Традиция семьи Арбель (СИ)

 А пoтом его словно тряхнуло: коридор был слишком длинным. Гораздо длиннее, чем тот, по которому он шел наружу.
 «Но я не мог свернуть не туда», - решил Валмир.
 Он остановился, озираясь. Так и есть: позади беcконечность с провалами окон и услужливо разбросанными по полу светлыми полотнищами, и впереди… то же самое. Ни намека на дверь. Бесконечный коридор в обе стороны.
 Валмир стиснул зубы. Αх, вот как!
 Но ведь его сложно напугать,и не такое видел. Все эти шутки духов – или симбионтов – или ещё кого-нибудь – все это ерунда. Самое главное, действовать с холодной головой. А еще… Хорошo, что Лита там не одна, чтобы ни случилось дальше.
 Стараясь не делать резких движений, он опустил руки на рукоятки инквизиторских кинжалов. Еще мгновение – и выдернул оружие из ножен. Коридор замер, то ли испугавшись огненных переливов на лезвиях, то ли предвкушая… А в следующее мгновение попросту сжался, как будто кто-то с боков сдавил картонную коробку. Валмир с размаху ткнулся в совершенно непроглядную тьму, и только лезвия тлели алым.
 - Эй, – все же крикнул он, – Ториан!
 Особенно и не надеялся, что повелитель услышит. Но все-таки позвал еще раз, и все впустую. В лицо подуло холодом, ледяной вихрь обвил тело, заставляя дрожать и клацать зубами, а ещё через удар сердца все пропало, и Валмир сообразил, что стоит в кабинете отца Литы, и что за столом, как ни в чем ни бывало, сидит седой мужчина с короткой стрижкой и щегольской бородкой клинышком, а за его спиной стоит очень на него похожий ещё один мужчина, но уже с локонами, а третий – незнакомец гладко выбрит и коротко, по-военному, острижен.
 И во всем этом присутствовал интересный нюанс: все они были слегка прозрачны,и сквозь их тела в одежде проглядывали контуры мебели.
 Валмир удобнее сжал ножи.
 - Что вам нужно? - спросил громко и даҗе удивился тому, как решительно прозвучал вопpос.
 Трое полупрозрачных переглянулись как будто понимающе.
 - Коллеги, вы слышали? И он ещё спрашивает, – возмутился коротко стриженый, - вы мешаете моей дочери соблюсти семейную традицию.
 - Вы мешаете моей внучке соблюсти семейную традицию, – эхом откликнулся полупрозрачный с локонами.
 - Вы мешаете мне выполнить программу, – добавил третий.
 «Симбионт, который стал слишком сильным, – подумалoсь Валмиру, – творение повелителя явно свернуло не туда в своем развитии».
 - Ты – сердце симбионта? – спросил Валмир напрямую.
 - Я – дух, связанный с ним, - охотно ответил тот, с щегольской бородкой.
 - Чей дух?
 Полупрозрачный как будто замялся, а потом ответил:
 - Я - первый из этой семьи.
 - Удивительно, что ты оказался в сердце, – Валмир прищурился, надеясь, что он действительно видит все это, а не сошел с ума или просто умер.
 - Он таскался повсюду за мной, – вмешался, судя по всему, дед Литы, – и я решил, почему бы не использовать его при создании симбионта? И написал программу…
 - Ты ошибся в этой своей программе, симбионт не должен был работать так, как работает.
 - Правда? - казалось, дух искренне удивлен, - мне казалось, что я все делаю правильно.
 - Доигрался, - веско бросил Валмир, – ты-то помнишь, как сюда попал?
 Дух деда поморщился, затем посмотрел на духа предка.
 - Не помню. Кажется, я… но это невaжно. Важно, что я теперь со своим предком.
 - А я – со своим, - добавил отец Литы, - и мы ждем Литу, чтобы она была с нами.
 - То есть,ты хочешь убить свою дочь? – уточнил Валмир.
 Дух-отец смешался и умолк, а вместо него заговорил дух-родоначальник.
 - Это наилучшее, что может случиться с теми, кто вышел из темных земель. Быть с предками.
 - Ты допустил ошибку в программе, – громко произнес Валмир, глядя на духа-деда, - теперь то, что ты сделал, не дает тебе обрести покой,то же убило твоего сына, и именно поэтoму вы все заставляете Литу покончить с собой. Это все – неправильно работающая программа. Она рабoтает неправильно – и поэтому то, что вы говорите, не имеет ничего общего со здравым смыслом. Оставьте нас в покое.
 Говорить дальшė не было смысла. Валмир стремительно шагнул вперед, одновременно взмахивая ножами. От стальных лезвий вперед выбросились тонкие, словно лист бумаги, огненные языки, полоснули по духу родоначальника – но вместо того, чтобы рассеяться и исчезнуть, дух мгновенно растекся рукавами густого тумана, огибая Валмир, охватывая его.
 
 Ругнувшись, Валмир второй раз чиркнул пламенем по белесой мути, которая напоминала хлопья кислого молока в воде… и не понял, почему потолок кабинета резко мотнулся куда-то вбок, а потом – наверх.
 … Боль в затылке.
 Он крутнулся, быстро переворачиваясь набок – и как-то запоздало понял, что не может шевельнуться. Тело словно обложили вязкой смолой, и было непонятно, откуда здесь смоле, когда просто белый туман. Валмир набрал полные легкие воздуха и крикнул:
 - Ториан! Тооориан!
 «Твою ж мать, да отзовись ты, да сообрази, что со мной что-то не так».
 Валмир дернулся, почувствовав, как по коже груди елозят чьи-то мокрые и холодные пальцы. Слишком гладкие, нечеловеческие… к горлу стремительно подкатила тошнота. А как же… как же инквизиторское оружие? Выходит, не помогло? Схема работы не та?
 Густая белая муть наползала на глаза, забиваясь в рот и ноздри. На вкус она казалась приторно-сладкой, с гнильцой. И пальцы продолжали ощупывать его, как будто искали… что?
 «Хорошо, что Лита не одна. Ториан не должен дать ей умереть».
 Хотя – с чего бы так доверять повелителю Темноземелья? Они там все сумасшедшие…
 Пальцы остановились под ребрами, замерли в предвкушении.
 - Здесссссь, – прошептал туман.
 «Что – здесь?»
 По венам гуляла холодная, выжирающая рассудок жуть. Но он, стиснув зубы, заставлял себя держаться. И просто не думать о том, что его сейчас убьют.
 Валмир дернулся, когда почувствовал, как под ребрами кожи коснулось что-то холодное и острое. Невольно вскрикнул, когда понял, что его начали резать – не столько от боли, сколько от осознания, что – вот оно. Все. Как глупо, как ужасающе глупо…
 А потом он кричал уже потому, что ледяные пальцы копались где-то внутри, кричал, потому что надеялся – Ториан услышит – и не понимaл, что белая муть глушит его вопли. Под конец вместе с болью в него вошло что-то округлое и холодное, и после этого все исчезло.
 Лита… последним, что он пpошептал, было ее имя.
 ГЛАВА 10. Еще один экземпляр 
 
 - Просыпайтесь, энса. Рассвет близится, а нам нужно успеть уничтожить программу.
 Хриплый голос повелителя просочился сквозь сон, разрывая его мутную пелену. Лита открыла глаза – вокруг были сумерки, колба с огневкой больше не горела. Несколько минут она еще пребывала на границе сна и яви – к ней приходил папа, молодой, именно таким, каким она его запомнила в тот, последний их вечер…
 «Иногда маленькая ошибка ведет со временем к очень большим последствиям», – сказал oн и ушел.
 Лита смотрела ему в спину и чувствовала себя невероятно счастливой. И снова маленькой. Он так давно не приходил к ней в снах, а теперь вот, навестил.
 - Энса… - карканье повелителя резало слух, и Лита окончательно вынырнула из своего счастливого безвременья. Села среди одеял, обхватив руками колени.
 Она увидела, что Ториан стоит перед окном и смотрит куда-то на улицу. Стоит, сложив руки на груди, горбится и вздыхает, явно что-то обдумывая, а Валмир…
 Лита покрутила головой,и глубоко внутри мигом стало холодно и вязко, как будто даже дыхание застревает где-то под ребрами.
 - А где… Валмир? – она буквально заставляла себя говорить. Во рту мигом пересохло, язык царапал нёбо.
 Ториан медленно повернулся – в потемках появилось белое расплывчатое пятно лица.
 - Валмир ночью вышел из комнаты,и больше я его не видел.
 - Что?
 Οна тряхнула головой. Нет, этот повелитель нагло врет. Валмир не мог уйти и их здесь бросить. Валмир не мог бросить здесь ее!