Luxuria (СИ)

— Неблагодарный ублюдок, — Гакупо криво усмехнулся и подтолкнул пузатый стакан к Сиону. — Я вообще-то о тебе забочусь.
— Благодарю, но обойдусь.
— Ты что меня не уважаешь? — в фиолетовых глазах медленно тлел огонёк. — Давай, Кай. Выпей за то, что твой лучший друг такой говнюк.
— Эй, — Кайто сделал небольшой глоток. — Что с тобой происходит?
— У вас с Мику это было?
— Это?
— Блять, ну секс же, — Камуи наполнил свой бокал. — Или ты консервативен и до свадьбы ни-ни?
— Какое это имеет отношение к тому, что ты выдернул меня с работы? — Кайто сердито стукнул стаканом о столешницу, едва не расплескав виски. Повисла напряженная тишина, а потом Камуи рассмеялся.
— Ты что окончательно стал салариманом? Боишься потерять теплое место?
— Гакупо, — Сион смерил друга тяжелым взглядом. — Выкладывай уже.
— Что бы ты сделал, — Камуи фыркнул и вынул из кармана пачку с сигаретами. — Если бы Хацуне попыталась сбежать от тебя?
— Ничего, — пожал плечами Кайто. — Потому что этого не будет.
— А я сделал, — Гакупо вздохнул и зажал между губами сигарету. — Много-много раз.
— Ты серьезно?
Вместо ответа Камуи лишь деревянно кивнул, а после смял сигарету в кулаке.
— Ну, если она тебя любит, то я уверен…
— Сомневаюсь, — Гакупо опустил голову. — Она дрожит всякий раз, как видит меня, а после сегодняшнего, едва ли сможет вносить мое присутствие.
— Тогда, — Кайто вздохнул. — Самым правильным будет отпустить её. Позволь ей вернуться к обычной жизни.
— Не могу, — Камуи покачал головой. — Мне больше никто не нужен. Только Гуми.
— Ты любишь её?
Гакупо усмехнулся, а потом прикрыл глаза. Любит ли он её? Слабо сказано. Он нуждался в ней как в кислороде. Жизнь в якудза, карьера в Криптоне — время дебошей и беспорядочных любовных связей, служащих одной цели — найти свое место. Спокойное и безопасное, где будут люди, с которыми ему будет комфортно. И Мегуми была воплощением этого. Последнее, что осталось от его прошлой жизни, и единственный вариант его будущего.
— Да, — сдавленно прошептал Камуи и до хруста сжал бокал. — Люблю.
 — Ну тогда, — Кайто улыбнулся. — Скажи ей об этом. Или у тебя вдруг появились проблемы с решимостью?
— Ты прав, — Гакупо вздохнул и нетвердо поднялся на ноги. — Вот прямо…
— Эй-эй, — Сион успел поддержать друга за плечо. — Ты перебрал. Думаю, если ты появишься перед ней в таком виде, то едва ли у вас получится конструктивный диалог. Нужно сначала привести себя в порядок.
После этого Кайто помог другу дотащиться до туалета.
— Дальше я сам, — заверил его Гакупо и толкнул дверь санузла. От навязчивого запаха кондиционера к горлу подступила тошнота, но парень мотнул головой, прогоняя это чувство.
Длинные пальцы вцепились в фаянсовые края раковины в тщетной попытке сохранить равновесие. Перед глазами все плыло, но потом в один момент зрение улучшилось, словно кто-то выкрутил фокус на максимум.
Он поднял взгляд. Из зеркального окна на него смотрел бледный призрак со старой фотографии в доме Сакураги. Те же резкие черты лица, то же выражение глаз. Лицо убийцы, что так напугало Гуми в тот день. Лицо насильника, который заставил её плакать и молить о пощаде.
Ненависть вспыхнула в душе словно напалм, и в следующий миг раздался громкий звон битого стекла.
***
Когда Гуми открыла глаза, часы на прикроватном столике показывали полдень. В голове все еще роился легкий туман, но она чувствовала себя гораздо лучше. Даже тело почти не болело, так что девушка решила принять душ. Ванная комната в люксовом номере была в разы больше, чем в её квартире, а добрую половину всего пространства занимала белоснежная угловая ванна, в которой легко можно было уместится вдвоем.
Мегуми несмело протянула руку к кранам и включила воду. Горячий поток с шипением начал наполнять ванну, так что на большом зеркале во всю стену осел конденсат. Неловкие пальцы взялись за узел на безразмерном халате, который Гуми в спешке надела перед приходом врача. Спустя минуту белая махровая ткань соскользнула с покатых плеч, и Мегуми взглянула на свое отражение.
Щеки вспыхнули стыдливым румянцем, когда она дотронулась до потемневших меток, которые щедро покрывали шею, ключицы и даже живот. Воспоминания о прошедшей ночи промелькнули перед ней словно кадры на кинопленке. Гуми судорожно вздохнула и поспешила забраться в теплую воду. Тело тут же бросило в жар, и она не была уверена виновата ли в этом ванна.
Вдруг из комнаты послышался звук открывшейся двери, и Гуми в панике выскочила из ванной. Оскальзываясь на перламутровом кафеле, она подхватила с пола халат и быстро запахнулась, а после прижалась спиной к зеркалу, словно хотела спрятаться внутри него. В следующий миг за дверью негромко прошелестели шаги, а после раздался тактичный стук.
— Эй, ты там?
— Юма-кун? — Гуми поняла, что все это время не дышала. — Это ты?
— Да, — голос телохранителя звучал раздраженно. — Чего ты там так долго? Обед остынет.
— Обед? — Мегуми была окончательно сбита с толку.
— Да, уже почти два часа дня, так что босс велел накормить тебя.
— Он здесь? — она обхватила себя за плечи.
— Ты и правда думаешь, что старший брат будет уделять тебе так много внимания? — ядовито произнес Юма. — Поторопись и съешь свой обед, иначе я унесу его назад.
Словно в ответ на это желудок Гуми жалобно застонал, так что она вспыхнула, а после приблизилась к выходу. Негромко скрипнула ручка, и зеленые глаза робко выглянули из-за двери. Юма устанавливал на столик рядом с кроватью тяжелый поднос, при этом его левая рука была перевязана.
— Давай я! — Гуми поспешно метнулась на помощь, но телохранитель справился сам. А потом бросил на нее косой взгляд и фыркнул.
— Думаешь я не смогу выполнять свои обязанности из-за какой-то царапины?
— Но тебе ведь прострелили руку!
— Это пустяк, — упрямо ответил он, а потом махнул рукой. — Ешь уже, мне нужно унести посуду.
Мегуми плюхнулась на кровать и сняла с подноса сверкающий колпак, явив миру сытный обед, состоящий из пасты, салата, нарезки фруктов и апельсинового сока. Во время работы у Хаку, Гуми привыкла к исключительно китайскому меню, поэтому разнообразие было весьма кстати.
— Приятного аппетита, — Гуми хлопнула в ладоши и вооружилась вилкой. Юма же тем временем опустился в кресло рядом с электрическим камином и поморщился.
— Рука болит? — в зеленых глазах мелькнула жалость.
— Все в порядке, — огрызнулся он. — Просто курить охота.
— Наверное тебя угнетает, что приходится нянчиться со мной? — Гуми поджала губы. — Прости.
— Мои чувства тут не имеют значения, — ответил Юма после небольшой паузы. — Это приказ, и я его исполняю.
— Но почему? Я ведь совсем тебе не нравлюсь, — Гуми вяло перемешала вилкой салат. — И тогда…в порту, ты ведь спас меня, да?
— Это сделал босс, — покачал головой Юма. — Я только мешался под ногами.
— И все же ты первым бросился на…в общем, я видела как тебя ранили. Зачем было лезть на рожон?
— Боже, и чего тебе неймется? — Юма поднялся на ноги. — Мы — якудза — исполняем волю оябуна и защищаем его окружение. А ты, хоть и раздражаешь, но важна для старшего брата. Как думаешь, что бы со мной было, если бы тебя убили?
— Даже не хочу знать, — прошептала Гуми и опустила взгляд в тарелку. Весь остаток трапезы они провели в молчании.
— И еще, — Юма забрал опустевший поднос. — Тут к тебе гость заходил.
— Доктор Ибуки?
— Нет, — он скривился словно от зубной боли. — Одна очень надоедливая особа, но я сказал, что ты еще слишком слаба для посетителей. Но она говорила, что зайдет после обеда, и скорее всего…
Следующие его слова заглушил громкий звук отворившейся двери.
— А, вот и ты никчемный Юма! — высокий женский голос был немного похож на кошачье мяуканье. — Я же велела встретить меня на входе!
— При всем уважении я…
— Гуми-чан! Наконец-то увиделись! Ну, как ты? — в карих глазах Торако плескалось беспокойство. — Если нужно мой отец устроит тебя в лучшую клинику Гонконга!