Святая сестра (СИ)

Время нужно с чем-то сравнивать. У Ноны было ничего, кроме медленно нарастающего давления — дьяволы возвращались на лед под ней. Присутствие корабль-сердца изгнало их оттуда, и теперь они возвращались потребовать то, что принадлежало им. Она чувствовала их злобу, похожую на крошечные коготки, пытающиеся прорезать путь под ее кожу.
— Я здесь не умру. — Онемевшие пальцы нащупали второй кинжалу нее на поясе, и она повернулась, чтобы начать подъем обратно в туннель. Она предпочла бы приползти полуживой в Коридор и сразиться с ной-гуин, чем столкнуться с безумием в одиночестве в ледяной темноте.
Она протянула руку, ударила ножом и подтянулась. Без света она могла бы пропустить вход полностью, но попытка, по крайней мере, немного согреет ее.
То, что последовало за этим, было долгим, слепым кошмаром — она колола, напрягалась и скользила. Нона понятия не имела, сколько минут или часов она трудилась над этим, сколько раз скользила назад, сколько раз проклинала Предка. Она даже призвала на помощь призрак своего отца.
— Я не могу... — Она висела на ледяной стене, очень крутой, почти отвесной. Силы покинули ее руки, и, хотя она больше не чувствовала, как сжимает оба ножа, она знала, что хватка слабеет. Руки выглядели потрясающе бледными. — Я не могу. — У нее не осталось никакой надежды. Даже надежды на легкую смерть.
Она снова посмотрела на свои руки, почти не чувствуя, что они все еще принадлежат ей. Обе были с фиолетовым оттенком.
— Как? Как я смогла их разглядеть?
Нона повернула голову и увидела там, далеко внизу, Зоул. Лед-девушка стояла на краю шахты, в которую упала, и держала в руках корабль-сердце.
При виде Зоул Нона выпустила из рук сначала один нож, потом другой и полетела вниз по стене. Каким-то образом Зоул удалось перехватить ее и остановить значительный импульс только одной рукой, сохранив при этом и равновесие, и корабль-сердце.
Лед-девушка казалась невредимой, не тронутой холодом. Нона спросила себя, не призрак ли это, не порождение ли ее собственного раздробленного разума. Но рука, схватившая ее запястье, была теплой и настоящей.
— Как… Как ты здесь оказалась? — выдохнула Нона.
— Ты бросила мне Старый Камень, — сказала Зоул. — Это дало мне контроль над льдом, в котором я нуждалась, чтобы выбраться. — Она почти незаметно улыбнулась. — Спасибо.
— Ничего особенного. — Нона закашлялась от изумленного смеха, зубы продолжали стучать. — Все равно проклятая штука убивала меня.
Зоул подняла глаза и вгляделась в темноту, словно обдумывая варианты.
— Тебе придется оставить меня здесь, — сказала Нона. — Я не могу идти дальше.
Зоул, казалось, ничего не слышала. Она смотрела в какую-то точку высоко над головой.
— Пойдем.
— Я же сказала, что не могу.
— Можешь.
Нона попыталась встать, но ноги подкосились, и она упала. Зоул снова поймала ее запястье, железной хваткой. Без дальнейших слов она подняла Нону на ноги, наклонилась и перекинула ее через мокрое плечо.
— Не будь дурой… ты не можешь меня нести.
— Могу. — Зоул, ворча, выпрямилась. — И понесу.
Зоул пошла к своей цели. С каждым шагом лед раскалывался под ее ногами, превращая себя в опоры.
Нона упала в свою собственную темноту и пропустила большую часть их побега из булькающей пещеры. Она мельком видела крутой подъем, Зоул, прижимающуюся к стене, погружающую сердце корабля в лед и каким-то образом использующую его, чтобы удержаться на ногах, когда она двигалась с одного уступа и создавала следующий. Нона пропустила многое из того, что последовало за этим, и, приходя в сознание, больше всего сражалась с попытками корабль-сердца разорвать ее на части; однако, постепенно, тепло тела Зоул начало проникать в ее собственную холодную плоть.
— Я могу идти. — Слабость в голосе Ноны заставила ее усомниться в собственных словах, но Зоул без возражений опустила ее вниз.
Лед вокруг них из черного стал темно-серым, и не только там, где они стояли, но впереди и сзади.
— Мы приближаемся к поверхности, — устало сказала Зоул. — Если твоя одежда будет мокрой, когда мы выйдем на ветер, ты не выживешь.
 
Нона закашлялась:
— И как ты предлагаешь мне ее высушить?
— Телесное тепло, — сказала Зоул. — Мы побежим. — И она побежала вперед.
Нона застонала и бросилась вдогонку.
СНАЧАЛА ОНИ УСЛЫШАЛИ звук. Приглушенные раскаты и далекий вой ветра, дующего через устье туннеля на неизвестном расстоянии впереди них. Затем заметили свет. Только намек, пробивающийся сквозь лед, предположение, что даже эта долгая ночь когда-нибудь закончится.
Зоул приказала остановиться:
— Снимай пальто.
— На самом деле? Потому что мне и так в нем холодно? — Несмотря на протест, Нона сбросила поход-пальто Чайник. Талая вода прошла сквозь него и замерзла снаружи, оставив одежду слишком жесткой, чтобы ее можно было сложить.
— И рубашки.
— Нет! — Нона скрестила руки на груди. Оба слоя стали теплее после бега, но все еще оставались влажными. Сестра Сало много раз говорила им до их ледового похода, что такая простая вещь, как работа до пота, на льду может тебя убить, как только ты остынешь и за работу возьмется ветер.
Зоул сбросила рюкзак и поставила корабль-сердце на лед. Содержимое ее рюкзака было плотно завернуто в тюленью шкуру. Узлы не хотели сдаваться и, в конце концов, их пришлось разрезать. Зоул вытащила толстый шерстяной жилет и развернула нечто похожее на кожаные леггинсы.
— Сухие. — Она вытащила полоски бархата, которые, казалось, были вырезаны из плаща лорда. — Обернешь ими ладони. Мех был бы лучше, но это должно гарантировать, что ты сохранишь пальцы.
— Могла бы сказать мне раньше! — Нона взяла жилет и начала снимать с себя одежду.
— И, если бы ты снова промокла, то наверняка бы умерла.
— Справедливое замечание... — Нона с трудом натянула сухую одежду и обхватила себя руками. Она уже чувствовала себя теплее, хотя жилет и леггинсы были бы слабой защитой на открытом месте.
Она бросила подозрительный взгляд на Зоул, которая наклонилась, чтобы поднять брошенную одежду:
— Почему ты не мокрая? Ты же пробралась через полдюжины водопадов!
Зоул стояла, держа в руках одну из рубашек Ноны и хмурясь. Из самых нижних концов свисающих рукавов потекла струйка серой воды.
— Я обнаружила, что со льдом работать труднее, чем с камнем, а с водой труднее, чем со льдом. Но я могу это делать. — Поток сменился капанием, которое быстро прекратилось. Она вернула Ноне сухую рубашку.
Нона надевала каждый предмет по мере того, как Зоул его высушивала. Поход-пальто пришло последним, лед отслоился от внешней поверхности, когда Нона его надела. Став сухой после столь долгого времени, она снова почувствовала себя человеком, испорченная вода исчезла с ее кожи. С дневным светом вдалеке она чувствовала себя почти хорошо.
— Пошли!
Еще несколько сот ярдов, и впереди показался конец туннеля, круг надежды.
— Следуй за мной. — Зоул повысила голос, перекрывая вой ветра. — Иди за мной шаг в шаг. На льду опасно.
— Подо льдом опаснее! — Нона поспешила к свету.
Зоул протянула руку, останавливая ее.
— Те, кто приходит из Коридора, скорее умирают на льду, чем под ним. Иди сюда с уважением, Нона Грей. Белая смерть ждет.
  
17
 
Святой Класс
Настоящее Время
— КАК ТЫ МОГЛА не сказать мне, что прошла Меч-испытание? — спросила Нона.
Ара подняла руки:
— Во-первых, я не хотела давить на себя. Если бы я потерпела неудачу, я бы хотела рассказать всем об этом в свое время, а не заставлять их выстраиваться в очередь, чтобы спросить меня. А потом я не хотел давить на тебя. Сало сказала, что тебя вызовут следующей.
Нона покачала головой:
— Не могу поверить, что ты меня опередила.
— Я почти на два года старше тебя!