По Любви (СИ)
— Мне очень приятно с вами познакомиться!
— И мне приятно, Милочка! И мне… — Пожимая руку рассмеялась Лидия Павловна. — Какая вы красивая пара! Я рада, что ты нашел свою любовь, Герочка. С твоим то характером…
— Ну не начинайте, Лидия Павловна… — Недовольно поморщился Герман обнимая Адамову за талию.
— Ладно, ладно… — Хитро усмехнулась женщина улыбаясь. — Хорошей жизни вам ребятки, деток здоровых, счастья!
Полина бледнела и краснела толи из-за отравления толи из-за вранья и обнимающих рук друга, что с таким стыдом обжигали…
— Колобок? Эй, Колобок, приветик! — Герман положил руку на плечо парня спокойно болтающий с рыжеволосой девушкой.
Девушку Полина узнала. Эта была та самая Марина из клуба. Низкая девушка с большими глазами, густыми волосами и полными губами. Одна из друзей Германа.
Парня она не знала. Это был высокий, худой, но с проступающими мускулами через ткань рубашки. У него были темно-русые волосы, короткая стрижка и тёмные глаза.
— Привет, Герман. — Вежливо, но с напряжением отозвался Колобок. Марина рядом с ним сникла и тоже поздоровалась, но в глаза бывшему любовнику она не смотрела.
Избегала.
— Так вот значит с кем ты пришёл. А че мне не сказали?
Усмехнувшись спросил Герман пытливо разглядывая друзей.
— Ну не сказали и не сказали. А, что были бы проблемы?
Колобок с угрозой уставился на бывшего лучшего друга. Герман одной рукой обнял Полину прижимая к себе. Сказал спокойно:
— Воу полегче, Бычок! Какие проблемы? Конечно нет. Я вообще вот с дамой пришёл. Не какой ревности, просто спросил как так, что вы вместе?
— Мы с Лешей не вместе. — Отозвалась Марина.
Лёша просто промолчал. Между молодые возникло напряжённое и неловкое молчание. Которое жутко стесняясь и переминаясь с ноги на ногу прервала Полина:
— Может пойдём танцевать?
Заиграла музыка. Разные парочки начали медленно кружиться в медленном танце.
Герман сжал талию девушки, притянул к себя так, что их лица оказались совсем близко и каждый из них мог почувствовать горячее, взволнованное дыхание друг друга. Полина положила руки на его плечи, машинально смяла ткань пиджака и буквально впиваясь в пальцами.
Его весёлые глаза удерживали её. Заставляли не опускать взгляд и сохранять зрительный контакт. Двигались они синхронно словно находились на соревнованиях по танцам.
Танцевали легко. Но близость почему — то смущала обоих. Герман не показывал этого, а вот Полина краснела и едва дышала. Она просто забыла, что вообще нужно дышать, чтобы жить.
You are the reason
Ты та самая причина
There goes my heart beating
Мое сердце бьется,
'Cause you are the reason
Это из-за тебя.
I'm losing my sleep
Я теряю сон
Please come back now
Пожалуйста, вернись сейчас.
Герман тоже трясёт. Он дрожит мелко от прикосновений к нежной кожи, Феи. От мутного блаженства разливающегося по телу свинцовой тяжестью…
There goes my mind racing
Мои мысли трепещут
And you are the reason
И это из-за тебя
That I'm still breathing
Я все еще дышу,
I'm hopeless now
Я безнадежен.
Его руки горячие. Обжигающие, неправильные. И Полина мучается в этих объятьях. Потому, что они друзья! Потому, что она замужем! И потому, что она любит, Андрея! А ещё…
Ну почему же его руки такие горячие?
Она смотрит. Потемневшими глазами, её пухлые, розовые губы чуть приоткрыты и ему очень хочется… Всего один поцелуй. Впиться в эти уста и наконец-то разорвать это помешательство…
I'd climb every mountain
Я бы поднялся на каждую гору
And swim every ocean
И переплыл каждый океан,
Just to be with you
Только чтобы быть с тобой
And fix what I've broken
И исправить то, что я сломал
Oh, 'cause I need you to see
О, потому что мне нужно, чтобы ты увидела,
That you are the reason
Что ты — причина этого.
Она резко оттолкнула его от себя. В голове прояснилось. Снова накатила жуткая тошнота.
— Прости. Мне нужно в туалет. — Пробормотала из-за всех сил борясь с рвотным приступом.
— Конечно иди. — Отпустил её.
Сжал кулаки ругая себя за все запретные мысли и идиотские желания…
Полина отправилась в туалет. Вышла из зала. Увидела табличку. Слева — женский. Справа — мужской. Дернула ручку красной двери.
Зашла, открыла кран с холодной водой. Наклонившись принялась умывать разгоряченное лицо. Даже попила. Вроде бы полегчало. Дверь скрипнула. Полина подняла взгляд.
Марина.
Рыжеволосая девушка встала напротив соседней раковины. Тоже включила воду. Полина принялась сушить руки под едва работающей сушкой.
— Он тебя любит. — Вдруг произнесла она в тишине.
— Что? — Не поняла Полина.
— Герман любит тебя. — Серьёзно повторила. Полина рассмеялась, но смех вышел искусственным, натянутым.
— Я замужем. И я люблю… Мужа. И Герман не может меня… Любить. — Полина нервно улыбнулась.
Марина ни чуть не смутилась. Поправляла макияж она, пожала плечами.
— Но он любит! Любовь это не математика, Полина. Она может обрушить как лавина, а может возникать постепенно, но мы не выбираем кого нам любить. Думаю Герману, стыдно и больно испытывать к тебе чувства. Но он влюблен, он не в силах это изменить…
Адамова замотала головой.
— Эта полная чушь. Ты не можешь говорить подобное за него! Не знаю, что там заметила, увидела, но ты ошибаешься!
Марина улыбнулась будто их беседа была о цветах или погоде. Её голос был спокойным, и немного печальным когда она говорила.
— Я знала Германа достаточно. Я была очень близка. Я заботилась о нем, очень любила… — Она замолкла прочищая горло. — Люблю до сих пор. За все время нашего общения я не видела его таким… Влюблённым. Он смотрел на тебя, и я увидела свой взгляд. Это смешно, но таким взглядом я смотрела на него. Хочешь нечего не говори. Но он любит тебя и я…
Девушка поджала губы и посмотрела на Полину грустными, серьезными глазами.
— Просто не играй с ним. Не разбивай его сердце если любишь другого.
Не дожидаясь ответа Марина вышла. Полина застыла перед зеркалом. Ей было страшно. Она не хотела признавать чувства Германа.
Полина не хотела разрушать их дружбу, а что касается её чувств… То она бы никогда их не признала.
Она не может любить Геру больше чем друга!
Это просто невозможно. И никогда не будет возможным…
Герман сильно напился под конец вечера. Полине пришлось тащить его от такси до дома на собственных плечах.
— Аккуратно! Осторожно, Гер… — Положила его на диван. Отыскала плед.
— Спасибо ты такая ох*енная… — Пьяно ухмыльнулся он.
— Ага. Давай спать!
Хотела уже уйти, но Герман схватил Полину за запястье. Сжал не причиняя боль.
— Я тебя так люблю…
Полина застыла и нахмурилась, но Герман тут же добавил:
— Я тебя люблю, слышишь? Люблю, Марин…
31
Мутит настолько, что Полина, даже не смогла найти в себе силы дойти до ванной комнаты. Очередной приступ невыносимой тошноты заставил опустошить желудок в низкий таз заботливо поставленный у кровати Ритой.
Полина безрезультатно вот уже два дня пьёт активированный уголь, смекту, полисорб… Нечего не помогало. Ноги не держали, в голове был сумбур, жутко трясло и мутило.
Она во всем винила чёртовы роллы.
«Правильно мне мама говорила не есть не обработанную рыбу…»
В спальню вошла Ритка с подносом. Ступала тихо, осторожно, мягко. Повернулась на цыпочках и закрыла за собой дверь.
— А я вот тебе бульончика куриного принесла! — Прощебетала девушка. — Свеженького, горяченького… Валентина Теодоровна специально для тебя сварила!
— Не хочу я никого бульона… — Недовольно пробормотала Полина. Тяжело простонав перевернулась с правого бока на левый.
Домработница поставила поднос на столик. Присела на край кровати и нежно прикоснулась к руке Поли.