышки полностью на твоей совести, — бросил обвинение ей в лицо Камал, хотя знал отлично, что это не так, но не хотел признаваться в этом.
— Как ты жесток! Зачем ты меня мучаешь? Зачем теребишь старую рану? Я с трудом избавилась от этих кошмаров, а ты вновь начал преследовать меня. Почему бы тебе не оставить меня в покое?! Чего ты добиваешься? — Сони с трудом выдавливала из себя слова, подавляя слёзы, рвущиеся наружу. — Ты отнял у меня всё! Отнял малышку, отнял сына, моё спокойствие… Что тебе еще нужно? Моя жизнь?! Так отними и её тоже и избавь меня от этих постоянных кошмаров, от этих страданий и мучений.
Спрятав лицо в ладонях, Сони горько зарыдала и быстро встав, убежала не оборачиваясь.
Вечеринка разгорелась на всю катушку. Во всю играла музыка, шампанское лилось ручьем, и никто не собирался покидать прекрасный вечер, где веселье сулило радость и удовольствие. Один лишь Евгений не вписывался своим паршивым настроением в этот веселый раут. Он поглощал один за другим стаканы водки. Однако, казалось, выпитое было ему ни по чем, и он держался как новенький. Не так давно данное ему отступное, не давало ему покоя. Он все время прокручивал в памяти тот неприятнейший инцидент с Сони и этим франтом. Ревность сжигала его, не давая возможности алкоголю овладеть его телом в опьяняющем расслаблении. Алкоголь лишь увеличивал адреналин в крови и распалял ревность.
— О чем грустим? — внезапно, как из-под земли, появилась Елена.
— А что, так сильно заметно? — ответил вопросом на вопрос Джон.
— В твои-то годы грустить?! — улыбнулась Елена, — Смотри, как много прекрасных девушек, жаждущих общества одиноких мужчин, а ты прозябаешь здесь, в одиночестве.
«Мне нужна лишь Сони, и больше никто другой», — промелькнула в голове фраза у Евгения, но он улыбнулся и сказал:
— Я им, увы, не нужен!
— Ну, зачем же так сразу.
— Извини, давай сменим тему.
— Хорошо! А, кстати, где Сони?
— Веселиться с каким-то расфуфыренным и самодовольным франтом, — съязвил он.
— Да-а? — искренне удивилась Елена.
— Небось, укатили куда-нибудь, продолжить уже вечеринку в более интимной обстановке, — зло процедил он сквозь зубы, и при одной мысли, что Сони, державшая его на расстоянии, могла быть в данный момент более снисходительной к этому старику. Как отметил он, мужчина был уже средних лет и давно переступил рубеж молодости, хотя и хорошо держался. Ревность захлестнула Джона своей волной, утягивая в пучину утопленников.
Не понимая его состояния и странную злость, Елена промолчала и взглядом поискала мужа. Дверь террасы была открыта, и она увидала, как вошёл Камал своей вальяжной походкой. Раскрепощённый, уверенный в своей неотразимости! Истинный мачо! Он заметил ее и кивнул головой в знак приветствия. Улыбнувшись, Елена приподняла бокал в ответ.
Погруженный в свои мысли, Евгений не замечал ничего, ему изрядно надоело все и появилось жуткое желание в кого-нибудь замочить кулаком. Извинившись, он подошел к стойке бармена, разливающего напитки.
— Джон, желаю тебе хорошо повеселиться, — подмигнула ему Елена, — Главное, не забывай, завтра в девять на работу без опозданий.
И также незаметно Елена удалилась, оставив его в одиночестве.
Глава 16 — «Ревность»
Сгорая от ревности, Евгений ушел с вечеринки бродить по ночному городу. Город под покровом ночи не померк во тьме, а, наоборот, укутался в разноцветные фонари, светящиеся на столбах, и свет в витринах магазинов, лавок, баров и ресторанов. Также светились некоторые окна в домах и многоэтажках. С каждой минутой шум постепенно стихал, и город погружался в ночной покой, обретая тишину, но не теряя яркость от уличного освещения и ночного светила.
Машины стали реже разъезжать, на улицах не было видно уже ни души, а Евгений все бродил и бродил по светлым улочкам и темным проулкам. Теплый ветерок теребил его копну волос, освежая лицо и прогоняя алкоголь. Прогуливаясь и убивая время, он не заметил, как подошел к дому Сони. Обойдя его дважды, как зомби, неосознанно для себя, он стремительно направился в ее квартиру, быстро перепрыгивая ступеньки. Подойдя к двери, он резко остановился. Сердце бешено заколотилось в груди и рука, тянущаяся к звонку, задрожала мелкой дрожью. Прошли считанные секунды, прежде чем он решился нажать на кнопку звонка. Громкий и резкий звук потряс тишину. И вновь тишина спящего дома восстановилась на несколько минут. Взяв себя в руки, Евгений повторно нажал на кнопку, уже смелее и дольше продержав палец. Никаких признаков живой души за дверью не последовало. Забеспокоившись, он полностью отрезвел и дважды нажал на звонок. Через секунду за дверью послышались тихие шаги и сонный голос Сони произнес:
— Кто там?
— Сони, это я, Джон, — от волнения голос его дрожал и прозвучал немного хрипловато.
Звук поворота ключа и движение замка, затем медленно открывающаяся дверь, после чего появление хозяйки дома. Ее необычный вид потряс Евгения волнительной дрожью.
— Что случилось? В чем дело, Джон? — в голосе Сони прозвучали беспокойные нотки.
— Можно мне войти?
Сони впустила Джона и прикрыла за ним дверь.
— Что произошло? Что-то с Еленой? — сон улетучился, уступив место волнению, — Боже мой, Джон, не молчи. Что с Еленой? В чем же дело, наконец?
Он смотрел на нее, не в силах произнести даже слово. Он впервые видел ее в таком откровенном виде и поэтому шокировано разглядывал с ног до головы.
На Сони был коротенький черный шелковый пеньюар из тонкой материи, под которым ясно выделялись упругие груди и маленькие розовые бусинки сосков. Пеньюар держался на тонких бретельках и доходил ей чуть выше, чем до середины бедер. Сверху она накинула легкую накидку из той же материи, которая небрежно висела на ней, не скрывая формы и изгибы тела. Ее сексуальный вид породил в нем желание, от чего он стал отрывисто дышать.
Заметив его пожирающие глаза, Сони поправила накидку, которую спросонья натянула кое-как, и, запахнув ее с двух сторон, скрестила руки на груди.
— Нет-нет, с ней все в порядке, — рассеянно ответил Джон, — а тебе идет черный…
— Я знаю! — выпалила Сони. — Но я не могу понять, если все в порядке, зачем ты пришел в такой поздний час?
— Я проходил мимо и… не знаю, почему вдруг взбрело в голову заглянуть к тебе в гости, — начал было оправдываться Евгений.
— Джон, уже третий час ночи. Завтра рано на работу, а ты гуляешь беспечно, как ни в чем не бывало. Ты что, пьян?
— Нет, нет. Вообще-то был, но уже в норме. Позволишь глотнуть чего-нибудь? — смущенно попросил он.
— Боже мой! — вздохнула Сони, — Ну хорошо, проходи, я приготовлю тебе травяной чай, чтобы ты слегка отрезвил свою бредовую голову.
— Лучше кофе, пожалуйста, — промямлил Евгений с благодарностью.
Сони направилась в сторону кухни, и Евгений не спеша последовал за ней. Пока Сони варила кофе, он сел за стол и закурил, нервно потягивая сигарету и выпуская густой дым.
Разлив кофе по чашкам, Сони достала пачку шоколада и печений. Разложив их в вазочки, она села за стол.
— Тебе сколько сахара? — Сони поднесла сахарницу к чашке и зачерпнув чайной ложечкой сахар, взглянула на него вопросительно, держа ложечку над его кофейной чашкой.
— Выходи за меня замуж, — сказал Джон, как выдохнул.
С глухим звоном упала ложечка в чашку из рук Сони, расплескав по краям темный напиток. В замешательстве Сони схватила рядом висящее полотенце и, тупо глядя на пятно на скатерти, начала упорно промачивать его. Насухо обтерев стол, она продолжала вытирать скатерть, глупо уставившись в одну точку.
Евгений нерешительно положил руку поверх руки Сони, которая настойчиво вытирала пятно. От прикосновений Сони вздрогнула и оттянула руку, как ударенная током.
— Сони, выходи за меня, — повторил он.
Молча Сони подошла к раковине и, открыв кран на всю мощь, начала мять полотенце под струями холодной воды.