Ваше Сиятельство 6 (СИ)

— Лорд, вернись! Иди на место! — повелел Уоллес.
Дог подчинился, отстал от них и важно вернулся к подушкам.
— Сейчас все увидишь, Элиз! — хозяин особняка толкнул дверь, пропуская гостью в полутемный зал. Окна были зашторены, а по углам зала горели свечи, но их света не хватало, чтобы разогнать таинственный полумрак, царивший здесь.
Переступив порог, Джозеф отпустил руку гостьи, потянулся к включателю на стене и повернул рычажок. Раздался щелчок — зал осветил желтый блеск туэрлиновых кристаллов. Теперь Элизабет могла оглядеться. Наверное, это было то самое место, которым гордился виконт Уоллес: зал с экспонатами его коллекции древностей. Коллекции полной магических и редких вещей, которые так или иначе отметились в истории разных культур. Были здесь и тысячелетние египетские статуэтки, маски и даже огромный каменный саркофаг. Простенок справа занимало древнее оружие: мечи, копья, один из первых в истории индийских остробоев. Прямо под стеклом в широком шкафе золотым теснением поблескивали старые фолианты, там же лежали тубусы со свитками — это глаза Элизабет отметили особо.
Посреди зала стояла статуя какого-то бога, украшенная перьями и разрисованная знаками, подобными тем, которые были на телах виконта Уоллеса и его гостя из-за Атлантики. Да, веянья Теотекаиль — империи ацтеков, становились все более модными на землях Коварного Альбиона. Их традиции, чаще всего недобрые и вовсе не благопристойные, проникали сюда вместе с модой на одежду, музыку, некоторые привычки.
— Возрадуйтесь, Элизабет! Великий бог Тонатиух теперь с нами! — воскликнул Джозеф. — Сам Махуизох доставил его ко мне! Он будет пока жить здесь, но скоро выйдет за пределы моего скромного жилища!
— Да, я вижу, — миссис Барнс безразлично кивнула. — Джозеф, я вас очень прошу, позвольте сделать фотографию того свитка. Это очень важно для научной работы моего брата. Его статья прославит вас и вашу потрясающую коллекцию на весь мир.
Баронесса щелкнула замком сумочки с увесистым устройством для фотосъемки и шагнула к шкафу, где под стеклом хранились тубусы с древними свитками — их было четыре.
— Не так быстро, Элиз. Мы же никуда не спешим. У нас впереди много прекрасного времени. И сначала… — он повернул ее к себе и провел пальцем по ее губам, — сначала тебе нужно восславить великого бога Тонатиуха! Ты должна поклониться ему! Подойди к нему и сделай это! — взяв ее грубо за руку виконт подвел гостью к изваянию, одетому в перья. — Давай! Сделай это!
Элизабет не понимала шутка это или с господином Уоллесом происходит что-то неладное. Три года назад он не был таким странным, а сейчас его глаза стали другими, чужими и страшными.
— Слава тебе, великий Тонатиух! — на всякий случай сказала она, сложив руки на груди и поклонившись.
— Молодец, Элиз. Ты мне нравишься, — виконт повернул ее к себе, порывисто обнял и поцеловал сначала в губы, потом в шею. — Сегодня нас ждет незабываемая ночь. Ты ее запомнишь навсегда.
Вот этого миссис Барнс хотелось меньше всего. Ночь с Уоллесом, которую она почти не помнила, в ее жизни уже была. Но пережить ночь с ним, которую она запомнит навсегда — нет, это не входило в ее планы. Она понимала, что с Джозефом скорее всего придется переспать, но сейчас обстановка в его доме и его безумные глаза ее слишком пугали. Пугали настолько, что она была готова вырваться из его объятий и убежать. Черт с ним, этим фото свитка! Элиз остановила лишь мысль, что там, на ее пути встретится огромный серый пес, такой же страшный, как горгульи, украшавшие этот особняк.
— Это у тебя фотоаппарат? — Джозеф потянул за ремешок ее тяжелой сумочки. — Скорее доставай его! Нужно запечатлеть меня рядом с Великим Тонатиухом!
Баронесса послушно достала свой «Harmony of Light II» и отошла на несколько шагов, позволяя Джозефу занять место возле статуи. Повернув ребристый рычажок и, когда оба индикатора замерцали, покрутила лимб, так чтобы в окошко захвата объекта поместился Джозеф и вся статуя. На наклонной доске, приставленной к пьедесталу статуи, Элизабет заметила темные потеки, которые навеяли страшные мысли.
 
— Джозеф, что это там? Кровь? — спросила она, понимая, что очень не хочет, чтобы хозяин особняка признал это.
— Да, это кровь. А что же еще? Богам тоже нужна пища, за это они даруют нам свою милость, — ответил господин Уоллес. — Давай, фотографируй скорее!
Миссис Барнс нажала пластину, отошла чуть дальше, и сделала еще два снимка. Потом сфотографировала шкаф со свитками и древними книгами, другие экспонаты, думая, что Алекса может заинтересовать что-то еще в этой огромной коллекции.
— Пожалуйста, Джозеф, позволь мне сейчас снять тот свиток, — попросила она. — Пока фотоаппарат готов, давай сразу решим этот вопрос.
— Потом снимешь, — виконт взял фотоаппарат из ее рук, положил его на пьедестал статуи. — Идем, детка. Мы потом вернемся сюда. Обязательно! — он снова сжал запястье Элиз и потянул за собой.
Когда они вернулись в ту, прокуренную комнату, Джозеф усадил миссис Барнс на красные подушки, рядом с индейцем, имя которого, кажется, было Махуизох. Тот повернулся, провел рукой по плечу Элизабет и что-то сказал виконту на каком-то лающем, неведомом Элиз языке.
— Что он сказал? — Элизабет даже вздрогнула от тех неприятных слов.
— Великий жрец говорит, что тебя нужно раздеть. Иначе мы не сможем нанести знаки богов на твое тело, — пояснил Джозеф Уоллес, присев напротив гостьи на корточки. — Тебе нужно приобщиться к Тонатиуху, иначе небесный гнев тяжелее молнии упадет на тебя. И клянусь тебе, это будет страшно!
Словно в подтверждение воли богов дог, возлежавший рядом с индейцем, приподнялся и трижды гавкнул. Не сводя глаз с миссис Барнс Махуизох кивнул и потянулся к курительной трубке.
— Давай, детка, я тебе помогу, — виконт подсел ближе к гостье и начал стаскивать с нее платье, не обращая внимание на неубедительные протесты миссис Барнс.
— Джозеф, пожалуйста не надо! Джозеф! Ну, Джозеф! — Элизабет вцепилась в платье, которое уже всецело оказалось в руках виконта Уоллеса.
Жрец-индеец коснулся ее голой груди и что-то сказал, в этот раз его голос звучал успокаивающе.
— Что он говорит? — баронесса попыталась прикрыть свою грудь ладонями.
— Великий Махуизох говорит, что ты очень хороша, и тебя обязательно нужно посвятить Тонатиуху, — пояснил господин Уоллес, откровенно любуясь ее обнаженным телом.
— Как вы хотите это сделать? — голос Элизабет в страхе дрогнул.
Ацтек поднес к ее губам трубку, с приплюснутого кончика которой словно серая змея выползала струйка дыма.
— Как⁈ Говорите, как! — миссис Барнс запаниковала. Молчание мужчин разрывало ее сердце.
Вдобавок жуткий серый дог, привстал и потянулся к ней.
 Глава 16 
 Красные знаки тела 
— Не волнуйся так, Элизабет. Покури трубку — впусти в себя великий Небесный Дух, — успокаивающе сказал господин Уоллес.
— Но я не курю! Я никогда не курила! — глядя на дымящий кончик курительной трубки, Элизабет замотала головой.
— Это нужно сделать, детка. Обязательно, чтобы открыть дорогу богу в твое сердце. Пожалуйста, — виконт взял трубку из рук индейца и поднес ее к губам миссис Барнс. — Просто втягивай в себя дым. Дыши им, ибо в нем сам Небесный Дух.
Закрыв глаза, Элизабет поймала губами мундштук трубки и потянула в себя дым. Вдохнула два раза, закашлялась. Тут же закружилась голова.
— Как тебе, нравится? — господин Уоллес тронул ее подбородок большим пальцем.
— Нет, — отозвалась Элиз, чувствуя отвратительный привкус во рту.
— Ты еще просто не научилась понимать бога. Три затяжки. Еще три хороших затяжки и бог даст о себе знать, — пообещал виконт и сунул ей в рот мундштук курительной трубки.