Лимитерия (СИ)

— Короче…
— У кого короче — тот дома сидит и… ну, вы поняли.
— Последнее, что я хотела бы обсуждать, милый — размер твоего поклёванного недоразумения, — заявила Элли, чем рассмешила Хога и Юлю, а вот Эс обиделся. — На задание мы отправимся ближе к вечеру. Пока можем отдохнуть после долгой дороги, заодно составить план.
С этими словами эрийка выложила на стол карту острова. Чуть поодаль от города располагалось болото, границы которого были обведены красным маркером. Её ребятам дал Пингвинки.
— Если я правильно поняла, раньше тут было озеро. У его берега местные построили деревушку. Потом случилось что-то, из-за чего это место обратилось в непроходимые топи.
— Что-то, из-за чего-то, — передразнил девушку Лимит. — Неплохо было бы конкретику внести.
— Лимитер, я обязательно поинтересуюсь твоим мнением, когда в нём буду нуждаться. Пока руководствуемся тем, как мне объяснили.
— Да ладно, в этом всё равно нет нужды. У нас другая задача, — подключилась к беседе Юля. — Скорее всего, раньше в этом озере жили русалки.
— Почему именно русалки?
— Потому что Болотница — это тоже русалка, только болотная. Она же — самая красивая из прочей нечисти, на внешность которой покупаются такие, как вот этот.
С этими словами Сахарова указала на Эса. Тот возмутился.
— Вообще-то я ни разу в жизни русалок не видел, так что не надо мне ля-ля. А насчёт красоты… ха-х. Я за свою жизнь стольких девчонок симпатичных повидал, что меня уже ничем не удивишь.
— Ты не путай обычного человека с порождением Нави. Это немного разное.
— Юлька, ты меня недооцениваешь. Я хоть и кентафарик по жизни, прыгаю не в каждую бабищу.
— Очень на это надеюсь.
— Надейся, милая. Тебе ещё детей от меня рожать.
— Что? — Юля тотчас вспыхнула.
— Ох, волчье вымя, — уныло вздохнула Элли, головой качая. В какой-то степени Хог был с ней солидарен: его тоже не радовала перспектива лицезреть «чужой секс».
Ладно, пока наши герои выясняют, у кого что больше, давайте я быстренько введу вас в курс дела.
Русалки — существа своенравные. Если вы полагаете, что это девы с рыбьими хвостами, то, вероятнее всего, путаете их с морскими наложницами Морского Царя. У русалок, как и у людей, тоже есть ноги. В основном они обитают на деревьях (преимущественно — ивах), где поют сладкие песни, а при виде человека быстро ныряют с головой в омут. Русалки — не зло в ипостаси привлекательной девушки, но и не добро. Всё решают настроения, сезоны природы и, самое главное, разновидности. Есть шутовки. Они — самые безобидные и милые, проказничающие, в основном, игриво, ненавязчиво. Но есть и лобасты — страшные уродливые старухи, убивающие всех без разбору, даже себе подобных.
А есть болотницы — коварные, расчётливые и хладнокровные убийцы. Как было сказано выше, они — самые обаятельные, красивые и сексуальные. Чаруют своим голосом, двигаются пластично и гибко, смотрят вожделенно. От обычных русалок их отличают лягушачьи лапы вместо ног, которые болотница под себя подгибает и сидит на коленях в большом белом цветке-кувшинке. К ним нельзя подходить. Запрещается смотреть им в глаза, пытаться заговаривать с ними. С вероятностью в восемьдесят процентов мужчина просто очаруется ею и ступит на чарусу (так называют ковёр из трав, накрывающий водяную гладь болота), которая провалится под тяжестью его веса — и он угодит в трясину.
План был достаточно простым: Хог, Юля и Эс заходят на территорию болота, находят болотницу и устраивают переполох. В этом случае демоница теряет бдительность, перестает прислушиваться к окружающему миру, что позволяет Элли подойти к ней близко. Что касается кикимор, то с ними ребятам стоило держать ухо востро. Кикиморы, в целом, не опасны, но в большом количестве могут доставить массу проблем своими проказами, а учитывая наличие болотницы, потеря контроля над ситуацией героям может обернуться фатальным провалом — вплоть до летального исхода.
— Предупреждаю сразу: сражаться с болотницей не вздумайте, следуйте чётким указаниям. Ты понял меня? — строго сказала Элли Хогу. Он опешил.
 
— Э, а чё я сразу…?
— Потому что ты самый бестолковый. Всё время норовишь вырваться вперёд, за что огребаешь постоянно.
— Ой, не занудствуй только. Нормально всё будет.
— Нет, не будет, если ты начнёшь импровизировать.
— Короче…
— Ты меня услышал?
— Слушай…
— Ты. Меня. Услышал? — ещё строже повторила Эрия. Лимит вздохнул.
— Да, кэп.
— Умница. На этом завершим наше обсуждение.
— Так точно! — хором ответили все.
  
Эпизод 10: Охота на болотную ведьму
 
Болото — страшное место. Шли годы, столетия, старые истории сменялись новыми — а места непроходимых топей, душного смрада и вездесущих комаров по-прежнему сохраняли ореол чего-то мистического, пугающего. Эти зоны всегда были ужасными и привлекательными одновременно. Даже байки о ночных похождениях у кладбища, где якобы мертвецы из могил поднимаются, не могли переплюнуть в своей мрачной красоте болото. Почему так? Ответ я вам не дам, покуда сам не знаю.
Болото и днём так-то душу всколыхнуть способно одним своим видом — а что будет, если посетить его ночью? В этот момент сумрак погружает мир в свои тёмные объятия, и над чарусой поднимаются замысловатые огоньки не то ярко-зелёного цвета, не золотисто-мраморного. Они путают путников, покуда те полагают, что идут на свет, исходящий из окон одиноких хижин. Путники идут — и проваливаются в трясины, откуда им уже не выбраться. Вездесущие кикиморы тотчас набегают со всех сторон, чтобы своими глазами лицезреть последние минуты жизни несчастного. Для них его агония — настоящий концерт. Пьеса али театральная сцена, воспроизводящая кульминацию неверного выбора.
И куда же без «музыки» болот в виде ахов и охов, источники которых до сих пор не способна определить наука. Одни полагают, будто их рождают топи, но те из-за грунтового давления искажаются, в следствии чего кажутся похожими на человеческие. Другие считают, что звуки принадлежат людям, однажды утонувшим в болоте. Третьи не думают никак. Просто обходят болотные топи за милю и даже в сторону сию не смотрят.
Есть в болотах что-то мистическое, таинственное, загадочное. Люди нередко тянутся к тому, чего не способен понять их мозг — но любопытство их не всегда вознаграждается чем-то хорошим. Зачастую матушка Природа таких наказывает и очень сурово. Ибо не все секреты мира сего должны быть изучены, обнародованы. Какая-то часть Яви существует только для того, чтобы о ней никто не знал.
Но… оставим философию. Мы здесь собрались немного по другому поводу.
Итак, болото, ночь. Кваканье лягушек не кажется раздражающим: их пение не даёт могильной тишине навеять уныние и тоску на волонтёров, что в данный час шли вперёд, попутно огибая препятствия. Шагали они аккуратно, неторопливо, чтобы, не дай бог, не нарваться на кого-то. Конкретно подразумевались кикиморы, которые хоть и не представляют особой опасности, но могут здорово попортить кровь своими проказами да шум ненужный поднять. Хотя Орфей раздал каждому по защитному оберегу, отпугивающему маленьких бестий, троице всё равно было не по себе.
Как вы помните, команда «Серп» разбилась на две группы, дабы не позволить болотной ведьме сбежать в случае чего. Чтобы миссия не завершилась провалом, первый отряд — Хог, Юля, Эс — должен был создать шумиху и сбить демоницу с толку, вынудить её прекратить прислушиваться к окружающему миру. Как только план сработает, второй отряд — Элли, Орфей, Пряник — двинется на шум и прикончит врага. И если вы сейчас задались вопросом: «А почему сего нельзя сделать всей командой?», то я вам напомню: демоны страшатся драконов. Как только Элли покажется в сенсорном поле зрения болотницы, та незамедлительно сбежит, что будет означать конец задания (плохой, не хороший).
Одно расстраивало героев: работать приходилось ночью, в окружении болотных огоньков. Хлюпающая под ногами земля была сырой и продавливалась под каждым шагом, отчего у каждого волонтёра на душе начинали выть волки. Да, они проверяли путь методом тыка палкой, однако сие мало утешало. Никто не хотел ни с того, ни с сего уйти по пояс вниз, даже зная, что рядом находящиеся товарищи быстро его вытащат. А ещё смрад — душный, мерзейший, зловонный — неприятно обжигал ноздри, словно прогнать незваных гостей норовил.