Одна ошибка (СИ)

Сына!!!
Единственное, что свидетельствовало о сказочной любви и безмерном счастье. Теперь же эта сказка, казалась лишь сном. Сладким сном!
Ни Джек, ни Николя не могли вразумить Камала. Он словно обезумел от процесса развода. И понимая, что её дело проигрышное, Сони ничего не оставалось, кроме как просить Джека и Николя присматривать за её мальчиком. Николай в сердцах спорил с другом, впервые за весь период их долгой дружбы, и готов был разорвать эти узы дружбы. Но отчаянная просьба Сони не оставлять Камала, чтобы приглядывать за Джимми, вынудила его проглотить обиду и дать клятву всегда оберегать её малыша. Сони была полностью уверена, что Камал был прекрасным отцом, и Джимми ничего не грозит в его обществе. Но, всё же, если малыш будет под дополнительным чутким присмотром Николя и Джека, ей будет намного спокойнее. Да и покинуть сына будет легче во имя его благополучия. Тем более в её неуравновешенном психологическом состоянии на данный момент — именно такой вынесли вердикт юристы Камала на суде.
Схватка друзей произошла в рабочем кабинете Камала…
— Ты просто мразь конченая! — накинулся на Камала Николай. — Даже не верю, что такого гондона считал другом.
Камал увернулся от удара на автомате. Хук справа и Николай уже корчился согнувшись. Но при этом не сдавался. Резким движением ноги он подсёк Камала, который, не удержав равновесие, упал навзничь. Николай навис над ним, намереваясь нанести удар. Однако Камал увернулся и заехал ему кулаком под ребра, повалив того.
Кувыркаясь по полу, они вцепились друг в друга. И ни один из них не уступал другому. Удары сыпались с разных сторон.
— Хватит! Прекратите! — кричала Сони, прижавшись к стене.
От её крика в кабинет Камала влетел Джек и начал разнимать взбесившихся не на шутку мужчин. Джек мастерски владел акупунктурой. Одним движением пальцев он нажал на болевые точки мужчин, что не желали разъединяться в яростной схватке. И Камал с Николя завыли от боли, распластавшись на полу по разные стороны.
Сони от шока забилась в угол и молча обливалась слезами, схватившись за голову. Мало ей было стресса, после той трагической ночи, так теперь эти двое устроили тут переполох. Её всю колотило… в ушах вновь затрезвонил детский плач… она крепко зажимала уши и шептала бессвязные слова:
— Хватит… не надо… хватит…
Все еще хрипя от боли, Камал с Николя, пытаясь приподняться, прислонились к близлежащим опорам, кто — на диван, кто — к креслу.
— За все время нашей дружбы, я ни раз не видел, чтобы ты был жесток хоть на крупинку к женщинам… — хрипло произнес Николай, тяжело дыша от схватки с другом, — и не важно, кем была эта женщина: уважаемая жена высокопоставленного чиновника либо же это девка из борделя. Не ты ли говорил, что в первую очередь ты чтишь их женскую суть? И это главное, что достойно твоего уважения, а всё остальное второстепенное?!
— Заткнись! — также хрипло выплюнул Камал.
— Ты редкостный урод, если исключил из этого женского списка лишь единственную Сони, лишив её своего внимания!
Джек молча сидел между ними и не встревал в их диалог. Он лишь наблюдал, чтобы те не вцепились вновь друг в друга. Камал и Николя были хорошо знакомы с методами Джека, поэтому не решались продолжить схватку. Мнимое спокойствие на лице Джека отнюдь не располагало к расслаблению. В любой момент Джек мог одним легким движением рук повалить их обоих вновь, заставив корчиться от неимоверной боли. Знание болевых точек — одно из искусств, которое дает ему большие преимущества в рукопашном бою.
Однако, это мастерство, к сожалению, не помогло Джеку в ту роковую ночь, что привело всё это семейство к разногласию… его застали врасплох… впервые он был так обескуражен и бессилен… он не смог помочь своим близким и родным. И Джека это также не переставало гложить, как он мог быть таким беспечным, что позволил всему этому ужасу произойти?!
Но сейчас Джек был предельно внимателен и сосредоточен! И поэтому разъярившимся мужчинам ничего не оставалось, кроме как злобно глядеть друг на друга.
 
— Она исключение! Она не все!!! — прорычал Камал. — Она всё для меня! И ты это знаешь!
— Ты отлично это доказал! — буравил Николя взглядом, желая стереть его в порошок голыми руками. — Я долго молчал Камал, но ты перешел все границы!!!
Взгляд Камала вторил Николя и почернел темнее ночи.
Николя разочарованно опустил голову.
— Знаешь, Камал, а я ведь тебе тогда поверил… — Николай взглянул на Камала, в его почерневшие глаза от ярости, — поверил, что ты на самом деле нашёл ту самую. Свою единственную, как ты сказал. Помнишь? В день твоего отъезда… твоего трусливого побега!!!..
Взгляд Камала смягчился. Да, он помнил те слова: «Наконец-то я нашел свою единственную, но в её жизни нет места для меня…»
Пятью годами ранее…
Камал так и не смог ни соблазнить, ни завоевать Сони…
Так думал Камал… Импульсивно! Безысходно! …
Она так и продолжала держать себя в рамках дружбы. А ему этого было мало!
Он не мог ни спать, ни есть… лишь думал только о ней…
А она, как непрошибаемая стена, не подавала никаких признаков… И на его скромное признание, что она ему нравится, отнекивалась, что это всего лишь очередной каприз избалованного женским вниманием мужчины.
В итоге, обезумев, Камал импульсивно решил исчезнуть. Она его отвергла! А он не мог смириться с этим…
Он действительно трусливо сбежал, так как больше не мог находиться рядом с ней и мог совершить безумный поступок, который пугал его самого.
Признавшись в тот день Николя в своих чувствах к Сони, он просто исчез. Чуть ли не на полгода! Не оставил никаких контактов для связи. Не подавал никаких признаков жизни, и даже обеспокоенный отец тогда пустился на его поиски.
Однако, этот побег ничего не решил.
Он старался забыться в обществе огромного количества доступных женщин на день и не более. Топил свою печаль в вине. Море спиртного, женщины, кутёж, безумный разгул… ничего не доставляло ему прежнего удовольствия… перед глазами всегда возникал образ Сони…
И не осознавая, что творит, он всё же вернулся в родной город.
И первым делом, спустившись с трапа самолёта, даже не распаковав вещи, он помчался к ней…
Когда открылась дверь её квартиры, первое, что он увидел, это её безумно счастливый взгляд. Она широко улыбнулась, радостно воскликнув: «Камал!»
Он готов поклясться, что в этот момент она готова была броситься ему на шею. Он это почувствовал, но… что-то её остановило…
Она смутилась и пригласила его войти… предложила чашечку кофе… пыталась вести непринужденную беседу на отвлеченные темы…
Боже! Как же она была прекрасна!
Камал зачарованно просто наблюдал за ней, даже не вникая в суть её разговора… он просто слушал, и что-то отвечал на автомате, не в силах отвести от неё взгляд…
И вдруг, неосознанно, из уст Камала вылетели слова сами собой:
— Сони, ты бы вышла за меня замуж?
Сони была ошеломлена и замерла, глядя ему в глаза.
Камал сам был поражен не меньше неё от этих слов. Он впервые их произносил, и никогда об этом не задумывался.
— Ты ведь шутишь? — наконец неуверенно спросила Сони и мягко улыбнулась, не отводя пристального взгляда от него.
— А если нет? — сердце Камала бешено заколотило, он еще и сам не осознавал, что это может быть серьезно.
Улыбка сошла с лица Сони.
Она больше не улыбалась, лишь пристально смотрела ему в глаза.
И молчала. Её молчание давило на плечи Камала непомерным грузом, что было невыносимо.
Тишина стала угнетающей. Просто невыносимой. Разрывала ушные клапаны похлеще, чем самый ужасный и дикий ор! Их пересеченные взгляды вели своеобразный диалог. С каждой секундой его твердый взгляд становился чернее ночи. А в глазах Сони промелькнула озорная искорка. И Камал не сдержался. Выпалил, резко встав, отметая стул из-под ног:
— Я всё понял! Не утруждай себя очередным отказом!
Он развернулся и направился к выходу.