По Любви (СИ)
— Подожди! Мы не закончили!
Догнал. Грубо схватил за запястье и развернул.
Посмотрел с какой — то ненавистью, неясным яростным раздражением… Или же Полине показался этот страшный взгляд таким.
— Не девочка лёгкого поведения, говоришь? Может вы уже с Титов уже договорились "отдохнуть", а?
И будто этого удара ей недостаточно добавил убивая:
— Думаешь я идиот и не видел как ты на него смотрела? Как слюни ему вслед пускала?!
Это стало последней каплей.
Бам!
Ладонь жжёт от того с какой силой она отвесила ему пощёчину.
— Ты не дурак, Андрей. Ты просто Чудовище. Злое, наглое, эгоистичное Чудовище. — Произнесла холодно. Даже холоднее чем она думала.
А она потом убежала. От него и от самой себя. По щекам текли непрекращающее слезы, которые смешивались с тушью и подводкой.
Ноги сами принесли в комнату Германа. Быстро закрыла дверь на замок.
Огляделась. Тут нечего не поменялось. Ритка тут ещё не убирала.
Все так будто сейчас он как не в чем не бывало войдёт в в свою комнату.
Взяла в руки рубашку которая валялась в кресле. Легла на кровать. Прижала вещь к груди и вдохнула аромат. Ткань пахнет им. Цитрусом и мужским запахом.
И такой он родной и успокаивающий, что она не может не плакать.
— Ненавижу его, ненавижу, ненавижу! Боже как же я его ненавижу… — Плача шептала в пустоту комнаты задыхаясь от боли и обиды. Которая так отчаянно разрывала грудь.
28
— Ну привет, Куколка!
Полина улыбнулась. Обняла крепко за лучшую подругу. Стояли совсем неподвижно несколько минут. Качаясь из стороны в сторону и радостно хохотали.
— Привет, Ксень! Как доехала, нормально?
Девушка отмахнулась кусая пухлые губы.
— Да ну! Еле доползла на этом такси. Знаешь на Мальдивы больше ни ногой…
Ксения начала громко рассказывать о своих приключениях за границей. Полина попросила Ритку подать кофе с шоколадом и булочками в гостиную комнату.
Ксения Толкина или же просто Ксеня. Была лучшей подругой Полины.
Они познакомились ещё в школе. В начальных классах. Полине сразу понравилась темноволосая бойкая девчушка, а Ксении ещё больше понравилась хрупкая, нежная одноклассница. Она обожала трогать её густые, светлые волосы и называть “куколкой-барби”.
Потом родители Поли ужасно разбогатели — в гору пошёл бизнес отца и девочки разлучились. Ксения осталась жить в бедном районе и учиться в самой обычной школе, а Полина переехала в большой дом и стала грызть гранит науки в одной элитной и до неприличия дорогой, закрытой гимназии.
Но даже потеря контактов на пару лет не смогла разрушить дружбу девочек. Они все равно позже продолжили общение. И считают себя лучшими подругами до сей поры.
Бойкая, пробивная Ксения обладала красивой внешностью. Но красота эта была не нежной как у Полины, а жаркой, даже пламенной. Девушка кровь с молоком со взглядом необьяженной кобылицы, с темными как воронье крыло волосами всегда привлекала внимание.
Три года Толкина работала моделью в не шибко популярном глянце. Но ей всегда хотелось богатой и сытой жизни. Поэтому вскоре у молодой Ксени цыганки.
(Однажды один фотограф сказал, что ее внешность эталон настоящей цыганской женщины.) появился первый спонсор. "Ухажер-Кошелек" как сама смеясь называла их Ксения. Отношения вышли не долгими, но по итогу весьма ушлая девушка стала обладательницей новенькой, красной иномарки.
Да все правильно Ксения была содержанкой. Любовницей не молодых богатых мужчин. В основном тех которые уже давно были окольцованы и обзавелись не одним наследником.
— Ужасный отпуск… Говорила Борисику давай в Испанию! Вместе! А он… — Она устало отхлебнула сладкий эспрессо. Откусила нежный край свежей булки.
— А он, что? — Усмехнулась Полина тоже сделав глоток ароматного напитка.
Они сидели в гостиной пили горячий кофе, завтракали ароматными булочками которые испекла Валентина Теодоровна и закусывали шоколадными конфетами.
— Ой даже не хочу… — Нахмурилась Ксения и смешно сморщила курносый носик.
Нервно принялась ковырять ногтем столик.
— Ты же знаешь у Борисика дети ещё несовершеннолетние. Сын ещё сопляк даже двадцати ещё нет, а дочери ещё четырнадцать… Жена грымза старая каждый его отпуск контролирует и в семейный превращает…
“Борисиком” был сорока девятилетний миллионер Борис Аркадьевич Цыпленков. Полина искренне недоумевала.
Ну зачем подруге такой с позволения сказать, мужчина? Толстый, плешивый, старый… Противный, что жуть…
Но Ксения на подобные вопросы хохотала как безумная. Ей внешность спонсора была не важна главное, что в кошельке. И плевать, что это очень цинично. С Борисиком было все очень, даже гладко. Мужчина потерял голову от страсти к молодой любовнице.
Отношения длились уже несколько долгих лет, но вот захомутать его никак не получалось. Ксения мечтала примерить платье невесты и родить Борису Аркадьевичу наследника, но мужчина тщательно следил за собственной репутацией и с женой разводиться не собирался хоть и обещал.
— Ну и зачем он тебе такой нужен? Ты молодая красивая женщина. — Полина положила свою ладонь на её лежавшую рядом руку.
— Ох, Полинка! Это ты хорошо устроилась: муж красавец, денег куры не клюют… А мне в жизни закрепиться нужно.
Хмыкнула Ксения беззлобно.
— Ну можно же жить без этой всей грязи! Встретишь ты ещё своего принца! — Воскликнула Полина сжимая её ладонь.
Ксения покачала головой. Мягко выдернула ладонь и сложила руки на груди.
— Глупая ты, Куколка! Наивная словно ребёнок от того и глупая. Все принцы уже короли и у каждого короля под боком уже орава детей и королева старая.
И нам красным девицам только остаётся, что любовь свою женатым королям отдавать и ждать! Чтобы жить не в чем не нуждаясь…
Ксения как-то горько вздохнула и опустила тёмные, глубокие очи.
«Что у неё на самом деле на душе?»
Наступило неловкое молчание. Которое тут же прервал ровный, весёлый голос Ксени.
Она оглядела шикарно обставленную гостиную, присвистнула, довольно ухмыльнулась.
— Вау! Вот это хоромы!
Полина улыбаясь тут же засмущалась.
— Брось…
— Сучка, мелкая, даже не сказала мне о свадьбе! — Привычно заругалась она не меняя расслабленное, хитрое выражение лица.
— И что эта за хрень в СМИ о длительных отношениях? Никогда не поверю, что ты мне не рассказала!
— Ну это долгая история…
Полина рассказала подруге все. О фиктивном поначалу браке, о чувствах к Андрею и о проблемах в ещё только зарождающихся отношениях…
Ксения слушала внимательно, а потом спросила то, что невольно заставило стеснительную Полину краснеть:
— А в постели как?
— В смысле?
— Ну… Как оно это самое — Девушка забавно задвигала бровями. — Знаешь говорят, что ревностный мужик очень страстный в этом деле…
— Ну Ксень… — Полина закрыла лицо руками. Подруги рассмеялись.
Тема зашла об интиме. Полина снова открылась близкому человеку. Сказала о том, что влюблена в Андрея, но его грубость напрягает. Полине нравилась нежность и долгие прелюдии. Андрей же всего этого не любил и мог обходиться с женой довольно жестко.
— Тебе это нравится? Вся эта грубость? — Спросила Ксения как только Полина примолкла.
Полина на это ничего не ответила. Она не знала, что сказать. Поначалу ей все нравилось. Ведь она испытывала к мужчине страсть. Но чем больше проходило времени тем больше хотелось простой и понятной любви. Нежности, тепла, заботы…
«Страсть проходит, а что у нас с ним останется после неё?»
Ксения посетовала подруге слушать себя. И не позволять относится к себе так как не нравится. Говорит обязательное "НЕТ".
— А каков этот твой, Герман? Красавчик? — Заинтересованно спрашивает Ксения.
— Очень. — Засмеялась Поля.
Вдруг в гостиную вошел Андрей. В блестящих, начищенных туфлях, в темном костюме. На лице виноватое выражение, а в руках огромный букет пионов.