Вожделение (СИ)
Я понимал, что мои слова не будут аргументом для ее внутренней борьбы. Поэтому уехал с утра пораньше, позволяя Регине побыть немного наедине с собой без неловкости, такой, какая возникла сейчас. Мне хотелось подойти к ней, схватить за локти и встряхнуть.
Мужа нет, но есть мы. И надо двигаться дальше. С уходом Лёши ничего не кончилось.
Но я сдерживался, разглядывая ее темную макушку. Я помнил, что волосы у нее гладкие как шелк, их приятно было касаться. И вкус ее поцелуя я тоже помнил.
Чёртово безумие, я хотел ее здесь и сейчас, распласталась на столе, оказаться между широко расставленных ног, кончить ей на лицо и на грудь, помечая как свою.
А вместо этого я мог лишь стоять на расстоянии вытянутой руки, все, что было ближе, не хило било по нервам и заставляло терять самообладание.
Я не мог сдохнуть во время секса.
— Я занялся поисками Вадима.
Мои слова вызвали у нее интерес, Регина развернулась ко мне всем телом.
— Что-нибудь узнал?
— Не так быстро, — покачал я головой. Все утро ушло на то, чтобы проверить историю Регины. Сомнений не осталось, она говорила правду, за исключением некоторых деталей. О них я и хотел поговорить.
Обогнув Регину, я сел в свое рабочее кресло, вытянул ноги. Она осталась стоять, опираясь бедром о стол.
— Возникла пара вопросов, мне нужно, чтобы ты сказала правду.
Регина нехотя кивнула. Как же тяжело ей было делиться информацией, бог ты мой.
— Первое и самое главное. Я посмотрел биографию Вадима. Он служил в армии, в разведке, оставался там на контракт. Я вполне допускаю, что он умеет и знает, как убивать. Но вопрос в другом. Почему он захотел мстить.
— Что ты имеешь ввиду? — удивилась Регина. А ведь она прекрасно понимала, к чему я клоню, и я это видел. Не люблю когда мне врут или юлят. Особенно — она.
— Напоминаю о наших условиях контракта: либо ты рассказываешь мне правду, либо идёшь на все четыре стороны, — не дав ей возмутиться, поднял ладонь в предупреждающем жесте. Демагогия отбирала слишком много сил и времени, — мне нужны только факты. Продолжаем?
— Продолжаем, черт возьми! — Регина села на стол, скрестив на груди руки. — Какую правду тебе еще нужно?
— Правда у каждого своя. Вполне возможно, что твоя отличается от того, что было на самом деле. А я хочу докопаться до истины. Итак, я не верю, что Вадим сошел с ума и бросился убивать без причины. Мне видется это так: кто-то из вашей компании, а может, все вместе, придушили Леру и утопили ее в речке. А поскольку почти у всех из вашей компании были богатые маменьки и папеньки, то дело спустили на тормозах. Утонула и утонула, с пацанов взятки гладки. Или я не прав?
Мне понадобилось совсем немного времени, чтобы проверить биографию Ангелины — Регины и ее друзей. Компания как на подбор, дети чиновников и бизнесменов. Только Лера поступила на бюджет, хотя по рассказу Регины у меня сложилось ощущение, что она была недалёкой и слегка не в себе.
Но в свете этой информации дело выглядело совсем иначе.
— А может, — продолжил я задумчиво, — ни за кем она не бегала. Может, ребята развлекались, насилуя ее вчетвером? Тогда остаётся открытым вопрос, что ты делала там. И не благодаря ли твоей помощи Лера оказалась в этой ситуации?
Лицо Регины стало красным. Я видел, что у нее горят щеки.
Мне совсем не нравилось, что моя женщина замешана в этой херне, но это не значило, что я собирался от нее отступать.
— Ты ничего о нас не знаешь, — ей как будто воздуха не хватало, она даже оттянула ворот свитера в сторону, — никто не насиловал Леру. И брат ее был сумасшедший, он запрещал встречаться ей с парнями, контролировал каждый шаг. Может, если бы не был с его стороны такого тотального контроля, Лерка бы и не пошла гулять по рукам. Не знаю, почему, возможно, хотела себе доказать и ему. Но парней она соблазняла сама — вот тебе первый факт. Я ее не убивала и никак к этому не была причастна — второй.
— Значит, не ты, но кто-то ее убил?
Мы столкнулись взглядами. Отступать я не планировал, а вот Регина колебалась. А потом точно надломилось что-то, плечи разом поникли, когда она закрыв глаза, ответила:
— Ее удушили. Вскрытие показало, что она не захлебнулась. Мальчишки не признались, говорили, что это не они, но родители решили перестраховаться и купили им свободу. Цена жизни Леры — трёхкомнатная в центре нашего города.
.
Глава 36
— Нас точно посадят!
Артем делает большой глоток прямо из бутылки. Алкоголя в ней — на самом дне, все остальное уже внутри Артема.
Но выглядит он трезвым, его не берет.
Я бы тоже предпочла сейчас забыться, это решение кажется самым лёгким, хоть и не верным.
Я совсем не хочу обсуждать произошедшее.
Мы собрались у Льва, пока его родителей нет дома. Всей компанией мы не встречались с того злополучного похода, когда Лера умерла.
— Блядь, неужели ее реально удушили? — Ромка не может на месте сидеть, ходит туда-сюда по обставленной гостиной семьи Егоровых. Под ногами белый мраморный пол, над головой огромная люстра. Как в театре. Весь их дворцовый интерьер навевает тоску, как они умудряются жить в своем неуютном доме? Глупости, о чем я думаю. На вкус и цвет, как говорится.
— И вполне может быть, что убийца кто-то из нас.
Ну вот, эти слова наконец-то сказаны вслух. С того момента, как мы узнали, что в лёгких Леры не было воды, стало ясно: она не захлебнулась. Это не несчастный случай.
Сергей обводит каждого из нас взглядом, а потом задерживается на мне. И я чувствую, как все остальные делают тоже самое, смотрят испытующе в мою сторону.
— Да ты с ума сошел! — фыркаю, спрыгивая с дивана, но Сергей ловит меня за запястье железной хваткой. Руки у него сильные. Ещё бы — спортсмен и гордость института. Но мне хочется сейчас врезать ему от души. Просто за то, что посмел так подумать.
— Ты ведь ее никогда не любила, — замечает Лев задумчиво. И этот туда же! Я думала, Лев будет на моей стороне. Или хотя бы нейтрален. Он вообще сначала думает, потом говорит, и поэтому мне ещё обиднее.
— Отлично, — киваю я возмущённо, внутри все кипит от гнева. Они серьезно хотят спихнуть вину на меня? Люди, которых я считала своими друзьями? Вот козлы, — вы решили сделать меня крайней? Я что, по вашему, убийца? Ладно, отбросим моральную сторону, но физически — я на голову ниже ее ростом! Придурки! Это вы все с ней трахались!
Под конец уже срываюсь и кричу, потому что все мои разумные доводы на деле звучат как оправдания. А оправдывается тот, кто виноват. Примитивная логика, которую часто берут за основу.
— Ладно, ладно, извини, — Сергей отпускает мою руку, когда видит, что я уже реву, не сдерживая слез.
Мне обидно. А ещё страшно. Потому что теперь я им не очень-то и верю, своим друзьям. И им ничего не стоит объединиться против меня и выставить крайней. Я Леру терпеть не могла, это факт. Но за это не сажают. А вот если против тебя свидетельствуют четыре человека, с которыми ты близко общалась, и каждый скажет, что с Лерой у нас были постоянные конфликты… Ведь последние дни я реально только и делала, что закусывалась с ней и жаловалась на нее парням!
Черт, черт, чёрт!
— Это может быть левый чел. Да сто процентов, это кто-то чужой, — Рома садится на кресло, но потом вновь встаёт. Его густые темные волосы взъерошены от того, что он без конца запускает пятерню в свою шевелюру, — давайте вспоминать, кто что слышал или видел. Кто вообще видел Леру последней?
— Я ушла спать первой, — поднимаю руки вверх, — и после того, как вы искупались, ничего уже не слышала. И не помню, как она в палатку возвращалась.
— Потом Рома уснул, — кивает Лев, — а Тема с Лерой куда-то уходили. Мы возле костра остались с Серёгой.
Тема морщится недовольно:
— Трахались мы в кустах. Еще и без гондонов, в палатку возвращаться не стали, там Ромка дрых.