Час до конца сентября (СИ)
- Я это не надену! - обреченно отступила она, оглянулась беспомощно на владелицу салона, ища поддержки. - Ни за что!
- Ты за моего сына в этой тряпке собралась? Ирочка, ты собираешься Виталю позорить перед всеми нашими родственниками? Немедленно меряй это платье! - женщина возмущенно раздувала ноздри, не собираясь отступать.
- Светлана Юрьевна, в нем я перед своей родней опозорюсь…
- Ты замуж выходишь, деточка, от своих к нам в родню переходишь. Да и кто из твоих родственничков что скажет? Эля где? Ни разу сватья не появилась на примерках, все я, время трачу, без корвалола спать не ложусь! О, как закололо сердце! Виталечку б только женихом увидеть, полюбоваться и в гроб ложиться не страшно, - запричитала дама, картинно рухнув на диван, хватая воздух ртом. - Вот помру я, делайте, что хотите, недолго осталось!
- Мама на работе, я ей фотографии отправляю, - попыталась защитить отсутствие матери девушка, но испугавшись, не дай Боже, и правда, мать жениха по ее вине заболеет, сдалась. - Хорошо, Светлана Юрьевна, я его примерю…
- Лида, принеси воды, пожалуйста, - распорядилась Валерия, увидев, что из необъятной сумки на столике появилась упаковка сердечных капель. - Леночка, отнеси платье в примерочную.
- Это звездец… - богато украшенное платье встало на невесте колом, затмив блеском виновницу будущего торжества. - Баба на чайнике.
- Ирочка, не поверите, хит продаж, - вздохнула Валерия.
- Можно хотя бы бант снять со спины? - жалобно попросила Ира. - Чую, придется в этом чудовище всю свадьбу скакать.
- Можно. Выходим на подиум?
- А есть варианты? Выход запасной?
- Мы постоянно идем на компромиссы в этой жизни, Ирочка. Маленькое одолжение сейчас - в будущем обеспечено хорошее отношение свекрови.
- Если бы, Валерия Владимировна, если бы…
- Вот, другое дело! - воскликнула Светлана Юрьевна, оторвав телефон от щеки. - На, поговори с Виталиком.
Взяв протянутый телефон, Ира не смогла сдержаться от брезгливой гримаски, увидев разводы жирных пятен на экране. Стараясь не касаться щекой, поднесла к уху:
- Да, любимый, привет.
- Ну чего ты истерику устроила? Мама говорит, что она шикарный вариант выбрала, приличный.
- Но, Виталь…
- Ир, мне сейчас некогда, давай сама. Ир, я буду счастлив, если две мои любимые женщины станут дружить и уступать друг другу, ведь так поступают в нормальной семье, правда? Тебе с родителями не повезло, посмотри на моих, тридцать пять лет вместе, душа в душу! А все потому, что уступают друг другу! Мама же старается для нас, правда? Люблю, целую, зайчонок. Вечером поговорим.
- Хорошо, Виталик, целую, - вернула телефон, кивнула обреченно. - Берем это.
Вспомнила молчаливого, щупленького, рано полысевшего будущего свекра, мучительно и быстро напивавшегося при каждом удобном случае. Душа в душу со Светланой Юрьевной прожить тридцать пять лет, о, да, подвиг!
- Давай еще фату, вот эту, пышненькую, и к ней цветы нужны, как ободочек, - зачастила женщина, пальцем тыкая в витрины. На шею можно гарнитур, у тебя есть, Виталик показывал, и серьги, я тебе подарю, красивые, золотые, с камушками, для тебя ничего не жалко!
Надеясь, что будущая свекровь не видит ее выражение лица, Ира сфотографировала себя в зеркале, отправила двум подругам с комментарием: «Девки, на отпевание сегодня придете? «Идол», одиннадцать, скорбное выражение лица предъявить обязательно!»
- Ирочка, оплачивай, и поедем в Тандем[1], потом домой меня отвезешь, - капрал вовсю распоряжался чужим временем. - Как я сегодня устала!
- Но, Светлана Юрьевна, Вам же Виталик карту дал! - нет, она может оплатить покупку, но договорились же, что платье оплачивает жених.
- Вот после свадьбы станешь распоряжаться деньгами Витали, а сейчас, не обессудь, лучше вам поэкономить, - женщина даже сумку спрятала за спину. - У тебя все равно отцовские карты, своих денежек не заработала, сама понимаешь, Ирочка, от тебя никакого толку, кроме красоты. Я ведь тебе только добра желаю! Так денежка прибережется, Витале нужно будет при новой должности выглядеть солидно, вот и потратите.
- Хорошо, - едва не плача, невеста направилась к кассе. Уступить сейчас, чтоб потом было легче. Да и отчасти права Юрьевна, она в своей жизни не заработала ни гроша, только тратила.
- М-да, сожрет девчонку крокодилица, - выдохнула Лида, когда закрылись двери за покупателями, и больше не нужно изображать радость. Для таких покупательниц в салоне были два кодовых обозначения: «Жаба» и «Крокодилица». Светлана Юрьевна удостоилась носить оба. - Италию выставляем в зал, Валерия Владимировна? Может, расставим по талии, купят его, наконец.
- Она вернется, Лидусик, вернется девочка за этим платьем. Убери его ко мне в кабинет, никому не показывай. И ту смену предупреди, чтоб при просмотре каталога указывали, что продано. Не продержится этот брак долго, помяни мое слово. Никакая любовь не спасет разность воспитания…
- Ждем?
- Да, Лидусик. Займись платьем, потом можешь идти домой. Сегодня по записи никого, кто случайно зайдет, мы с Леной справимся.
- Благодарю, Валерия Владимировна! Честно, после этой мадамы, как выжатый лимон, - обрадовалась девушка. - Пораньше Сережку из садика заберу!
[1] Торгово-развлекательный комплекс, расположенный в Московском районе города Казани.
- Ирка, один вопрос: за что столько красотищи в одни руки? - поставив на столик бокал, Ландыш повернулась к подруге, вновь и вновь рассматривая фото. - Из него же десять платьев сшить можно, и еще останется на юбку!
Обсуждая событие дня, девушки привычно расположились в любимом ночном клубе на уютных диванчиках за черными металлическими ограждениями. Через пару часов здесь станет шумно, но пока посетителей еще было немного, и музыка не мешала разговору.
- А ты пробовала против танка с детской лопаткой? Девочки, я ее порой боюсь, - призналась невеста. - Да и прикусываю все время язык, не хочу ссориться.
- Юрьевна, конечно, трындец, без вкуса, без цвета, без запаха баба, - вспомнила Женька наряды будущей свекрови подруги детства, и передернула плечами. - То платье, реально ахрененное, ты, надеюсь, тоже купила тихонько? Перед регистрацией я б чисто случайно пролила чего ядовитое на великолепие царское, быстренько б тебя переодели, посокрушались моей рукожопости, и пошла б в приличном под венец.
- Не подумала, Жень, - вздохнула горюнья. - На днях съезжу, куплю. Правда, Жень, ты готова к визгу и воплям Юрьевны, а? Сегодня такое показательное выступление было, на свадьбе явно всех смоет от бенефиса. Должна тебе буду, по самое горло!
- Голуба моя, любой каприз, лишь бы эту лепнину царскую на тебе не видеть! Это же потом всю жизнь на фотки смотреть и слепнуть, а мне мои глазки дороги, как память. Выпьем!
- Сзади еще бант…
- Ирка, может, водки?
- Угу. И с Денисом Максимовичем на пару в этом семействе шкалик прятать за мусоропроводом. Надеюсь, что мы с Виталиком будем видеть его родню как можно реже.
- Не знает Юрьевна твоего характера, ой, осюрпризишь мутер! - Ландыш хихикнула в ладошку, высунув кончик языка. - После свадьбы не заметит, как ей дорога к твоему дому будет перекрыта, и с твоей фирменной улыбкой.
- В машину сели, она мне заявляет, что я должна ее звать мамой. Девочки, я психанула, сказала, что мама у меня есть. Что там понеслось! Чую, Витале наябедничает, - вздохнула Ира. - Мы и так с ним последнее время на нервах, еще один повод для раздражения.
- Элю, конечно, трудно назвать образцовой матерью, но прости, сколько ей было, когда она тебя родила? Восемнадцать?
- Семнадцать. Отцу - восемнадцать… Да у меня лучшие родители, чтоб Юрьевна не квакала!
- Никто не спорит, Ирка, не возмущайся.
- Ох, девочки, я уже хочу быстрей пройти этот свадебный квест, и жить-поживать тихонько. Маленький домик, русская печка…