Luxuria (СИ)

«Как? Уже?» — пронеслось у нее в голове, а в следующий миг горячие пальцы скользнули внутрь. Мегуми испуганно охнула и дернулась, пытаясь избавиться от неприятного ощущения, но через секунду сжала бедра. По телу разливалось приятное чувство и появилось знакомое тянущее ощущение внизу живота.
— Расслабься, Мегуми, — прошептал он ей на ухо. — Будет немного больно.
Разумеется от этих слов Гуми напряглась как струна. Дыхание перехватило от внезапной тревоги.
— Гуми, — аметистовые глаза смотрели ласково. — Доверься мне.
И в следующий миг она вскрикнула.
«Вот ведь зараза», — мысленно выругался Гакупо, когда привычное для него действие встретило совершенно непривычное сопротивление. Лука была права, когда говорила, что он не привык к девственницам. Более того, он ни разу не занимался сексом с девственницами. Поэтому не особо задумывался о том, как нужно действовать, но где-то на уровне инстинкта знал — с осторожностью. Однако на практике все оказалось в разы сложнее, потому что внутри Мегуми было так отчаянно узко и горячо, что сначала нужно было собраться с мыслями, иначе можно опозорится так, что потом вся «Лагуна» будет валяться от смеха.
Но тут Гуми задушено всхлипнула, и все мысли мгновенно выветрились из его головы. Мегуми судорожно вцепилась пальцами в футон и тихонько заплакала.
— Мегуми, — Гакупо осторожно обхватил её лицо руками, сцеловывая соленые капли. — Давай прекратим.
— Н-нет, — она вымученно улыбнулась. — Мне уже легче.
«Глупышка, снова храбрится», — вздохнул Камуи, а после вновь поцеловал её — нежно и медленно, чтобы она немного отвлеклась от боли. Наконец-то прерывистое дыхание сменилось негромкими стонами, а побледневшее лицо вновь залил румянец.
— Как ты? — произнес он, взглянув в её глаза, и получив удовлетворенный кивок, сильнее прижал к себе хрупкое тело. — Если станет больно — скажи.
«Ни за что не скажу», — подумала Гуми, но первый же толчок вызвал у нее стон боли. На глазах снова навернулись слезы, но она поспешно сморгнула их, не желая выглядеть слабой. Ей было ужасно стыдно за свою неопытность и за то, что Гакупо очевидно не будет ей удовлетворен. Действительно, кто она по сравнению с другими его девушками. С ними он мог наслаждаться процессом, а не утирать позорные слезы. Однако тут в животе что-то екнуло и вместо болезненного стона с губ сорвался удивленный возглас. Мегуми распахнула глаза и ощутила, как её затягивает. Горячее дыхание всего в паре сантиметров от её губ и глубокие, потемневшие от желания глаза.
— Милая, — прошептал Камуи. — Ты какая милая, Мегуми…
Последующий стон потонул в жадном поцелуе. Гуми задохнулась, но нашла в себе силы ответить. Кожа горела огнем, а руки до этого так отчаянно цепляющиеся за одеяло, оказались на шее у Камуи. Маленькие ладошки доверчиво оглаживали часть татуировки, когда Гуми ощутила, как у нее резко подвело низ живота.
— Гакупо… — простонала Гуми, и в ту же секунду он рывком притянул её к себе, ускоряя темп. Обжигающее дыхание опалило шею, а потом сознание словно захлестнуло теплой волной.
Тело все еще дрожало после оргазма, когда Камуи осторожно приподнялся на руках, вглядываясь в расслабленно лицо Мегуми. Она смежила веки, а потом внезапно обняла его за шею.
— Люблю… — сонно прошептала Гуми, а после тихонько засопела. Камуи рассмеялся и легко поцеловал приоткрытые губы. Унявшийся было пульс подскочил, но Гакупо тут же подавил желание. Одного раза для него было мало, однако слишком для Гуми. Так что он просто притянул её к груди и вдохнул свежий аромат густых волос.
— Я тоже люблю тебя, Гуми, — прошептал Гакупо, думая что впервые в жизни хочет уснуть с кем-то и проспать до самого обеда.
***
Закатное солнце отразилось на хромированном боку «Ямахи», когда Ёсида подрулил к одному из жилых комплексов в Икебукуро. Байкер припарковал своего коня на ближайшей стоянке, а после достал из кармана куртки пачку с сигаретами. При этом его слегка прищуренные глаза, привыкшие к быстрой езде по трассам Токио, зорко следили за окружением. Все же в этом районе было много банд, которым запросто могло не понравиться присутствие чужака.
Однако не успел Саноске сделать даже одну затяжку, как двери комплекса отворились и оттуда выбежал высокий парень в белом пиджаке. Его длинные черные волосы были забраны в хвост, который сейчас развевался на бегу. Ёсида приветственно вскинул руку, но тут же сдавленно выругался, поскольку следом на улицу выскочили два мордоворота в темных костюмах.
— Камуи, что это за нахуй?! — высказался Ёсида и рывком завел мотоцикл.
— Муж клиентки внезапно вернулся, — крикнул Гакупо и ловко запрыгнул на заднее сидение. — Давай ходу, пока они не вытащили пушки.
— Из ваших что ли? — пропыхтел Сано и выжал сцепление.
«Ямаха» злобно зарычала, а после лихо сорвалась с места. Телохранителям же осталось кричать что-то в след, потрясая кулаками. Гакупо заливисто рассмеялся, ощущая как в ушах свистит ветер, а перед глазами все еще мелькало перекошенное злобой лицо одного из советников Сакураги. Одного из тех, кто когда-то пытался подкатывать к нему яйца. Неудивительно, что бедняжка Джунко решила найти утешение в объятьях жиголо.
— Какого ты ржешь, придурок? — заорал Ёсида перекрикивая мотор своего мотоцикла. — Думаешь он не запомнил тебя? Завтра же найдут и подвесят за яйца на ближайшем складе.
— Успокойся, Ёсида, — Гакупо похлопал его по плечу. — Он знает кто я, поэтому не сунется. Зато я достал денег, так что сегодня разгуляемся!
В ответ Ёсида лишь пробурчал что-то невнятное и переключил скорость. Спустя четверть часа они уже добрались до своей базы — заброшенного храма на востоке Токио. Рядом с лестницей были припаркованы несколько байков, а совсем еще юный парнишка сидел на ящике для подношений. Увидев вновь прибывших, он тут же вскочил на ноги и подбежал к заглохшему мотоциклу.
— С возвращением, Кауми-сан, Ёсида-сан!
— Все спокойно? — Гакупо слез с байка и поправил воротник пиджака.
— Парни поймали какую-то крысу. Шнырял на заднем дворе.
— Кто-то из других банд? — Ёсида нахмурился, прикидывая, кто мог покусится на территорию.
— Не знаю, вроде бы нет. Он внутри, так что…
— Занятно, — Гакупо улыбнулся и взбежал по ступенькам храма. В крови все еще кипел адреналин, так что сейчас он мог завестись с полоборота.
Двери со скрипом отворились, и Камуи оказался в молельном зале. Он выглядел все также ветхо и опасно, как и в первый раз, но теперь пыль и мусор убрали, а дыры в крыше и полу заделали. Вокруг статуи кишина собралась небольшая группа парней в кричащих нарядах. Ругаясь и посмеиваясь, они раскачивали висящий на статуе мешок, внутри которого видимо и была спрятана крыса. Однако появление лидера разрядило обстановку и банда расступилась.
— Камуи-сан, этот ублюдок пытался проникнуть в храм.
— Спрашивали чей, но ничего, как язык проглотил.
— Понятно, — Камуи оглядел дрыгающийся сверток, а после протянул руку за мечом. — Давайте-ка нарежем сашими.
Среди байкеров пробежал шепоток, некоторые с опаской взирали на своего лидера. Он любил пошутить, но так тонко, что многие не могли понять, когда смеяться. Вот и сейчас он привычным движением выхватил из ножен длинную катану. Сверкнула сталь, и в следующий миг мешок с шумом свалился на пол. Ткань была аккуратно разрезана наискосок.
Толпа зашумела, а потом из мешка выскочил бледный как смерть парень. Длинный шарф скрывал нижнюю половину его лица, но над вязаным краем сверкали колючие синие глаза.
— Ты спятил? — прошипел лазутчик, бросив бешеный взгляд на обнаженный клинок.
— Нет, — Камуи ухмыльнулся, отметив, что у него приятный голос. — Как тебя зовут?
— Не твое дело, — фыркнул парень, затравленно оглядываясь.
— Уверен, что не мое? — Гакупо шагнул вперед и легко крутанул мечом, словно разминая кисть. Пальцы привычно сжали шершавую оплетку, после чего незнакомец сглотнул и произнес.
— Мое имя Кайто.