Лимитерия (СИ)
— Да кончай ты их уже, — уныло вздохнул Пряник.
— Погоди, пока рано кончать.
Хог любил драться. Не сказать, чтобы прям сильно, но ему нравилось тусоваться в подобном. Арена для него — своего рода сцена, где он мог выпускать на свободу своего внутреннего актёра. А играл тот, скажу вам, великолепно: пылающие азартом глаза, энергичные вопли, улыбка до ушей — про таких обычно говорят: «Вот понтошлёп, сцук! Но хорош, гад, хорош!». Да что уж там, Хог и сам это прекрасно понимал — потому-то дурачился по полной программе.
Он — невероятный разгильдяй, коих ещё стоило поискать.
— Ну и что это такое? — кисло вопросил парень, когда разъярённый ящер в очередной раз промазал. — Ты ведь даже не стараешься, чел.
— Да замочи ты его просто! — вскипел ужасно скучающий Пряник. — Время теряем, Кнут!
— Время? Ах да, время. Ну что ж, тогда извини!
Кулак левой руки смачно врезается в морду противника, своей тяжестью продавливая выпуклую кость, и поверженный враг кубарем улетает в стену. Лимит покачал головой.
— Понеслась! Хог взмахнул правой рукой — и бинт, что был на ней, тотчас размотался, превращаясь в чёрный кожаный кнут. Один молниеносный удар им по оппонентам — гарантированная победа. Ибо бил парень не только сильно, но ещё и быстро. А уж хорошая плеть со свистом резала не хуже заостренного клинка, разбрызгивая в разные стороны кровь чёрного цвета.
Собственно, потому-то Пряник Хога и величал «Кнутом» — за его оружие. Ну и характер соответственно.
— Лохи! — фыркнул Хог, когда бой закончился. — Пошли дальше, Пряня!
— Ну наконец-то! — с облегчением вздохнул енот.
Дальше шла комната с ловушками. Лимит сразу же обратил внимание на отверстие в стенах, из которых дул ветер. Судя по накопленному опыту, из них обычно вылетает что-то острое, ещё и с ядом. Такие места необходимо было преодолевать по потолку, но Хог на то и Хог: он всегда идёт в лоб — в самое пекло.
Просто потому, что мог себе это позволить.
Пряник понял намерения хозяина. Он схватился за его плечо, а Лимит приспустился к земле пальцами рук, становясь в стойку бегуна. И время на сей час будто бы замедлилось, словно некто «slow-mo» подрубил для красоты момента.
Да, Хог себе это позволить мог.
— Погнали! — хитро улыбнулся он.
…потому что, сорвавшись с места, юноша тотчас превратился в молнию. Не буквально, абстрактно. Лимит фактически за три секунды пересёк длинный коридор, и активизировались ядовитые стрелы лишь в тот миг, когда парень стоял уже на финише.
— Что дальше? — нетерпеливо вопросил Хог.
А дальше — вырвавшийся из стены златорогий тур, бешено рванувший на наглеца, что посмел в древний храм ворваться. Опешивший Хог тотчас бросился бежать, удирая от мифического быка, сверкая пятками.
— А этот что тут делает? — закричал удивлённый Пряник. — Я не помню, чтобы слуги Прави в паре с навьими что-то охраняли!
— Всё происходит в первый раз, Пряня! Ты просто не думай об этом! Иха-а-а!!! — весело завопил Хог.
Лимит ускорился. Он отпрыгнул от одной стены, затем от другой. Потом задним сальто приземлился на могучую спину тура и… растерялся. Кнут не поможет: шкура златорогого быка слишком толстая, чтобы её рассечь за один удар. А другого оружия при себе Лимит не имел, да и вряд ли оно бы ему помогло. Тур незамедлительно воспользовался растерянностью парня и взбрыкнул, скидывая с себя незваного жокея.
— Ох ты ж ёпт…! — воскликнул Хог. Но не упал под смертоносные копыта. Во время падения он успел схватиться кнутом за торчащий из-под потолка крюк и пролететь вперёд на несколько метров, унося себя в безопасное место. Озверевший бык рванул за ним следом.
«Щас на рога посадит — и будет мне СМС с регистрацией»! — размышлял скоростной бегун. Тур — животное мощное, свирепое. Даже медведь с ним не сладит, а что уж говорить про человека, в три раза меньшего бурого хозяина леса?
Однако Хог не запаниковал. Вместо этого он продолжил бежать дальше ещё быстрее, и озлобленный бык прибавил прыти. Вместе, своими шагами нарушая гробовую тишину храма, они метеором проносились по длинным коридорам: один преодолевая препятствия и оббегая их, другой — снося их, что называется, к чёрту.
Пряник правильно понял намерения хозяина, потому был наготове. Как только впереди показался тупик, он крепче схватился за Хога, а тот просто взбежал по стене, потом по потолку и лишь после спрыгнул позади тура. Бык, к своему великому разочарованию, не неимением грации с грохотом ударился о препятствие лбом и без сознания рухнул на пол. Убийственная пробежка закончилась.
— Что ж это за артефакт-то такой? — Пряник было задумался, но…
— Крупно денежный, который нас накормит и поселит в роскошных хибарах, — Хог даже думать не стал. Просто пошёл дальше, напоследок показав поверженному туру язык. Енот, пожав плечами, последовал за ним.
***
Огромный зал. Сквозь редкие в потолке дыры просачивались лучи Солнца. Факела горели не то ярко-зелёным, не то светло-жёлтым огнём. В шести углах стояли изваяния неизвестной породы, лишь обликом походящие на камень. И только в центре, будто бы Алатырь сам, находился подъём на две ступени. Там покоилось искомое сокровище, с четырёх сторон окружённое белыми идолами.
Хог и Пряник опустили глаза на него. Внешне артефакт выглядел как полупрозрачная сфера, в которой плескалось нечто чёрное, густое, похожее на масло. Окантовка трофея чуть позолоченной была. Это — остатки пыльцы Небесной Сварги, по которой Лимит с помощью Коловрата опознал его.
Но было в этом кое-что и другое, о чём незамедлительно сообщил Пряник:
— У него отвратительная энергетика. Если хозяевами его и были боги, то явно не светлые.
Хог закатил глаза. Ему, в отличие от енота, было всё равно, что там артефакт источает и кому когда-то принадлежал. Лимит с самого начала шёл сюда, чтобы забрать сокровище, а потом, вернувшись в город, продать в три дорога. А заплатят за него явно большие деньги, коих хватит и на дом богатый, и на натуральное сытное питание, и многое другое.
Иными словами, обычный меркантильный интерес.
Потому Хог, не говоря ни слова, потянулся рукой к сфере.
— Стой!!! — вдруг прогремел подобно грому страшный голос, отчего ребята вздрогнули.
Испуганный Пряник тотчас спрятался за спину отскочившего Хога. Их глаза моментально приковались к спрыгнувшему сверху существу, похожему то ли на человека, то ли на животного (а может, это был гибрид). Пусть не сразу, но через пару секунд они узнали в нём того, о ком часто упоминали мифологи, когда речь заходила за разностороннего наблюдателя.
Им был Триглав, страж древнего храма.
Узнать его было несложно. Только это существо вместо ушей имело ещё два лица — справа и слева. Выглядело отчасти жутковато, но в сём мире встречались и похуже претенденты на звание пугающего типа. Этот же страшил ненамного: двухметровый рост, широкие плечи, забитое мышцами тело и спрятанный за спиной длинный золотой топор — образ, скорее, не вписанного в детские сказки богатыря, нежели ужаснейшего чудовища. Да и чем, собственно, известен был Триглав? В мифологии — олицетворение Небесного Огня, Молнии и Света в одном целом. В реальности — страж, которому велено охранять только самое неизведанное для рода людского.
— Никто не должен прикасаться к душе Чёрного Хорса! — прорычавший Триглав грозно выступил вперёд, нависая над загадочной сферой, как хищник над пойманной добычей. — Как вы нашли этот храм? Кто вы такие?
— Я… — Хог вдруг растерялся. Про Пряника и вовсе стоило молчать: эрудированный (на словах) енот трясся за спиной Лимита подобно осеннему листу от страха.
— Чёрный Хорс навеки вечные будет в этом сосуде — за то, что породил «Изначальную Войну»!
— Я не понимаю…
— Незачем и понимать тебе, глупый смертный человечишка! Пока не совершил ты то, о чём жалеть оставшуюся жизнь будешь, повелеваю тебе немедленно отсюда убраться!