Миссия: планета Битер (ЛП)

«Ей нужна моя поддержка, а не похоть».
— Кларк сообщил тебе о выводах инженерной группы, что изучала найденные контейнеры с наркотиком?
Рот напрягся.
— Нет. Скажи сам, Дрейк.
— На каждой канистре стоял таймер с датой начала выброса препарата в капсулы. Ровно пятьдесят шесть дней с того момента, как объект заработал в полную силу. Содержимое каждой канистры было рассчитано приблизительно на двадцать дней тотальной обработки людей. Наркотик распылялся в воздух мельчайшими брызгами с четкой дозировкой через определенные промежутки времени.
Рот устало привалился к дверному косяку.
— Но зачем? Если кто-то желал им смерти, то почему сразу не запрограммировал смертельную дозу?
Ему ответил Мэйт.
— Если бы тот, кто все это затеял, намеревался умертвить сотрудников станции, то сейчас полно лекарств, убивающих гораздо быстрее и эффективнее. Все это больше похоже на то, что наркотик тестировали, пытаясь выяснить, как отреагирует человеческий организм на его длительное воздействие. Я проконсультировался у Джессы…
Мэйт на секунду замолчал.
— Нет, наши отношения не стали лучше. Но мы как-никак профессионалы. Она описала мне процедуру проведения испытаний лекарственных средств на Земле. Готовый препарат сначала испытывают на животных и только потом на людях. Если лекарство соответствует заявке, то производитель, продав его, получает колоссальную прибыль. Если же оно окажется опасным для здоровья, его разработчик несет огромные убытки, так как не может его продать. Однако даже неудачный препарат, если он проходил испытания, заносят для идентификации в медбазу Земли. По словам Джессы, далеко не все фармацевтические компании знают об этом.
Рот почувствовал нарастающее раздражение.
— И что все это значит?
— Очевидно, руководство «Брилона», компании, создавшей этот наркотик, не знало, что их можно отследить по идентификационному номеру. Мы подозреваем, что «Брилон» намерен незаконно продавать этот препарат в качестве оружия. Вполне логично, что они могли использовать сотрудников станции как наглядную демонстрацию его эффективности потенциальным покупателям. Джесса утверждает, что в капсулах были идеальные условия для тестирования, поскольку люди находились в ограниченном пространстве и без возможности покинуть планету.
Рот, взбешенный его словами, прикрыл глаза.
— Они использовали Веру и остальных людей лишь для того, чтобы доказать, что этот наркотик опасен?
— Джесса рассказала мне о существовании огромного черного рынка, что снабжает бесчестных людей препаратами, способными вызвать нестабильность психики или же убить свою жертву, прекратившую прием, но не получившую соответствующего лечения. Туда обращаются и беспринципные подонки, похищающие людей ради выкупа. Накачав жертву наркотиками, они транслируют результаты в прямом эфире, шантажируя родных. Джесса предполагает, что этот препарат действительно мог заинтересовать преступников. Под его воздействием люди стали крайне неуравновешенны. Некоторые начали убивать. Кто-то свел счеты с жизнью, — Мэйт зарычал от досады. — Это отвратительно.
Рот глухо рыкнул. Ему захотелось кого-нибудь ударить.
Его глаза распахнулись.
«Какой-то ублюдок заставил Веру страдать ради получения незаконной прибыли?!»
— Кто-нибудь требовал выкуп с компании, на которую работает Вера?
— «Новые Миры» утверждают, что ничего не знали о проблемах на станции, пока не получили уведомление с «Красного Кода» о том, что мы высадились на планету. По их словам, сигнал бедствия до них не дошел. Хотя признались, что объект, который они называют «капсульная среда обитания», не вышел на связь для получения обязательных еженедельных обновлений. В компании предположили, что произошел сбой в системе комплекса, и местные сотрудники его вскоре устранят. А если бы те не вышли на связь повторно, то к ним отправили бы спасателей. Сеанс связи должен был состояться завтра. Но корабль, вылетевший с Земли, добирался бы до планеты не менее трех недель.
Эта информация не остудила его гнева. Стало только хуже. Если бы «Красный Код» не получил сигнал бедствия и не принял своевременных мер, то Вера была бы уже мертва.
 
— Земляне ищут ответственных за применение этого наркотика? Они смогут помешать его распространению?
— Да, но офисное здание «Брилона» оказалось заброшенным. Никто из его трех совладельцев не найден. Земные власти встревожены. Они пытаются найти тех, кто имел доступ к формуле и мог создать большое количество этого препарата.
— Рад это слышать, Дрейк, — Рот надеялся, что виновные будут найдены в ближайшее время. — Держите меня в курсе.
— Мы бы с удовольствием, но нам закрыт доступ в медицинский сектор, — в голосе Дрейка слышался гнев. — Они даже отказались передать тебе сообщение.
— Пришли мне мое личное устройство связи. Отдай его Кларку или Эбби. Одного из них точно пропустят к Вере.
— Сделаю. Оставайся в медотсеке. Боюсь, если ты выйдешь оттуда, они не позволят тебе вернуться, — понизив голос, посоветовал Мэйт. — Ты наш единственный источник информации о ее состоянии.
— Я не оставлю Веру. Мне пора, — Рот выключил связь.
Через несколько минут вода за его спиной прекратила шуметь, и он терпеливо ждал, пока медсестра поможет Вере вытереться и надеть халат. Он обернулся, когда услышал, что обе женщины подошли к нему. Вера выглядела очень слабой. Каждый шаг давался ей с большим трудом. Рот жестом остановил ее и подхватил на руки.
Вернувшись с ней в комнату, осторожно положил ее на кровать.
Медсестра, подключив сенсоры, встретилась с ним взглядом.
— Я принесу ей что-нибудь поесть.
— Спасибо, — он накрыл Веру одеялом и взял ее ладошку. — Теперь ты чистая.
Она сморщила свой маленький носик.
— А раньше от меня сильно воняло?
— Нет. Я часто тренируюсь с человеческими самцами, и мне знаком тяжелый запах их потных тел. Твой же запах мое обоняние не раздражал.
Вера попыталась сесть, и Рот помог ей подняться. А затем подрегулировал спинку кровати чуть выше и для большего удобства подсунул ей под спину подушку.
— Ты говорил, что ты боец…
— Да.
— Это аналог земного слова «солдат»? Вы являетесь частью вооруженных сил своего мира? А на корабль флота прибыли, чтобы демонстрировать боевые навыки?
— Я понимаю, о чем ты спрашиваешь, и попытаюсь объяснить законы Веслора и образ жизни нашего общества. Все веслорцы — непревзойденные защитники. Но наша раса хороша не только в защите, но и в сражениях.
Вера окинула его тело оценивающим взглядом.
— Ты гораздо крупнее человека.
— Я очень большой даже для наших самцов. А еще у нас есть боевая форма, — он поднял руку. — Мы принимаем ее, чтобы сражаться с врагом. У меня вырастают когти, а кожа становится жестче. Люди называют нас оборотнями.
Глаза Веры округлились.
— Не пугайся. Я объясню подробнее, чтоб ты поняла. Все веслорцы могут при необходимости перекинуться и сражаться, но большинство предпочитает мирное существование, занимаясь сельским хозяйством на защищенных от враждебных рас планетах. Я вырос на одной из таких аграрных планет солнечной системы Веслора. Все члены нашей родовой общины были довольны своей жизнью. Им и в голову не приходило покинуть родной мир или сменить работу.
Рот тяжело вздохнул.
— Я был другим. Как и самцы, с которыми я в юношеском возрасте образовал сообщество. Мы мечтали покинуть наш дом и отправиться на поиски приключений. Нам нравилось сражаться, и у нас это здорово получалось. Мы стали профессиональными бойцами. А это означает, что нас могут нанять все, кто нуждается в защите.
Вера нахмурилась, отчего ее лоб прорезала небольшая морщина.
— Наемниками, — уточнил Рот. — Кажется, люди используют этот термин.
Глаза Веры вновь округлились.
— Мы очень сильно отличаемся от человеческих наемников, которых совершенно не волнует, за какую работу браться, лишь бы им платили. К тому же, не имея чести, они с легкостью нарушают законы и не стыдятся причинять вред невинным. Мы же работаем только на тех, кто нуждается в защите от насилия. Как только мы прибыли на «Красный Код», нас подключили к борьбе с кровожадными существами на планете Тобиас. Мы также обучаем ваших воинов более эффективным приемам борьбы. А еще сопровождаем людей в космических перелетах как охрана. Ты слышала об элтах?