Час до конца сентября (СИ)
- Я в своей епархии знаю все! - перебила Катю хозяйка деревни.
- Кать, так ты у нас теперь еще и супругой начальства станешь, - резво, пока Альбертовна не передумала, Ната открыла последнюю бутылку, разлила, рассовала в руки стаканы. - Все, да не все, могу поспорить, что одну новость не знаете, вот!
- Ну, Катюшка, живите с Назаром дружно, рада за вас. Мы, если что, поможем, обращайся, - Мария прикоснулась краем стаканчика к остальным, подставленным, выпила. - Вкусное вино. И чего это я не знаю, а?
- Так наш Решад женится тоже! - выпалила Азаля. - Да еще и отцом станет в марте.
- Ого! Иришка, поздравляю! Вот эту новость пока не слышала! - только сегодня на поле Мария видела счастливую пару. - Ну что ж, я рада вдвойне за вас, девочки! Не пей много, Ирочка, раз беременна.
- Я тут ни при чем. У него другая невеста.
- Наташ, там вино еще осталось? - удивлению Марии не было конца.
- Но ведь нельзя? - улыбнулась Ната.
- Тихо. Нам уже можно, только не буянить внизу, договорились?
- А кто нас сдал, Мария Альбертовна? Вы так целенаправленно пришли, будто знали, что мы здесь пьем, - Ната распахнула окно, залезла на подоконник с сигаретой. Чего уже стесняться. Ира подошла тоже, слушая дождь, подкурила сигарету, хотя в последнее время курила мало, да и осталась одна в пачке. Но, не сегодня… Во второй комнатке за сценой лежала пачка, точно знала.
- Так девушка такая, ладненькая, симпатичная, по-моему, я ее в ювелирном отделе в райцентре видела. В красном костюме.
Девушки переглянулись.
- Так вот это и есть невеста главврача, - резюмировала Азаля.
- Ох, епт! - вырвалось у Марии.
- А мы о чем.
Когда дружной стайкой девушки спустились со второго этажа, прибрав столы, будто и не было маленького фуршета, разбежались, кто куда по залу среди танцующих пар, Ира прошла за сцену, намереваясь забрать сигареты и постоять на крыльце в одиночестве.
Вдруг из-за портьеры, закрывающей склад, молнией выметнулась мужская рука, схватила ее за запястье, дернула к себе. Ира не удержалась на ногах, с размаху впечатавшись в мужчину, не успев даже пискнуть. Удержал, прижал к стене, закрыл собой. От поцелуя свело скулы, но оба не замечали, что делают друг другу больно, подчиняя разум химии тел.
- Давай сбежим, на одну ночь, к черту все, только одну ночь, прошу…
Челлендж с тазиком воды - ерунда по сравнению с таким предложением. Даже не любовницей. Шлюхой на одну ночь.
В ведро с ледяной водой щедро накидал грязи и ухнул ей на голову.
Без пяти минут чужой муж.
Так сама только что целовала его взахлеб, прижимаясь отчаянно, какого отношения к ней ожидала? Шлюшка на одну ночь и есть, последнее развлечение перед счастливой семейной жизнью.
- Побежали, - шагнула она по стене в сторону выхода.
- Иди к моей машине, я сейчас, - обрадованный ее согласием, не заметил подвоха. - Вот, ключи возьми. Черт, калитка заколочена…
Ира взяла ключи, выскользнула из комнатки. Ну что ж, Решад Маратович, пешком походить тоже полезно.
Гордо подняв голову, прошла через зал к выходу.
- Ирочка, любовь моя, ты куда? - Костя перехватил ее у двери, обеспокоенно заглянул в лицо.
- Каблук шатается, сбегаю, обувь переодену, я быстро.
- С тобой, может, сходить?
- Нет, Кость, я мигом, - вымученно улыбнулась ухажеру. Не понял, что она дала отставку, или не захотел, решив, что пошутила. - Пожалуйста, не ходи за мной.
Через полчаса максимум оба будут бегать по поселку в поисках, где-то нужно отсидеться до утра. Нелепая ситуация…
Она толкнула дверь, вылетела на улицу, чуть не сбив с ног Лешу:
- Иришка, ты уже уходишь?
- Лешик, сейчас ничего не спрашивай, дай ключи от твоей полиции, пожалуйста! - выпалила она.
Глаза ее лихорадочно блестели в темноте так, что друг, не задавая вопросов, сунул руку в карман, вытащил связку ключей:
- Вот этим откроешь дверь, свет я оставил на всякий случай, выключи, чуть позже постучусь три-два-три. Я тебя не видел?
- Ты меня не видел.
Осторожно выскользнул из-за портьеры, оглянулся - никого. С какого перепугу он стал прятаться? От пуль не прятался, а тут - от чужих глаз… Позорище. Ребенка обеспечит, тот ни в чем не будет нуждаться, мать его - тоже, но как жить с ней… Только бы сейчас увидеть рыжую, сказать, наконец, что хотел, и пусть осуждают люди, не прилипнет.
Вышел на улицу, вдохнул воздух, напоенный прошедшим ливнем, быстрым шагом ушел по тропинке к своему дому, стараясь ступать по мокрой траве, а не в расхлябанную дождем тропку. Ее дом стоял темным, ни пятнышка света, закрыта калитка. Решад ускорил шаг, зашел на свой участок. В комнате матери приглушенно горит ночник, с Танюшкой, наверняка, читают перед сном. Машина, как оставил, не в гараже, а под навесом. Вот только никого рядом нет.
В надежде обошел несколько раз автомобиль, гараж, заглянул в дом. Нет никого, даже трава не примята. Вернулся к ее калитке, просунул руку к щеколде, откинул, но дверь не поддалась, заперта на ключ. Перемахнул через забор, какой там забор, одно название, заглянул на террасу, подергал двери. Закрыто, и Шлимана не слышно. Для успокоения потянул и зимнюю дверь, нет, не поддалась. Набрал номер. «Аппарат абонента выключен, или находится вне зоны доступа сети»…
- Натусь, привет, Ира с тобой? Нет? Спасибо, нет, все в порядке, не переживай.
- Светик, около тебя там рыжей не видно? Нет? Ладно.
- Леший, Ирку не видел? Да так, интересуюсь. Нет? Бывай.
- Мам, не разбудил? Слушай, а соседка к нам сейчас не заходила? Нет? Поговорить со мной хочешь? Давай завтра, хорошо? Спокойной ночи.
- Альбертовна, поищи там рыжую, не видно? Да я ей ключи от машины дал, забрать бы. Нет? Не слышу, музыка у тебя орет. Нет ее? Ладно.
Осталось позвонить одному человеку, кто мог бы ее видеть. Или сейчас быть рядом. Кащей…
Только он подумал про друга, как у калитки показался лис хитрый, проделал те же манипуляции со щеколдой. Решад прижался к стене, слившись в темноте с цветом дома. Костя перемахнул через заборчик, повторил его маршрут с тем же успехом. Достал телефон. «Аппарат абонента выключен, или находится вне зоны доступа сети».
Подошел к Хаммеру, подергал дверь, заглянул в окно. Шиш тебе, Кащей, брат кровный…
Ушел. Побродил еще у его дома, но внутрь заходить не стал. После прошел мимо, обратно к клубу.
Ищи-ищи, родной.
Но где она может быть? Где появлялась чаще всего в последнее время?
Вдруг, как жаром обдало. Так в больнице же, у Леонида Матвеевича! Ну и что, что поздно, пересидеть могла именно там, где вряд ли кто подумает искать.
Быстро, стараясь держаться в тени, пошел следом за соперником, но свернул в кусты у больничного забора, пролез, согнувшись в три погибели, через дыру в сетке-рабице. На днях просил завхоза затянуть лаз, а сейчас поблагодарил старика за медлительность. Прошел через приемный покой, заглянул в ординаторскую - пусто.
Поднялся на второй этаж. В палате у Агути на стульях чинно сидели подростки, бережно отставив загипсованные, разрисованные уже, конечности, жевали бутерброды, шумно прихлебывая чай. Славик хозяйничал у стола, чистил деду и детям бананы. Назар, удобно устроившись на открытом подоконнике, резко затушил сигарету, увидев начальство.
- Доброго вечера, Маратыч, ты чего такой серьезный? - дед обрадовался еще одному посетителю. - А мы тут чаек соорудили, Славик вот бутерброды приволок, хочешь? Хош - с рыбкой красной и укропом, хош - с колбаской и огурцом, а, ты как?
- Спасибо, приятного аппетита, Леонид Матвеевич, - улыбнулся Решад бесхитростному приглашению на ужин. - Я не голоден.
- Ну, как знаешь, в большой семье клювом не щелкают.
- Парни, через час - к себе в палату, носами в подушки, а то завтра родители по тыквам настучат, и, в первую очередь, мне, - пытаясь быть грозным начальником, погладил по беспокойным головам подростков.