Умри за меня (ЛП)

Вито вздохнул:
— У вас есть компьютер?
Девочка глубоко задумалась:
— Да. Совершенно новый.
— Насколько новый, детка? — спросил Вито.
— Около месяца. — Девочка выглядела смущенной. — Когда Бриттани ушла, старый, так сказать, накрылся. Мой отец жутко разозлился. Он не сделал резервных копий.
— Нам нужно разрешение твоих родителей, чтобы обыскать ее комнату.
Ее губы дрогнули, и она отвернулась.
— Я позвоню папе.
Вито повернулся к Беверли и Тиму:
— Я останусь здесь, — пробормотал он. — Возвращайтесь и ищите третью жертву из нашей серии на странице моделей США.
— Человек, убитый кистенем, — мрачно произнес Тим. — Но мы не можем полагаться на список пропавших без вести. Например, имя Бриттани в нем не было, потому что она из Джерси.
— Ищите по физическим параметрам. Если вы не знаете, как это сделать, позвоните Бренту Джелтону из ИТ и скажите ему, что я дал вам его имя. И посмотрите, вдруг в тот день, когда интересовались биографией Уоррена и Бриттани, еще чью-то открывали. Не думаю, что нашему парню повезло с первого клика. Может быть, мы найдем того, кто с ним разговаривал и все еще жив. И имеет неповрежденный жесткий диск.
Беверли и Тим кивнули:
— Ладно.
Девочка вернулась к двери:
— Папа уже выехал.
У наружной стены располагался небольшой киот.
— А священник у вас есть? — Девочка ошеломленно кивнула. — Ему я тоже позвоню.
Вторник, 16 января, 15 часов 20 минут
Мунк опаздывал. Грегори Сандерс посмотрел на часы, наверное, уже в десятый раз за последние десять минут. Он сидел у всех на виду в баре, в котором Мунк хотел с ним встретиться. Он знал лишь то, что ожидает старика, который ходит с палочкой. У его столика остановилась официантка:
— Если вы ничего не заказываете, то не можете оставаться здесь.
— Я кое-кого жду. Ладно, принесите джин-тоник.
Она склонила голову и задумчиво посмотрела на него.
— Я вас где-то видела. Определенно. — Она щелкнула пальцами. — Точно. «Сандерс. Канализационные услуги». — Она широко ухмыльнулась. — Отличная реклама.
Он вежливо улыбался, пока официантка не ушла. Ему доводилось участвовать в довольно хороших национальных рекламных компаниях, но те, кто вырос в Филадельфии, знали эту дурацкую рекламу. Его отец заставлял в ней участвовать всех своих шестерых сыновей. Те, кто знали эту рекламу, всерьез его, Грегори Сандерса, не воспринимали. Поэтому ему нужен Эд Мунк и эта работа.
Грег нащупал складной нож, который сунул в рукав. Но больше этой работы ему требовалась возможность кого-нибудь ограбить. Однако он не мог больше торчать в баре на виду у всех. Эти парни хотели свои деньги, и они хотели их сейчас. Его телефон завибрировал в кармане, и он поспешно огляделся, не заметили ли его. Но это одноразовый телефон, и номер знала только Джилл.
— Да?
Джилл всхлипнула, и он выпрямился.
— Что?
— Сукин ты сын, — прошипела она в телефон. — Они были здесь, в моей квартире. Они все разгромили. Из-за тебя. Они и на меня покушались. — Джилл визжала так громко, что у него заложило уши.
— Что они сделали? — в панике воскликнул он. — Черт возьми, Джилл, что эти сволочи тебе сделали?
— Избили меня. И два зуба сломали. — Внезапно она успокоилась. — Еще они сказали, что завтра сделают со мной кое-что похуже, поэтому я сейчас исчезаю. И поможет мне Бог, а ты должен надеяться на то, что первыми тебя найдут они, если нет, я убью тебя собственными руками!
— Джилл, мне очень жаль!
Она издала резкий смешок:
— Да, конечно. Мне очень жаль. Так всегда говорил мой отец. Или твой. — Джилл отключилась.
Грег тяжело вздохнул. Если бы они до него добрались, то избили бы тоже. А если бы он чудом выжил, то с поврежденным лицом не смог бы работать несколько недель. А ему нужны деньги. И лучше всего, сегодня.
Мунк опаздывал на полчаса. Наверное, старик уже не придет. Грег поднялся и вышел из бара. Решительный настрой, к кому обратиться за деньгами, немного утих. Он уже было подумал, что можно ограбить какой-нибудь магазин, но потом шагнул на обочину в поисках автобусной остановки. Куда ехать, он понятия не имел, скорее всего, нужно сначала уехать из Филадельфии.
 
— Мистер Сандерс?
Грег в ужасе обернулся. Но это оказался всего лишь старик с палкой.
— Мунк?
— Извините за опоздание, мистер Сандерс. Вы все еще интересуетесь моим документальным проектом?
Грег оглядел старика с головы до ног. Когда-то, вероятно, он выглядел весьма представительно, но сейчас ходил сгорбленный и немного трясся.
— Вы все еще желаете заплатить наличными?
— Конечно. Вы на машине?
Свою машину Сандерс продал давным-давно.
— Нет.
— Тогда поедем на моем фургоне. Он припаркован за углом.
Если бы у него были деньги, он просто отнял бы у старика машину и исчез.
— Идемте.
Вторник, 16 января, 16 часов 05 минут
Рабочий телефон Софи зазвонил, когда она возвращалась в кабинет после «Викингов». Последние метры она преодолела бегом. В Европе сейчас десять вечера, а люди, с которыми она разговаривала, готовились к ужину.
— Да?
— Доктор Йоханнсен? — Культурный, слегка надменный женский голос, который она когда-то уже слышала.
Софи вздохнула. Это не Европа. Аманда Брюстер.
— Да.
— Вы знаете, кто это говорит?
Софи бросила взгляд на пакет с мышью, которую не успела еще похоронить, и ее охватил гнев.
— Вы больное чудовище.
— А у вас, видимо, плохая память. Я вам уже говорила, чтобы вы оставили моего мужа в покое.
— Это у вас плохо с памятью. Я вам уже говорила, что мне ничего не нужно от вашего мужа. Вам не стоит беспокоиться, Аманда. Я бы на вашем месте скорее ломала голову из-за блондинки-ассистентки вашего мужа.
— Если бы вы были на моем месте, у вас был бы Алан, — ответила Аманда.
Софи закатила глаза:
— Знаете что? Вам требуется профессиональная помощь.
— Нет, дорогуша, — выдавила сквозь зубы Аманда. — Хватит, маленькая шлюха, оставь моего мужа в покое. Я поймала вас с поличным.
— Вы не поймали меня с поличным, — прервала ее Софи. — Я сама пришла к вам. — Это оказалось такой же глупой ошибкой, как и мысль, что Алан ее любит. Наивная. Она думала, что обманутая жена должна знать, за каким человеком она замужем, но Аманда Брюстер не пожелала тогда ее слушать, и сейчас не послушала бы.
— Еще несколько лет назад я обещала, что прикончу вас, — невозмутимо продолжала Аманда. Ей даже ничего не пришлось делать, чтобы выполнить свое обещание. Ситуация сама по себе привела к тому, что Софи изменила сферу деятельности и направила свою перспективную карьеру в другое русло. Не говоря уже об обиде и унижении. А теперь Аманда Брюстер и ее гадкий муженек решили начать все заново. Это разозлило Софи окончательно. Она взяла в руки игрушку, которую подарил ей Вито, и пожалела, что не может воспользоваться ей по телефону и стереть из памяти этот отвратительный инцидент. Конечно, сделать она этого не могла, но пришло время покончить с этим раз и навсегда. Десять лет назад она просто- напросто сбежала из-за стыда и страха за свое профессиональное будущее. Ей по-прежнему стыдно, но бежать она никуда не собиралась.
— Обратитесь за помощью, Аманда. Я вас больше не боюсь.
— А стоило бы. Посмотрите на себя, — хмыкнула на другом конце провода Аманда. — Вы работаете в третьесортном музее на круглого идиота. Ваша карьера пошла под откос. — Она выдала истеричный смешок. — Когда я покончу с вами, вы, самое большее, что сможете делать, так это откапывать канализационные трубы.
Эта угроза вызвала у Софи возглас удивления. Про канализационные трубы Аманда говорила еще десять лет назад. И теми же словами. В двадцать два года Софи ей поверила. Теперь, в тридцать два, она расценивала эту угрозу, как пустую болтовню ревнивой женщины. Аманда Брюстер заслуживала жалости. Десять лет назад она, наверное, даже почувствовала бы ее.