Час до конца сентября (СИ)
- Видишь, пусть с небольшими неточностями, но все сбылось. Я постараюсь быть достойным тебя, - став серьезным, тихо произнес, как клятву. Потихоньку начал целовать любимую, развязывая пояс домашнего платья. - Скажи еще раз, как утром?
- Люблю. Я очень люблю тебя, Решад. Ты даже не представляешь, как давно, даже страшно!
- Я тоже.
-Август-
(22 августа, среда, +20)
- Доброе утро, любимая. Встаем? - только забрезжил рассвет за окном, притянул к себе сонную девушку, зарылся носом в спутанные кудри. Вчера еще долго разговаривали, и после, когда Ира засопела сладко, смотрел на нее, все больше убеждаясь в правильности нелегкого решения. Плевать, сколько будут молоть языками, если она хочет жить в своем доме, он будет рядом, жить там, где она, служить своей принцессе…
Переломила стальной хребет легкой пушинкой, и нет ни обиды, ни унижения, да и не должно быть в любви такой боли.
И впервые приснился отец, таким, если б не пил, и дожил до сегодняшних дней. Будто встали зеркалом оба, вглядываясь друг в друга, как в отражение, вдруг обнялись, и только успел прошептать: «Папа, прости…» как руки ощутили пустоту.
Одобрил, простил.
Ушел…
- Куда в такую рань? Немного еще поспим, - пробормотала соня, поворачиваясь. - Может, не поедем, а?
- Все, передумала? - нахмурился Решад.
- Просто спать охота, сил нет.
- Ничего не знаю, быстренько в душ, завтракать и вперед, потрясать местное общество, - потянул любимую за руку за собой с кровати. - Вставай, мавка моя лесная. Приедем обратно, поспим.
- Всю жизнь командовать будешь?
- Местами.
- Мам, доброе утро. Тебе в райцентре надо что-нибудь купить? Мы едем заявление подавать, - между делом объявил Решад, крепко держа за руку свою невесту. Не сговариваясь, зашли к матери, сказать главную новость.
- Ты не шутишь, улым? Ирочка, он не шутит? - охнула Наиля. Разогнулась от грядки, внимательно посмотрела на пару, стоящую перед ней. - Дети, вы серьезно?
- Вот и я ему говорю, Наиля-апа, куда торопиться, нет, поднял в такую рань, не разбудил, тащит в ЗАГС, кофе допить не дал, - хитро улыбаясь, Ирина с нежностью потерлась щекой о плечо любимого. - Все по-взрослому, Наиля-апа, вот, - и показала правую руку с колечком на безымянном пальце.
- Вы пока болтаете, я паспорт возьму, машину выгоню, - новоявленный жених пошел к дому, решив дать женщинам несколько минут.
- Ирочка, кызымочка, а переехать обещал, или опять за трусами бегать домой будет по утрам?
- Обещал, что после, как вернемся, соберет вещи. Я шкафы давно освободила.
- Ох, дети, только б без ругани жили…
- Пока ни разу не поссорились, с восьмого числа, - и Ира густо покраснела, вспомнив ту ночь.
- Да, для вас - большой срок, - рассмеялась будущая свекровь. Вдруг посмурнела, погладив осторожно девушку выше локтя материнским крылом. - Ирочка, может, ты беременна, поэтому спешите?
- Нет, Наиля-апа, Решад добровольно сдается, без угрозы ребенком. Сам, и с песней, просто нужно было знать, какие места ему горчицей намазать.
- С тобой не соскучишься! Пойдем, уже сигналит, нетерпеливый.
Когда машина стартанула в сторону трассы, Наиля еще долго стояла у калитки, глядя вслед, молясь тихонько за детей, не заметила, как к ней подошла от дома напротив ее приятельница, мать Алексея.
- Это куда твои молодые в такую рань умчались, нарядные такие? Все смотрю, у Иры платья красивые, все хочу спросить, где покупает.
- Ох, Оленька, собрались заявление подавать, представляешь?
- Молодец, Решад, правильно делает, - качнула соседка в ответ головой, не удивившись совершенно. - Ирка - девочка хорошая, тоже повезло парню.
- Твои когда?
- Решили к декабрю, сама знаешь, у Наты хоть какой-то срок должен пройти, хотя, я б не стала ждать в ее случае, - Ольга доверительно склонилась к подруге. Речь ее плавно текла, как и у сына, ручейком, только успевай кивать в нужных местах. - Знаешь, мне полегче стало. Натуся по огороду бегает быстрей меня, только слышно: «Тетя Оля, что сделать? Тетя Оля, отдыхайте!» У Леши теперь чистота такая в доме, мне прибираться не надо, готовит девочка просто отлично. На днях попросила ее не звать тетей, мамой уж, с сыном живет, так расплакалась, чудачка, ну и я вместе с ней поревела, обняла девочку, куда теперь деваться, и так хорошо стало, как камень какой сбросила. Леша счастлив, это - главное. Сабинка с Танюшкой довольные бегают, все вместе играют.
- Да, девочки и так дружили, а сейчас - не разлей вода, - подтвердила Наиля.
- Может, ты в курсе, Наилюша, все мне кажется, что Танечка наша, от Леши, ничего же от Царевых нет, - тихонько, будто кто подслушает, поделилась наболевшим приятельница. - Может, фантазирую себе…
- Вот этого не знаю, никогда не спрашивала у Наты, да и она не говорила. Даже если и так - хорошо же, Оль.
- Хорошо бы. Прикипела я к девочке, к внучечке, раньше боялась и приветить, чтоб Людка Нату не сгрызла окончательно, и так натерпелись мы от этого семейства, - женщина вдруг вспомнила, зачем пошла, да за разговорами забыла. - За молоком идешь к Ксене?
- Да, подожди меня, сумку возьму. Детям тоже принесу, лишним не будет.
У банка припарковался, вспомнив, что нужно заплатить пошлину.
- Подожди, я быстро. Не сбегай.
- А что, можно было? - хихикнула девушка.
- Ирка, сейчас запру в машине. Надо было у Лехи наручники попросить.
Пока Решад ходил за квитанцией, написала в чат родни: «Вы будете смеяться, но меня замуж позвали. Едем подавать заявление». Мать немедленно откликнулась смеющимся смайлом, зная эту чудесную новость еще со вчерашнего вечера.
«Когда предъявишь миру беднягу?» - брат не удержался от подкола.
«Систер, поздравляю! Челу соболезную» - не отстал второй.
«Делаем ставки, господа! Я ж в прошлый раз не ошибся. Ставлю пять щелбанов, что свадьбе быть, кто поднимает?» - дед, как всегда, был в своем репертуаре: «Кстати, Сашка, ты мне три щелбана продул! На юбилее своем не забудь напомнить».
«Поднимаю ставку, дядя Реймо! Свадьбе быть» - это уже включился в семейное развлечение Бахтияр.
«Так не честно, Бахтиярчик, ты жениха знаешь!» - ответила Ира.
«Ну, если Баха в курсе, тут без вариантов, я сразу - пас! Мне мой лоб дорог, с апреля еще болит. Ирка, мои поздравления» - отчим рассыпал горсть смайликов с сердечками.
«Я уже пригласил будущего родственника на свой юбилей, там и рассмотрите эту тушку. Только учтите, он ростом с меня, микроскопы наши может в кулаке смять».
«Toinen hyvä uutinen, veljentytär!»[1] - дядя Артур порой забывал, что не все в чате владеют финским, но тут же исправился: «Я написал, что это тоже отличная новость. Надоело на родню сверху смотреть. Одни маковки вижу. Макушки?». И смайлик с высунутым языком-дразнилкой.
«Макушки, дядя, правильно, да» - ответила Ира.
- Все, можем ехать, жаным, - Решад сел в машину. - Ты чего ржешь?
- Родню оповестила о нашем приключении, потом почитаешь, тоже повеселишься, - Сейчас обсудят. Кстати, а когда отец успел тебя на день рождения позвать?
- Он заезжал ко мне на работу, поговорили еще. Обменялись контактами.
- Вау. Никому из моих эм-м-м, - под внимательным взглядом жениха Ира попыталась подобрать слово приличней. - Серьезных ухажеров папа свой телефон не давал. Даже последнему.
- Я в курсе, Ир, можешь не мяться, - Решад перевел взгляд на дорогу. - Но, уже говорил Александру Рэймовичу, и тебе повторю - я благодарен тому щеглу.
- Знаешь, недавно снилось, что ты спускаешься по этим ступеням с другой, и такой счастливый, - Ира кивнула на белое здание, что показалось вдалеке. - Это было страшно.
- А мне сегодня отец снился… Впервые за всю жизнь. Хороший был сон, - Решаду вдруг захотелось поделиться этим с любимой. Она поймет. Уже загнал машину на стоянку, заглушил мотор. - Ну, что, счастье мое, паспорта, квитанцию, мозги - все взяли?