Вожделение (СИ)
Ты же вдова, Регина, что ты делаешь? Так нельзя!
Так надо, — шепнул мне внутренний голос, — поддайся ему в малом, чтобы выиграть в большом.
И я ответила на поцелуй, запуская ладони под тонкую ткань его свитера.
Глава 38. Максим
Ее ладони скользили по моему животу, и уже этого достаточно было, чтобы слететь с катушек. Я хотел ее до безумия, до умопомрачения. Это назойливое, ни с чем несравнимое чувство, оно выжигало изнутри, оно ядом меня отравляло.
И я давил на Регину, отбросив прелюдии, заставляя подчиниться моей воле, даже если дальше было заходить нельзя.
Я хотел ее себе во власть, в собственность, хотел, чтобы она была моей целиком и полностью.
Регина отстранилась, разрывая поцелуй на доли секунды, но даже этих мгновений хватало, чтобы я испытывал по ней дикую ломку.
Но, черт побери, ни один мускул не должен дрогнуть на лице, чтобы она не догадалась о моем ослепляющем безумии.
— Что? — спросил, не выпуская из своих объятий, разорвать кольцо рук было выше сил.
Она молчала, только красноречивый взгляд показывал, что ее желание — ничуть не меньше моего. Женские пальцы коснулись пряжки ремня, пытаясь расстегнуть его. Я положил ладонь сверху, покачав головой.
Секс слишком дорогое удовольствие, чтобы я мог позволить его прямо сейчас, но, проклятие, держаться не было больше сил.
Если это было удовольствие на грани, я хотел его испытать, точно наркоман, готовый отдать за смертельную дозу все на свете.
— Я хочу, — шепнула она, и от этого признания по телу пробежала короткая судорога. Нервы — как оголённые провода, и она точно попала в цель.
Нахер все правила! Я убрал руку, позволяя ей двинуться дальше. Капитулировал.
Регина стянула с себя водолазку, я жадно разглядывал ее высокую, красивую грудь в черном бюстгальтере.
Я вспыхивал и горел от этого зрелища, от того, как она плавно опускается на колени передо мной. Дыхание давно сбилось к чертям.
Регина справилась с ремнем, приспустила джинсы вместе с боксерами, освобождая член. Он стоял, как каменный и пульсировал от перевозбуждения.
Регина обхватила ствол рукой, проводя большим пальцем по головке, размазывая выступившую каплю по коже. Я выдохнул шумно сквозь зубы.
Ее горячий язык скользнул по разгоряченной коже, заставляя меня непроизвольно двинуть бедрами к ней навстречу. Мне хотелось большего, без лишних прелюдий, я хотел трахать ее в рот, глубоко, так, чтобы слезы на глазах.
Демонам внутри меня было не до ласки, я горел и сгорал.
Регина не стала играть, обхватила губами член, туго, прижала к языку, посасывая. Ощущения были охуенные, это пьянило, выпиливало из реальности. Не осталось никаких больше слов, только голые инстинкты, требующие большего. Я запустил руку в ее волосы, надавливая на затылок.
— Глубже хочу, — голос охрип.
Регина подняла на меня взгляд, медленно заглатывая его на всю глубину.
Это как короткое замыкание, горячо, с искрами. Я придерживал ее голову, не давая быстро сдвинуться назад, растягивая эти секунды на долгое время.
Блять, это невыносимо. Эмоции вспышками, на каждое ее движение. Она знала, как и что нужно делать, помогала себе рукой, водя ею по стволу и крепко сжимая ладонь. Когда язык сместился к яйцам, оставляя на них влажную дорожку, по телу прокатилась дрожь.
Это было невозможно сдержать; женщина, которую я так хотел, с упоением насаживалась на мой член ртом, и я видел, что ей это нравится.
Мне нужно было больше и дальше, но пока я еще слышал голос своего разума. Минет был безопасен, так я смогу получить долгожданную разрядку.
Я стянул бретельки бюстгальтера с ее плеч, гладкая кожа под ладонями была нежной и прохладной. Регина поймала мой взгляд, на мгновение отпустила член, лишь только для того, чтобы щёлкнуть застежками белья.
Лифчик упал к ногам. Она провела языком по своим пальцам, а потом смазала слюной ложбинку между грудей. Я обхватил член, продолжая водить по нему свободной рукой, второй не выпуская волосы Регины. Надавил на нее снова, заставляя прогнуться, выбрать такую позу, чтобы я мог трахать ее в ложбинку.
Она поддалась, обеими руками приподнимая их, подстраиваясь под меня. Головка скользила так плавно, ощущения были такие острые, что снова закружилась голова.
Но я уже был зверем, а не человеком, и меньше всего думал об аневризме. Я хотел кончить.
Движения становились все яростнее, Регина облизала губы, медленно проводя по ним языком.
Оргазм прокатился волной, член в руках дернулся, выплескивая на ее лицо и грудь сперму. Ее было много; я давно не получал разрядки, и сейчас то, что произошло между нами, не могло сравниться с мастурбацией.
Регина провела пальцами по густой белой жидкости, размазывая ее по своему телу, а потом слизнула ее с пальцев.
Это был контрольный. Я не стал хотеть ее меньше ни на грамм, член все так же подрагивал, но я не мог продолжить. Хотя больше всего мне хотелось оказаться сейчас внутри ее.
То, с каким упоением Регина занималась сексом, лишь крепче привязывало к ней.
Я протянул ей руку, помогая встать, и когда мы оказались напротив друг друга, поцеловал глубоким поцелуем в губы. Она застонала, держась за мои локти.
Блядство, как я хочу дальше. С огромным трудом мне пришлось отстраниться от нее. Я подтянул белье, застегнут пуговицу на брюках и поднял с пола ее лифчик.
Кажется, Регина испытывала неловкость. Она стояла теперь, прикрывая свою роскошную грудь руками, по коже стекали белесые капли моей спермы.
— Все хорошо? — спросил я. Она словно снова вернулась в то состояние, которое было у нее за пару минут до нашего секса.
— Да, — кивнула, пряча прядь волос за ухо. Я отмотал бумажное полотенце со стойки, вернулся к ней, аккуратно промакивая жидкость на покрывшейся мурашками коже.
— Только не ломай момент, пытаясь выторговать у меня условия повыгоднее, — я наклонился и лизнул ее ключицу, — так это не работает.
— Ну и сволочь ты, Ланских, — пробормотала она, выдернула из моих рук полотенца и прошла мимо к лестнице на второй этаж.
Глава 39
Ох, как мне хотелось ему врезать.
За то, что провел, как маленькую девочку. Я-то думала, что это я хитрее, я его сделаю, а Ланских вывернул все в свою пользу, и чувствовалось, что это ему не впервой. Точно считывал каждый мой шаг заранее. А это раздражало дико: Максим, получается, знает, что от меня ждать, а я от него — нет.
Я залетела в свою комнату и дверью хлопнула, от души так. На кровать плюхнулась, все ещё злясь на него. И на себя тоже. Выставила сама себя дурой! Но больше всего раздражало другое. Мне понравилось все то, чем мы занимались с ним недавно.
И делать ему приятно было… приятно и самой. Мне нравилось, как его тело реагировало на мою ласку и прикосновения, как трепетала плоть под моими пальцами. И вкус его до сих пор на губах ощущался.
Вот только эта последняя фраза, брошенная ни к месту! Хотя что уж там, изначально мой план именно такой и был, чтобы в нужный момент попросить Максима встретиться с людьми, которые видели Лёшу последними.
И сейчас я вовсе не собиралась отступать от этого плана. Только хитрить теперь смысла нет.
Я пошла в душ, вода всегда помогала собраться с мыслями. Включила воду погорячее, сбросила остатки своей одежды кучей возле бортика душевой, и шагнула под обжигающие струи.
Грудь была чувствительной, в сосках все ещё покалывало. Я ведь и сама возбудилась, пока стояла перед Максимом на коленях. При мысли об этом щеки вспыхнули, мне стало жарко — и это не от т горячей воды вовсе. Внизу живота ныло надсадно, — в какой-то момент я захотела большего. Но так и не получила.