Час до конца сентября (СИ)
- О, спасибо, а то у нас одна бутылка осталась.
- Алкашки!
- А чего стесняться? Решад, сразу быт начался, да?
- С тобой на любой быт согласен, честно. Все по-взрослому, теперь вместе, Ирк?
- В каком?
- Женщина моя, не зли меня!
- Ты сам просил - без обязательств, я выполняю твои требования.
- Ошибался, любимая. Я же сказал - все принимаю, и права, и обязанности, и обязательства.
- Посмотри направо.
- Что?
- Там мамонт сдох. И разлагается!
- Приехали шуточки за сто. Я ведь посмотрел!
- Я не сомневалась!
- Дошутишься, жаным. Все, в магазин, потом выруливаю на дорогу, время подлета - тридцать минут. Заеду на работу, постараюсь не задерживаться, и к тебе, родная. Целую, - и все эти милые благоглупости, которыми обмениваются влюбленные, оказывается, так приятно говорить, закрывая телефон от лишних ушей. - Люблю тебя. Я уже соскучился.
- До встречи, - а «люблю» Ира прошептала, когда нажала кнопку отбоя, стоя на крыльце магазина.
Решад улыбнулся, и вновь ощутил тот щенячий восторг, который захлестнул его с утра, когда, одеваясь, смотрел на растерзанную постель и гибкое тело сонной мавки, снизошедшей до земных страстей.
И даже от воспоминания недовольной новыми запахами морды Шлимана, что утаптывал одеяло под рукой спящей хозяйки, захотел рассмеяться в голос от счастья. И как заботливо укрыл любимую одеялом, поцеловал в теплые, мягкие губы, когда она повернулась к нему, потянулась, улыбаясь во сне.
Не приснилось, как обычно, а сбылось в реальности. Было. И будет еще.
Оглянулся, заметил Лару, внимательно слушающую его разговор. Женщина усмехнулась, понимая, с кем сейчас мурлыкал в телефон бывший любовник, отвернулась, намереваясь уйти.
- Лар, постой!
- Привет. Извини, мне некогда, Решад Маратович, - сохраняя остатки самообладания, Лариса улыбнулась вежливо.
- Спасибо тебе, Лар, - искренне поблагодарил он.
- За что?
- Сама знаешь.
- Ерунда, не стоит, - чуть коснулась закатанного по привычке рукава его рубашки, поправляя. Помедлила, но спросила. - Ты счастлив?
- Да. Очень, - врать не было смысла.
- Значит, Костик обломался? - вдруг хихикнула Лариса, как школьница. - А гонору было!
- Получается. Лара, прости меня, если что.
- Ого, ты становишься человеком! - и, уже развернувшись, добавила, подпустив шпильку. - Надолго ли?
- Ой, привет, Ирка! - Наташа выскочила на крыльцо навстречу подруге. - Слушай, у вас что, все было?
- Так видно? - счастливая улыбка и зардевшиеся щеки были красноречивее ответа.
- Да вы с Решадом, как два кота, стащившие ведро сметаны! Он утром за сигаретами залетал с такой же блаженной рожей - обнять и плакать. Никогда его таким не видела.
- Завтра у кого будем посиделки устраивать? - сменила тему Ира. Можно у нас.
- Ого, уже у «вас»? Все настолько серьезно?
- Наташ, я оговорилась.
- У тебя мангала нет. А у нас - есть.
- У «нас»? - рассмеялась Ира, заставив покраснеть подругу. - Сейчас Решад мясо привезет. Сколько нас собирается?
- Леша раков обещал, но и шашлыки в твоем фирменном маринаде лишними не будут. Десять человек, если Светик с Артуром придут, и Назар от Катюшки отлипнет ненадолго.
- Хорошо, побольше замариную.
- Ой, вон твой едет, легок на помине, - Ната кивнула в сторону дороги в окне, где только что в сторону больницы промчался черный Форд.
- Натусь, батон, пожалуйста, дай, и я побегу, хорошо?
- Беги уже, а то глазами мне окно подожжешь, - отправила подругу на выход Натка, чтоб побыстрее схватить телефон, обсудить с Азалей новость дня.
Припарковав машину между больничным забором и зданием администрации, чтоб не разворачиваться, а занести документы на работу и сбежать домой, Решад заметил, как из магазина выскочила Ирка. Не обращая внимания на бабулек на лавке, на прохожих, рванул к ней, оставив дверь открытой. Если раньше, с другими, ограничивал «телячьи нежности» прилюдно, то теперь не стеснялся никого.
- Привет, давай я пакеты заберу сразу, как раз из магазина иду, - предложила Ира, не доходя до него пару шагов.
- Во-первых, иди сюда, поцелую.
- Решад, люди же смотрят.
- И что тебя смущает? - мужчина не дал ответить, прижал к себе, жадно поцеловал любимую.
- Уже ничего… Еще разик меня поцелуй?
- Дорвалась?
- Ах ты! - шутливо стукнула кулачком в грудь, но сама потянулась снова к его губам.
- Так, - оторвавшись от лучшего занятия на планете, со вздохом влюбленный вспомнил про земные дела. - Сейчас довезу тебя и покупки, и маме взял у Рената мяса, Тени целый мешок обрези. К тебе заходить не стану. Боюсь, сорвусь.
- У-у-у, как у тебя крышу разметало.
- Давно. Как к тебе в машину сел.
- Ну, тогда поезжай один, там с террасы открыто. Я пока к Марии Альбертовне зайду.
Оставшись без любимой подружки, Фирюза, казалось, побледнела, поскучнела, но, свято место пусто не бывает, и вот уже Змей Горыныч поселка, обновленным составом следил за нравственностью и порядком:
- Ты смотри, городская уже вокруг главврача хвостом метет!
- Так она ж за Костика замуж пошла, - удивилась Мадина, разглядывая откровенно целующуюся парочку.
- Какого Костика? Это Николая Степаныча сынка? - изредка присаживающаяся на лавочку мать Коляна все чаще выходила отдохнуть от домашних дел и посплетничать. С тех пор, как нелепо погиб дружок сына, Колька все реже и реже выпивал, стал помогать старикам в огороде, обещал устроиться на работу.
- Его, его, ты ж смотри, как присосалась!
- Это когда они женились?
- Так Костик в тот день, когда Санька сгорел, приезжал за ней, я слышала, как он сам говорил, что замуж позвал эту вертихвостку, - Фирюза понизила голос, вдруг главврач услышит.
- Так не женились еще, времени-то мало прошло. Или сейчас сразу женят?
- А Решадка наш тоже хорош, другу рога наставляет, и не стесняется! - охнула Мадина, но осеклась, увидев, что рыжая оторвалась от своего кавалера и направилась к ним.
- Здра-а-авствуй, Ирочка, деточка, ты все хорошеешь!
- Добрый день, а Мария Альбертовна у себя, не видели?
- У себя, у себя, проходи, красавица! - спрятав жала, закивали кумушки.
Но, как только за девушкой закрылась дверь, выпустили яд:
- Пошла жопой вилять, ни стыда, ни совести!
Часам к шести вечера Ира повалялась в горячей ванне, дважды переоделась, выбирая наряд, переставила тарелки, протерла вилки. В семь села на ступени террасы с бокалом вина, но нервно вертела его за ножку, так и не выпив. Наконец, от калитки послышались торопливые шаги, раньше хозяина из кустов выпрыгнула Тень, привычно ткнулась мордой в приветствии и улеглась на теплые доски рядом с котом.
- Ужинать будем?
- Потом, все потом. - Решад подал девушке руку, рывком поднял, припал к губам. - Чуть не сдох без тебя… Как мальчишка.
- Остынет же! - а сама уже обвила лозой рук его шею, пальцами поглаживая затылок, прижалась крепко.
Как же странно уменьшается расстояние до постели, когда вдвоем, обнимаясь и целуясь на ходу, моментально сброшена одежда, которую так тщательно выбирали оба, и свет ночника причудливо оттеняет древний танец тел под музыку нежных бессвязных признаний и стонов восторга, поделенных на двоих.
И впервые не хочется покидать постель сразу после страстей, выпускать из объятий свою женщину. Только лениво лежать, обнимать, гладить ее, трогать, где лягут ладони, счастливо улыбаться, с удовольствием отвечая на ее спонтанные вопросы.
- Решад, а когда у тебя день рождения?
- Двадцатого ноября.
- Хорошо…
- Я давно не отмечаю.
- В этом году будем праздновать.
- Что, с подарками и свечками на торте?
- И шариками под потолок! Тебе утром во сколько на работу?