Аквариум(СИ)
Все перетащить смогли за три похода. Результат превзошел все наши скромные ожидания. Десять пистолетов «Че Зет» калибра 9.19, десять новых АК-74М калибра 5.45, три ВАЛа калибра 9.39, которых я даже в кино не видел ни разу, только в интернете, куча гранат Ф-1 и РГД. И ящики патронов. Много ящиков…
И еще — комплекты боевой экипировки спецназа. Аж целых двадцать два. Защитные шлемы, очки, бронежилеты, разгрузки, городской камуфляж, берцы и прочие ништяки, типа защитных щитков на колени, ранцев и подсумков.
Все! Увольняемся из МЧС, поступаем на службу в ФСБ.
* * *Вот вкратце все события, предшествующие неожиданному появлению Дятла возле нашей двери. Интересный год был. Интересный и страшный. Тут, наверное, по-другому и не бывает…
Мы с Вовой сидели за нашим большим столом и играли в шахматы, Леший с Чапаем трепались о чем-то на другом конце стола. Валуев дремал, Бабушка точил топоры. Борода со Светой были где-то на кухне или в подсобке. Все догадывались, чем они там занимаются, но вслух никто ничего не говорил. Такие правила…
Шахматные фигурки на доске подпрыгивали после каждого удара в дверь и сдвигались с клеток. Играть было сложно, все путалось, но нам было все равно, мастерами ни я, ни Вова не были. Играли просто так, чтобы хоть что-то делать.
— Может лучше в чапаевцев? — угрюмо спросил Вова, морщась после очередного удара.
— В чапаевцев, вон с Чапаем играй, — также угрюмо ответил я, встал и пошел к своей койке. Надоело это «сидение на краю» до чертиков! Хотелось действовать, бежать, прыгать, бить, пинать, стрелять… От долгого сидения без дела в голову лезут ненужные мысли, приходится напрягаться, чтобы их прогонять. Да и жрать хочется. Очень-очень…
В зал зашел Борода. Вождь, бля! Суровое лицо, глаза прищурены, руки в кожаных перчатках сложены на груди, ширинка расстегнута…
— Ну что, граждане заключенные! Наконец пришла пора обсудить окончательный план побега! Как считаете?
— Сколько раз уж обсуждали, а толку-то… Как долбил, так и будет долбить. — процедил Бабушка. — Валить его надо и все дела! А то скоро газеты жрать будем.
— Или друг друга, — добавил Чапай. — А дверь открывать, вообще, поздняк похоже. Ее вон заклинило, мы с Егором смотрели. Только взрывать.
Вчера мы с Чапаем ради эксперимента пробовали повернуть штурвал, но он не поддавался. Видимо, что-то внутри механизма необратимо погнулось и застопорило все намертво.
— Сегодня ситуация резко ухудшилась, — сказал Борода. — Вода кончилась.
— Как кончилась? — ошарашенно спросил Валуев. — Мы ж сегодня умывались…
— Иди проверь, покрути кран, — хмуро ответил командир.
— Так она ж всегда была, — уже как-то жалобно произнес наш однорукий великан. — Может дадут еще?
— Кто даст, а Валуев? — усмехаясь спросил Борода. — ЖЭК или Водоканал? Ее не за неуплату отключили. Этот мудак, который в дверь стучит, небось, трубу какую-нибудь оторвал. Он там снаружи по-ходу все разворотил, ладно хоть свет еще есть… Вобщем, ситуация у нас патовая. Еду бы еще недели на две может и растянули, а вот без воды… Надо что-то решать прямо сейчас. Садитесь все… Свет, ты тоже посиди хоть раз, может что умное скажешь…
Расселись вокруг стола, потрясенно молча. Да, без воды и ни туды, и ни сюды… Это серьезно. Примерно такие же мысли читались на лицах остальных.
— Значит заклинило дверь? — уточнил Борода. — Егор, ты строитель, что скажешь, можно стену вокруг двери раздолбить?
— Нет. Это же бункер, там стена в четыре кирпича и сеткой металлической проложена через три ряда. Без оборудования бесполезно. А у рамы дверной штыри на полметра во все стороны заведены. Поэтому Дятел ее не выбил до сих пор. — ответил я.
— А если где в другом месте попробовать? — спросил Леший. — За кухней и душем у нас что? Тоже подвалы какие-то. А подсобки то вроде вниз, на склон, ориентированы. Может там разломаем, да вылезем наружу?
— Тоже нет. Здесь все наружные стены, кроме этой, где вход, из фундаментных блоков выложены, а они толщиной шестьсот миллиметров. Их ломами год долбить…
Помолчали.
— А у меня на кухне стена кирпичная, — вдруг вставила Светка.
Наступила тишина, все повернулись к ней, как будто увидели первый раз.
— А что вы на меня уставились? — как ни в чем не бывало, спросила он. — Кто-нибудь хоть раз мне готовить помогал? Вы же все туда только пожрать приходите, за перегородку не заглядываете…
Через минуту все толпились в тесной кухне и били кулаками по куску стены, выложенной из силикатного кирпича.
— Вроде глухо звучит, нет? — спросил Вова. — Егор, она что, тоже в четыре кирпича?
— Вряд ли, — ответил я, вдруг снова став конструктором. — Судя по кладке — максимум один кирпич, двадцать пять сантиметров. Я даже сетку не вижу. Скорее всего, это технологический проем был. Агрегат какой-нибудь туда затащили, а потом заложили, причем через жопу. Швы все кривые, перевязки почти нету. Можно попробовать.
— А там дальше далеко подвалы тянутся? — спросил Вова.
— Метров двести еще, если снаружи судить, а может и больше, — ответил ему Леший. — Ну что, Борода? Командуй!
Борода стоял, насупившись, хмуро смотрел на кирпичную стену. Играл желваками на лице, сжимал и разжимал кулаки. Тарас Бульба, блин…
— Сколько лет здесь жили, а теперь, как крысы побежим?!
— У тебя есть другие предложения? — спросил я. — Выдвигай. Обсудим.
Он метнул на меня ненавидящий взгляд:
— Да что ты понимаешь, козлина! Ты, вообще, кто такой, чтобы так со мной говорить? Или забыл, как сопли по морде размазывал и рыдал, когда мы тебя из задниц разных вытаскивали? А щас пару зверей подстрелил, терминатором сразу стал, бля? Ну иди, дверь открой, завали Дятла!
— Да я предлагал, — напомнил я ему. — Пока еще дверь можно было открыть…
Тут он просто охренел. Словами, видимо, подавился. По лицу пошли красные пятна, рука потянулась к ножнам на поясе, откуда выглядывала рукоятка десантного ножа. У нас с ним с самого начала были непростые отношения, а последнее время, вообще, именно, что «на ножах». Ему явно не нравилось мое неожиданное преображение в нормального бойца. Почему — я не понимал. Конкуренции боится? Ну тут уж, скорее, Леший — первый кандидат. Куда мне до него… Хрен его знает, не любили мы с Бородой друг друга, и все тут…
— Спокойно, спокойно! — гаркнул Леший. — Ты че начал-то Егор? Не вовремя как-то! Слушай, Борода! Короче, сейчас ломаем стену, выбираем тройку. Они идут смотрят, чего там дальше, мы сидим здесь. Когда находят выход, возвращаются — докладывают, и обратно — на поверхность. Низом, по Речному проспекту, обходят и осторожно смотрят, что там за Дятел. Возвращаются — докладывают. Дальше — по ситуации. Никто никуда бежать не собирается, надо просто как-то проблему решать… Ну че, командир?
Борода молчал, все еще сверля меня взглядом. Потом процедил:
— Побеседуем еще с тобой. О субординации… Ладно! Ломы тащите, будем вскрывать. Только одеться сначала всем, как на выход, и оружие приготовить. Хрен его знает, что там за этой стеной. Может другой Дятел… Молчаливый.
Вскоре в некогда уютной и опрятной Светкиной кухне раздавались звонкие удары двух ломов, стеной стояла пыль, летела кирпичная крошка. Работали Вова и Валуев. Остальные стояли вокруг с автоматами наготове. Света бегала за нашими спинами и громко причитала, что ее лишают единственного в этом мире личного пространства. Вова профессионально обрабатывал по периметру квадратный участок кладки, примерно метр на метр. Валуев же, поддерживая лом культей левой руки, словно копье со всей дури втыкал его в намеченные Вовой углы. Третьим ударом Валуев пробил стену насквозь, еле удержав в руке не встретивший более сопротивления лом. Вытащил примерно до середины и навалившись всеми своими ста пятьюдесятью килограммами начал работать им, как рычагом, вращая в разные стороны, стараясь расшатать ближайшие кирпичи. Наконец с громким треском от стены отделился целый кусок кладки шириной в три и высотой в пять кирпичей. Вова ткнул его ломом, и тот с грохотом упал по другую сторону, оставив вместо себя неровную темную дыру, из которой тут же потянуло какой-то тухлятиной.