Одна ошибка (СИ)
Ворота отворились… и появилась седовласая голова пожилого мужчины…
Больше 10 лет она не видела отца…
Отец почти не изменился — горделивая осанка не поникла, не вписываясь во временные рамки, некогда поджарое тело выглядело также крепким. Лишь усталый взгляд, над которыми нависали седые брови, выдавал глубокий возраст пожилого мужчины.
Мужчина замер на пороге при виде гостей.
Камал нежно и крепко обнял за плечи Сони, которая прижимала к себе Джимми. А за их спинами стояли Джек, Николя и Мэри на руках с Дони.
На лице пожилого мужчины пронеслась буря эмоции: неожиданность, оцепенение, растерянность, раскаяние, сожаление… но всё это перекрывала безумная радость и счастливая улыбка, от чего глаза повлажнели… отец протянул руки к дочери и Сони, разрываясь рыданиями бросилась в его объятия. Повторяя и смакуя одно единственное слово:
— Папочка… папочка… папочка…
Которое так сладко звучало, после того, как находилось под запретом долгие годы в тесной клетке подсознания, когда Сони запрещала себе вспоминать и произносить его вслух…
Возвращение сестры братья встретили легким холодком, как и невестки. Однако искренняя радость родителей перекрывала их скрытые недовольства. Возможно, Сони и не обратила внимания на скудные улыбки братьев. Но Камала насторожило такое поведение близких. При этом Сони, не желая поднимать тему старых обид, радовалась и ликовала вновь обретенному счастью, воссоединению с семьей.
Однако Камала не покидало чувство тревоги из-за неадекватного поведения братьев Сони, и он дал себе слово, что в ближайшем будущем выяснит все детали такого отношения, чтобы в дальнейшем никогда и никому не позволить омрачать душевное спокойствие жены.
А во время вечернего семейного ужина, желая сблизиться с новоиспеченными братьями, Камал не посмел отказать их приглашению посетить мужской клуб, двери которого были открыты лишь избранным.
— Папа, позволь нам удалиться, чтобы пообщаться с нашим зятем в чисто мужской компании, — словно невзначай, произнёс Джахангир, старший брат Сони.
Сони вздрогнула и настороженно посмотрела на брата.
— Если, конечно, сестричка не против отпустить с нами своего муженька, — ядовито продолжил он, иронично ухмыляясь.
— С чего бы мне быть против? — глубоко вздохнув, Сони вопросительно взглянула на Камала.
— Я с превеликим удовольствием приму твоё приглашение, брат! — Камал ободряюще улыбнулся Сони, нежно сжав её руку.
После чего он обратил свой взор на Джахангира без своей обычной властности. Взгляд его был твёрдым, но без его привычной жесткости и непримиримости. Ведь Камал был супругом их младшей сестры, и поэтому он желал воздать дань уважения их статусу в кругу семьи. Его привычная манера к беспрекословному подчинению окружающих сменилась на смиренность в желании укрепить новообретенные семейные узы, в лице отца Сони и её братьев.
— Только давай без твоих верных псов, — раздраженно продолжил Джахангир, украдкой поглядывая на Николая.
— Джахангир! — строго произнёс отец семейства, пронзая сына взглядом.
В то время, как Сони с непривычным ей раздражением процедила, не сдержавшись и перебивая отца:
— Николя — член семьи! Братец, попрошу проявить уважение!
В противовес ей Николя на удивление отреагировал менее вспыльчиво:
— Сони, дорогая, день сегодня выдался не из лёгких. В гостинице уже подготовили мне номер. Боюсь, твой брат прав, даже верному псу иногда необходим отдых, — и на его лице натянулась милая улыбка, а яркий блеск глаз не оставлял сомнений, что не смотря ни на что, он всегда на чеку.
Камал нежно сжал руку Сони.
— Милая, всё в порядке?
— Да, дорогой, — натянутая улыбка на лице Сони говорила об обратном.
И лишь после завершения трапезы накатившее волнение начало пускать свои ядовитые корни.
Камал готовился к рандеву с братьями Сони в гостевой комнате, что выделила им Фериде-ханым. Сони бесшумно подошла к нему и обняла его сзади.
— Не нравится мне это внезапное предложение брата, — голос Сони чуток дрожал от волнения.
— Эй, ты чего? — он обернулся к ней и прижал к груди, — я им понравлюсь, вот увидишь! Они всего лишь хотят понять, что за фрукт вертится вокруг их младшей сестры. Это проявление заботы старших братьев.
— Ты их не знаешь, — сокрушенно вздохнула Сони, — они могут устроить грандиозный переполох, апокалипсис…
Сони хваталась за голову, подбирая подходящие слова, чтобы описать непредсказуемость своих братьев. Глаза её расширились, а зрачки потемнели от волнения. Но Камал поднес палец к её губам и вновь притянул в свои объятия.
— Тш-ш-ш, всё хорошо, не волнуйся так.
Тихо всхлипнув, Сони продолжила:
— Пожалуйста, будь осторожен с ними. Мне часто доставалось от них и по их вине.
— Я смогу тебя защитить от всех бед, я справлюсь.
— Я в этом и не сомневалась, — нежно прошептала Сони, прикасаясь к его полураскрытым губам в ожидании сладкого поцелуя.
***
Как обычно, нехорошие предчувствия Сони не подвели. Камал отсутствовал всю ночь.
Сони разбудил стук в дверь, и она окликнула:
— Войдите.
Дверь приоткрылась, и она увидела Мэри.
— Старший господин просит спуститься к завтраку. Все уже за столом.
Сони плохо соображала спросонья и недосыпа. Но смогла махнуть головой:
— Хорошо, передай, я скоро буду.
Мэри исчезла за дверью, а Сони не решилась спросить у Мэри, присутствует ли за обеденным столом Камал, ведь его не было рядом.
Постель, на которой задремала Сони ближе к утру, свернувшись калачиком, была заправлена, она так и не дождалась Камала. Но, возможно, он уже за общим столом в ожидании её прихода.
Немедля приведя себя в порядок, Сони поспешно спустилась в столовую.
Во главе стола, по традиции, сидел отец, напротив него хозяйка дома — мать Сони. По правую руку от него сидел старший брат с супругой и с дочерью Жасмин. Дальше сидел младший брат с семьей, у которого две дочурки-близняшки были копией его самого.
По другую сторону стола от хозяйки дома расположились Джимми, Джек и Мэри с ребенком.
Два стула с левой стороны от отца пустовали. Вчера эти места занимали Сони с Камалом.
Сони обескуражено оглядела сидящих за столом. Тихо промямлила извинения за своё опоздание и осторожно опустилась на стул рядом с отцом.
Камал отсутствовал всю ночь и на утренней трапезе также его не оказалось.
Волнение начало набирать обороты. Сони, с трудом уняв дрожь в голосе, устремила свой взор на старшего брата.
— Джоха, где Камал?
Джахангир с наигранным удивлением приподнял бровь.
— Ты ничего не путаешь, сестрёнка? Этот вопрос должен быть адресован тебе. Где твой благоверный? Его высочество не соизволило почтить своим присутствием утреннюю трапезу?
Сони ошеломленно глядела на братьев и с трудом смогла выдавить слова.
— Джоха, Чина, это шутка такая?
— Ты о чем, сестрица, не понимаю тебя? — искренне недоумевал младший брат Чингиз.
Волнение захлестнуло Сони с головой и сверкнув взглядом на старшего брата, она процедила:
— Джоха, ты пригласил Камала в ваш закрытый клуб. С тех пор его нет.
— И что? — перебил её Джахангир, — да, я предложил составить нам компанию. Мы пообщались, хорошо провели время, повеселились.
— И что дальше? — по неизвестной причине волнение всё больше и больше обуревало ею, в голосе сквозила мелкая дрожь.
— А что дальше — не моя забота, — с безразличием произнес Джахангир и продолжил трапезничать, тем самым давая понять, что разговор исчерпан, — я в няньки не нанимался ему.
Сони яростно сжала в руках салфетку, которую нервно теребила в процессе разговора с братом, когда внезапно вмешался отец.
— Что всё это значит, Джахангир? Он гость, ты его пригласил, а значит несёшь ответственность. Не волнуйся, дочка, тут какое-то недоразумение, — отец успокаивающе похлопал Сони по руке и вновь обратился к старшему сыну, — Где твой зять?
— Я что ему нянька, отец? — вспылил Джахангир.