Учитель под прикрытием (СИ)
- Мы, - темноволосый парень, которого Динка назвала Тором, решительно встал рядом с девушкой, - просто гуляли. Просто общались. У нас свидание! Это наша личная жизнь! А вы, простите, кто такой, что задаете подобные вопросы?
- Ты что? – одернула его Динка. – Это же дядя Згаш! Я его с детства знаю!
- Здесь и сейчас я не «дядя Згаш», а ваш учитель, мастер Груви, - отрезал я. – И попрошу без фамильярностей.
- А я попрошу без грубостей, - завелся студент. – У нас свидание. Ясно?
Светловолосый парень рядом с Роем покачнулся, теряя равновесие. Аспирант еле успел его подхватить.
- А у нас тут охота, - огрызнулся я. – Как фамилия?
- Моя?
- Нет, моя!
- Торвальд Осберт, - скривился он. – Но вам это даром не пройдет, вы слышали? Вы не наш куратор и не имеете права…
- А твоя? – не слушая скандалиста, я шагнул поближе к третьему полуночнику. Рой слегка встряхнул его, выталкивая вперед.
- Ой, - пискнула Динка, когда свет магического светлячка озарил испачканное сажей лицо. – Измор? А ты что тут делаешь? Что с тобой? Тебе больно?
Она метнулась к парню, обнимая его, и тот выпрямился сам.
- Я все видел, - язык его слегка заплетался, но глаза метали молнии. – Я видел вас… вместе…
- Да ничего ты не видел. Измор, ну… это совсем не то, что ты думаешь… Правда-правда!
- Я все слышал. Все, что вы друг другу говорили, - парень попытался нетвердой рукой отстранить Динку, но та вцепилась в него, как клещ. - Я этого от тебя не ожидал.
- Ты… следил за нами? – опешила девушка. – Подслушивал? Ну, знаешь, Измор, этого я не ожидала от тебя! Так-то ты мне доверяешь?
- Я? Тебе? Я был готов тебе верить во всем, а ты…
Я почувствовал себя неловко. Надо же, собирался на охоту за заговорщиками, а вместо этого влип в разборки любовного треугольника! С одной стороны, Динка мне вроде как не чужая, а с другой… Не мое это дело, вмешиваться в личные проблемы. Тут даже куратору делать нечего, а я просто педагог на подмене. И заговорщиков наверняка упустил… Даже если они и собирались встретиться где-то поблизости, мы своими чарами их давно разогнали.
- Значит, так, - напомнил о себе, - Дина Куббик, Тарас Осберт и Измор…
- Измор Претич, - процедил тот, рукавом вытирая, а на деле еще больше размазывая сажу по лицу.
- Претич? Из тех самых? – конечно, все княжеские династии я не помню наизусть, но Претичи – достаточно древний, многочисленный и в прошлом известный род, чтобы не вспомнить фамилию.
- Претич-Дунайские, - процедил парень.
- И Измор Претич, - как ни в чем ни бывало, кивнул я. – Сейчас вы отправляетесь к себе в комнаты и не высовываете носа до сигнала к побудке. – Бойко, проследите. А утром… утром мы вместе идем к вашему куратору, и я ставлю его в известность по поводу этой истории. Кто у вас куратор?
- Мэтр Вагнер. Но, может быть, не надо? – Динка подняла на меня умоляющие глаза.
- Надо, Дина, надо. Все свободны!
Он проследил, как все пятеро вернулись в общежитие. Бес, как неловко получилось! Чуть было все не сорвалось. Ничего. Обошлось.
Глава 4
ГЛАВА 4.
Всю ночь мне не спалось. Я ворочался на жесткой койке – особым комфортом студенческое общежитие не располагало – и никак не мог сомкнуть глаз. Мне не давало покоя ночное происшествие. Ну, подумаешь, двое юношей не поделили одну девушку! Такое бывает сплошь и рядом, особенно если все трое… скажем так, симпатичные. Нет, про Динку так, конечно, не скажешь. Тощая пигалица, которую я вывез из глухой деревни, действительно расцвела. Приемная дочь мэтра Куббика – по крайней мере, он дал ей свою фамилию – на своем втором курсе была самой красивой девушкой. За те несколько дней, которые я провел в качестве помощника преподавателя – то бишь, слоняясь, как неприкаянный и от скуки наблюдая за чужой жизнью – я успел заметить, что Динку так или иначе ревновала большая часть ее сокурсниц. Да и многие старшекурсницы посматривали на будущую ведунью с завистью. Хорошо еще, никто не пытался навести порчу – это, знаете ли, чревато.
И, что самое неприятное, я, кажется, тоже готов был пасть жертвой ее чар. Меня не смущала разница в возрасте – что такое, в конце концов, двенадцать лет, ведь не двадцать два! – и то, что она была в какой-то мере моей воспитанницей. Мало ли подобных случаев? А я номинально не женат. Моя жена, Смерть, не обычная женщина. Она, конечно, божественно ревнива, но, вздумай я создать обычную семью, поняла бы. Ведь звание Супруга Смерти – это всего-навсего немного больше удачи, немного меньше болезней и травм, немного быстрее восстанавливаются силы и немного дольше срок жизни. Я бы мог…если бы…
Если бы влюбился в Динку.
Но у нее уже было два кавалера. Причем, судя по всему, не самые последние парни на курсе. Аттестат Торвальда Осберга был одним из лучших на курсе. Отличник, увлекающийся конным спортом и фехтованием, прекрасный танцор и, по слухам, еще и стихи пишет. Его соперник Измор Претич-Дунайский не настолько хорошо учится, у него есть пробелы по некоторым предметам, но он знатного рода. И пусть ветвь Претич-Дунайских не настолько сильна и богата, но для Динки хватит. В таких вот семьях сквозь пальцы смотрят на происхождение невесты.
М-да, Згаш, признайся, что ты им не конкурент! Но одно дело – понимать это умом, а другое…
К бесам! Я сюда работать приехал. Хочу или не хочу, нравится или не нравится, что мое задание связано именно с Колледжем, есть долг и приказ. И я намерен свой долг исполнить.
За этими мыслями половина ночи пролетела незаметно. Заснул я только перед рассветом, а пробудившись, кинулся караулить вчерашнюю троицу.
Мы заметили друг друга издалека, и молодые люди переменились в лице:
- Мастер Груви? Вы…
- Я вас жду, - улыбнулся Динке. – Прошу следовать за мной.
- Куда?
- К вашему куратору, разумеется!
Они, конечно, стали упираться – мол, после отбоя нельзя разгуливать по общежитию и мешать соседям спать, а они вовсе не мешали, они ушли подальше, чтобы их не могли услышать. И вообще, с каких это пор в Коллежде запрещена личная жизнь? Неужели введен новый устав? Тогда давайте просто запретите юношам и девушкам всякое общение! Разделите Колледж на две половины, мужскую и женскую, поставьте между ними стену и…
И под это двухголосое бормотание – Динка помалкивала – мы и дошли до кафедры некромантии.
Руководил ею все тот же мэтр Сибелиус, который пришел в Колледж много лет назад и даже успел кое-чему научить моего первого напарника, мэтра Рубана Куббика. То есть на «боевом посту» он находился больше тридцати лет. В последние годы старик резко сдал, когда я учился на последнем курсе, он так часто болел, что мы уже мысленно его похоронили. Но старикан держался. Отчасти за своих аспирантов и молодую смену, отчасти из любви к работе.
Он нас и встретил.
- Молодые люди, - подслеповато сощурившись, он окинул нашу компанию долгим взглядом. – Какими судьбами с утра пораньше?
- Мы ищем мастера Вагнера, - ответил я. – Куратора этих молодых людей.
- Рихарда? – мэтр заулыбался светлой старческой улыбкой. – Я его пока еще не видел сегодня… Наверное, он задержался в городе, у жены. Вы знаете, они ждут прибавления в семействе…
- Очень жаль. То есть, поздравляю мэтра, - кивнул я. – Но мне надо переговорить с ним. Эти трое студентов нарушили устав Колледжа. Они разгуливали по его территории после отбоя и… хм… занимались…
- Ничем таким мы не занимались, профессор, - вылез вперед Торвальд Осберг. – Мастер Груви все не так понял. У нас с Динкой было свидание…Свидания ведь не запрещены уставом?
- Говори за себя, - огрызнулся Измор.
- Завидуешь? Завидуй молча! – не остался в долгу Торвальд.
- Было бы, кому! Нужен ты Динке, как собаке пятая нога!
- Слушай, кончай за нее все решать! Она сама разберется, с кем ей лучше!