Luxuria (СИ)

— Нет, все в порядке, — с трудом ответила Гуми. — Я понимаю.
— Ты дрожишь? — в его голосе звучало беспокойство, а руки переместились с плеч на талию. — Ты точно…
— Братец, со мной все хорошо, — выпалила Гуми, мечтая чтобы он поскорее отпустил её. Казалось, что она чувствует жар его ладоней сквозь несколько слоев кимоно, и если она останется рядом еще на пару минут, то точно выдаст себя. Однако Камуи негромко фыркнул, а после осторожно поцеловал её в шею. Мегуми заскулила, пытаясь высвободится из крепких объятий, но в следующий миг мочку уха опалило жарким дыханием.
— Мегуми, ты что возбудилась?
— Все не так, — едва не плача прошептала она, но через секунду тихонько охнула, когда Гакупо вновь поставил метку на светлой коже. — Братец, не здесь…
— Хм, то есть не в коридоре можно? — в его голосе появились смешинки, а потом он отодвинул дверь в ближайшую комнату. Спустя миг Гуми оказалась прижата к деревянной стене.
— Но это ведь чья-то комната, — запротестовала она, когда длинные пальцы коснулись пылающей щеки.
— Никто не будет против, — усмехнулся он. — Я ведь глава клана.
В следующий миг Гуми прерывисто вздохнула — жаркие губы коснулись её, вовлекая в поцелуй. Медленный, тягучий и сладкий словно патока. На коже выступила испарина, а в голове все смешалось. Пальцы сами собой вцепились в лацканы пиджака, в тщетной попытке сохранить рассудок, однако тут до её слуха донесся громкий вибросигнал. Гакупо раздраженно рыкнул и разорвал поцелуй.
— Да, — голос его звучал сухо и холодно. — Понял. Скоро буду.
Отрубив звонок, он тяжело вздохнул и поднял на Гуми взгляд. В фиолетовых глазах тлело желание в перемешку с бесконечной усталостью.
— Дела? — робко спросила Мегуми.
— Да, — он грустно улыбнулся и погладил её по мягким волосам. — Прости, мне нужно идти. В ближайшие пару дней я не смогу прийти, так что не скучай, ладно?
— Хорошо, — Гуми ощутила легкий укол разочарования. — Береги себя.
— Как всегда, — Камуи направился к выходу из комнаты, но когда он уже хотел прикрыть дверь, как Гуми окликнула его.
— Братец!
— М? — он обернулся, а потом удивленно вздрогнул. Мегуми поднялась на носочки, и потянув его за галстук, робко поцеловала в губы.
— Удачи, — на нежных щеках заалел румянец, а зеленые глаза задорно блеснули. — И возвращайся поскорее.
***
Чайна-таун в Йокогаме был одним из трех крупнейших китайских кварталов в Японии, где исторически селились выходцы из Поднебесной, а также располагались филиалы триад гонконгской мафии. Большая часть зданий — ресторанов и магазинов принадлежала им, равно как и отель, рядом с которым Гуми припарковала автомобиль. Хаку, скучающая на заднем сидении, сказала, что это один из самых известных китайских отелей в стране, и именно там сегодня пройдет встреча будущего главы Сакураги и управляющего токийским отделением синдиката «Белого тигра».
— Там будет очень много китайцев, так что держи ухо востро, — прошептала Хаку, когда Гуми помогала ей пересесть в кресло. — Улыбайся, а разговоры оставь мне. И да, не смей даже смотреть на Гакупо.
— Почему? — Гуми любезно улыбнулась двум молчаливым охранникам на входе.
— Потому что они только и ждут, как бы отыскать его слабое место, — Хаку смерила истуканов острым взглядом. — Держись рядом со мной, и ничего не случится.
Спустя минуту они оказались в холле, от одного вида которого хотелось зажмурится. Интерьер включал в себя все возможные оттенки красного, полностью оправдывая название отеля — «Алый лотос».
Красивые работницы с приклеенными улыбками провели гостей к лифтам. Мегуми ловко закатила кресло в кабину, но тут приблизились двое мужчин в темных костюмах. Девушка-лифтерша придержала двери, а после нажала на кнопку. Створки захлопнулись, и лифт плавно тронулся. Мегуми неотрывно следила за тем, как не спеша сменяются цифры на счетчике этажей, и старалась абстрагироваться от заинтересованных взглядов.
«Все из-за этого наряда», — убеждала она себя, то и дело прогоняя желание поправить подол платья. Она не хотела, но Хаку заставила её надеть ципао — китайское платье с вертикальными вырезами на бедрах, так что любой широкий шаг грозил конфузом. Кроме того, зеленый шелк слишком плотно прилегал к фигуре, что после свободных и безразмерных кимоно было крайне непривычно.
Ощутив очередной похабный взгляд, Мегуми крепко вцепилась пальцами в поручень кресла, а один из мужчин что-то негромко сказал по-китайски. Его приятель рассмеялся, и судя по всему шутка была не самой невинной, поскольку девушка-лифтерша покраснела.
Наконец-то раздался мелодичный звон и створки открылись. Гуми выкатила кресло с Хаку из лифта, но тут женщина повернула голову и произнесла какую-то фразу. Лица мужчин мгновенно вытянулись, а китаянка хрипло рассмеялась.
— Что вы им сказали? — прошептала Гуми, когда лифт остался далеко позади.
— Сказала, что после таких шуток в Макао пускают по кругу, — фыркнула Хаку. — Но выражение чуть по-грубее, конечно. Хотя платье тебе в самом деле идет. У тебя точно нет китайских корней?
— Не знаю, — Гуми грустно улыбнулась. — Я не знаю, кто были мои родители.
— Ах да, ты же из того приюта в Кобе, — Хаку вежливо кивала знакомым. — Ладно, соберись. Нужно засвидетельствовать свое почтение хозяину. Вон он, в самом центре.
Мегуми украдкой бросила взгляд на самую большую группу гостей. Среди десятков фигур в деловых костюмах и ярких платьях мелькал молодой человек в белом пиджаке. Темные волосы были аккуратно зачесаны на один бок, а на правой щеке у него вился белый шрам.
— Такамацу Рюдзи, — негромко произнесла Хаку. — Управляющий токийским отделением синдиката. Ему всего двадцать шесть, но его уже прочат в кандидаты на должность главы «Белого тигра».
— И с ним Гакупо должен поладить? — Гуми поежилась, отметив холодный, будто бы не живой взгляд управляющего.
— Да, дохлый номер, — Хаку вздохнула. — Но мы тут бессильны. Нам остается лишь одно — улыбаемся и машем.
В следующий миг Хаку рассмеялась низким грудным голосом, вливаясь в общую беседу. Однако не успела владелица борделей обменяться любезностями с Рюдзи, как по залу пробежал шепоток, а после все глаза устремились на делегацию Сакураги.
В самом центре плотного кольца из телохранителей шел Камуи под руку со своей мачехой. Чуть поодаль Хаттори на правах старшего советника. А замыкали шествие несколько крепких парней в черных костюмах, среди которых особенно выделялся бритоголовый крепыш, и на контрасте с ним — невысокий Юма.
Однако все внимание Гумы было приковано к Гакупо, который спокойно скользил взглядом по настороженным лицам. Наконец-то группа достигла центра зала, и молодой глава шагнул вперед, выпустив локоть матери. По лицу Масако скользнула тень, но потом он вновь растянула губы в блаженной улыбке.
— Рад приветствовать клан Сакураги на нашем скромном приеме, — Рюдзи улыбнулся, но глаза остались холодными. — Госпожа Масако, вы как обычно ослепительны.
— Очень мило с вашей стороны, господин Такамацу, — мачеха поспешно обхватила Гакупо за локоть. — Но по всем правилам, первым делом вы должны были выразить почтение моему сыну и будущему главе клана.
— Ключевое слово тут «будущий», — Камуи иронично усмехнулся. — Я не в обиде на это. Рад видеть вас снова, Рюдзи-сан.
— Да, — глава тигров хмыкнул. — Хорошо, что ты бросил играть в войнушку с этими байкерами. Надеюсь, что под твоим началом Сакураги достигнут былой мощи.
Беседа продолжилась, а Хаку облегченно вздохнула.
— Лучше, чем могло быть, — поделилась она, когда Гуми откатила кресло в сторону. — Кажется Рюдзи знаком с ним, да и вспоминать старые обиды никто не спешит. Боже, от всех этих нервов у меня в горле пересохло, не принесешь мне вина и какой-нибудь закуски?
— Конечно, — Мегуми нервно поправила подол платья, а после устремилась к фуршетному столу. Там уже собралась внушительная толпа, так что пришлось попотеть, чтобы взять хоть что-то. На глаза попалась тарелка с канапе, и Гуми уже коснулась белого фарфора, как её резко дернули на себя. Ощутив праведный гнев, она подняла глаза, чтобы высказать все нахалу. Но стоило ей увидеть его, как язык прилип к нёбу.