Издатель (СИ)

«Сдайте книгу из списка по двойной цене!»
— Лихо!
— Значит так, — кивнула Ленка. — Зяблику я отдельно скажу, что у нас акция действует! 
— Без меня справитесь? — спросил Сивый. — Под твою ответственность оставлю хозяйство.
— Справится то мы без тебя справимся, а ты куда намылился? — она выпучила глаза. — сегодня же первый рабочий день!
— Мне понадобиться хорошо подумать, как вчерашний конфликт с местными бандюками решить, — пояснил Борис Дмитриевич и видя, что Ленка тотчас напряглась, поспешил ее успокоить. — Я не с ними встречаться буду, но по их вопросу.
— Смотри...
К тому моменту как разговор подошёл к концу, к гаражу начали подтягиваться первые клиенты. Человек пять, по большей части стариков. Кто нёс книги в пакетах, кто катил на тележке, по типу как у Тамары Семёновны.
Ленка тотчас переключилась с Сивого.
— Сюда подходите товарищи, мы уже открыты!
Старики потянулись к гаражу, чуть ли не на перегонки. Борис Дмитриевич убедившись, что все заработало, понял что оставил дело в надежных руках Семейки. 
«Ну а теперь можно и в секцию сходить, Зелима поискать», — решил Сивый
Накануне он с горем пополам нашел адрес и телефон местной секции единоборств с названием «Легион». Позвонил, но трубку не взяли. Видать не открылись ещё. Ну а к 9 секция уже должна была открыть свои двери. Ну а Борис Дмитриевич собирался туда заглянуть. 
«Легион» располагался через несколько кварталов от дома Семейки, потому через полчаса Сивый уже стоял возле достаточно большого кирпичного одноэтажного здания, где и располагалась секция. Никакой отдельной вывески на здании не было, как и в принципе любых других опознавательных знаков. И не знай, что секция расположена по указанному в справочнике адресу, так «Легион» вовсе не найти. 
Само здание Сивый припоминал — по прошлой жизни здесь находился магазин бытовой химии.
«Был магазинчик, да сплыл». 
Как бы то ни было, Борис Дмитриевич зашёл на порог, открыл дверь и оказался вдушном зале. Вперёд тянулся коридор — повернёшь налево, окажешься в развалке, а направо пойдёшь — в душевую попадёшь. В конце коридора располагался проход в сам зал. На стене коридора висели портреты выдающихся советских олимпийских чемпионов: Резанцева, Балбошина, Казакова и остальных. Из самого зала слышались хлопки. 
Сивый пошёл в зал, чувствуя тяжёлый запах пота. Тренировки по борьбе всегда считались одними из самых тяжелейших и изматывающих в спорте. 
Перед глазами открылась картина небольшого но уютного зала с матами. На нем молодые, здоровые и крепкие ребята роняли друг друга, обрабатываю технику. Борис Дмитриевич застыл в походе, но вмешиваться не стал. Тренер, мужчина впечатляющей комплекции с бычьей шеей, лысиной но пышными усами, свистнул в свисток и обьявил о следующем упражнении. Сивого тренер заметил сразу, пока спортсмены тренировали проход в ноги, он подошёл к пацану, застывшему в дверях. 
— Тебе чего? — говорил тренер с ярко выраженным акцентом. 
— Я ищу спортсмена по имени Зелимхан. Борец вольник. 
— Зачем? 
— Привет ему от брата передать нужно, — заверил Борис Дмитриевич. 
Тренер взглянул на Сивого внимательно, понял, что тщедушный коротышка угроза никакой не представляет. Ну и развернувшись в зал посмотрел на крепкого высокого кавказца и кивком подозвал его к себе, добавив на родном языке. 
— Зелим, к тебе пришли. 
Хоть в Дагестане и существует более 50 языков и диалектов, Борису Дмитриевичу удалось разобрать сказанное, как и последовавший за этим диалог.
— Говорит, что пришёл от твоего брата. 
— Этот?
— Поговорите. 
И с этими словами тренер ушёл, оставив Сивого наедине с борцом. Когда Зелим подошёл ближе, то Борис Дмитриевич узнал его сразу же. Чёрные, как вороново крыло кудри, густая борода. Единственная разница — сейчас Зелимхан был чуточку суше, чем в начале 2000-х, когда собственно с серьёзным спортом он завязал. Весил Зелим на вскидку под сотню. 
В Бориса Дмитриевича впились голубые глаза борца. 
— Салам алейкум, Зелим! — поприветствовал его Сивый. 
 
— Алейкум, — ответил тот, пытаясь очевидно понять кто перед ним и почему говорит, что пришёл от брата. 
— Я от твоего брата Маги Магомедова, — пояснил Сивый, подтверждая слова тренера. — Меня Боря Сивый зовут.
Борис Дмитриевич делал маленькую ставку на то, что заслышав его имя, у Зелима сработает какой-либо эффект дежавю. Не сработало. 
— От Магомеда Абубакаровича? — уточнил Зелимхан, всерьёз удивившись. 
«Как-то я забыл что Мага на десять лет старше меня и Зелима», — припомнил Борис Дмитриевич и понял, что немного прокололся. 
— Что передал мой старший брат? — тотчас подобрался борец. 
Сивый огляделся. Тренировка продолжалась, тренер продолжал гонять ребят. 
— Давай переодевайся, есть серьезный разговор. 
— От Магомеда Абубакаровича? — ещё раз уточнил он и получив в ответ короткий кивок добавил. — Одну минуточку, мне надо переодеться! 
Зелим подбежал к тренеру, быстро заговорил, тренер кивнул и обернувшись посмотрел на Бориса Дмитриевича, постучав кулаком в грудь, будто отдавая дань уважения. 
«Не знал, что Мага настолько авторитетен в 1991 году», — подметил про себя Сивый. 
Зелим пулей влетел в раздевалку. Конечно, опасное это дело вот так козырять знакомством с такими людьми, как Мага Магомедов и выдавать, что ты с ними знаком. Можно нарваться на крупные неприятности, если потом выяснится обратное.
«И ведь выяснится, я в своём новом теле с Магомедом ещё не знаком», — понял Сивый. — «Но других вариантов тоже немного. Их в принципе нет». 
А вот с Чкаловскими надо определенно что-то решать — пацанам обещал, что выкрутится. Пока Сивый ожидал Зелима из раздевалки, то наблюдал за тренировкой ребят. Человек двадцать, все здоровые и накаченные, по хорошему злые и агрессивные. Пашут как лошади, совсем без остановки и это по такой духоте. Если подключить хотя бы нескольких из них к разборке против Чкаловских, то противоположной стороне придётся крайне несладко. Судя по той пехоте, что крышу предлагали, Зелим один раскидает их двоих.
«Интересно, а Чкаловские пытались сюда клинья подбивать? Бойцы то тут как на подбор».
В этот момент из раздевалки вышел Зелимхан, уже переодетый. Вышли из зала. Зелим молчал, ждал когда его собеседник первым заговорит, но потом не выдержал. 
— Как у отца Магомеда Абубакаровича дела? 
Сивый быстро смекнул, что вопрос с подвохом и Зелимхан его проверяет стало быть. Про отца Абубакара Тимуровича Магомедова много рассказывал его сын. Умер Абубакар от инфаркта, порядка десяти лет назад. Если Зелим и помнил его, то совсем пацаном учеником начальных классов. 
— Вспоминает Магомед Абубакарович отца, часто вспоминает, — со вздохом сказал Сивый.
«Подвох в том, что реальность нынче идёт другая и далеко не факт, что в этой реальности, как и в той, батя Маги умер», — отметил Борис Дмитриевич. 
Однако Зелим закивал — видимо в точку попал Сивый. И в этом плане ничего не изменилось. 
— О чем хотел поговорить, Борис? — наконец перешёл к сути вопроса борец, которого молчание изматывало. 
— Тут дело такое, Зелимхан, твой старший брат сблизился по братски с моим дядей и открывать здесь кооператив собрался, — гадал Сивый. 
«Не говорить же ему, что Мага дал поднять на ноги бизнес какому-то восемнадцатилетнему сопляку. Поэтому продолжим пользоваться легендой о несуществующем дяде...». 
— Что за кооператив? Как твоего дядю зовут? 
— Книжками будем заниматься — печать, продажа, а мой дядя, — и Борис Дмитриевич сориентировался, назвал имя того самого «авторитета», которого накануне быкам Чкаловским называл. 
— Какое полезное дело. 
— Полезное, Зелим. Однозначно. Но кое кому в этом городе оно не нравится, — продолжал мягко стелить Борис Дмитриевич. — Уже дяди моему звонят, деньги хотят на крышу, угрожают. 
— Так. Подробнее. 
— Так вот когда мой дядя об этом Магомеду Абубакаровичу рассказал, тот вспомнил что у него здесь младший брат тренируется...