Опричник. Том 2 (СИ)
На этот раз стесняться и играть паиньку я не собирался, а потому вызванный на Ходынку «Борей» сначала доставил меня из Москвы в Червоннорусское воеводство к самой границе эфирного безумия, бушующего над Апецкой, где я открыл окно на базу и забрал предупреждённых заранее сопровождающих. После чего шлюп вновь поднялся в воздух, чтобы уже через несколько минут приземлиться аккурат на мощёной булыжником центральной площади городка, по-прежнему изо всех сил притворяющегося средневековым… а не на его окраину, как это было в первый раз. Правда, и чрезмерно пугать местное население тоже не входило в мои планы, а потому к дому Ракоци нас с Роговым сопровождали лишь шесть дружинников в лёгких СЭМах во главе с Ведьмой, тогда как тяжи остались на Апецке.
Официальная резиденция семьи Ракоци, расположившаяся здесь же на центральной, то есть, Ратушной площади Водицы, оказалась четырёхэтажным фахверковым зданием с довольно узким фасадом и высокой, покрытой сланцем крышей, усеянной добрым десятком труб-дымоходов. Нависающий над парадным входом деревянный балкон, украшенный гербовым щитом, мог похвастаться затейливой сюжетной резьбой и мудрёными, сияющими ярким разноцветьем витражами остекления высотой в пару этажей. Солидный, в общем, особняк, не хуже московского дома Бестужевых, хотя и выстроен в совершенно ином стиле.
Нас встречали. Стоило только нашей компании подойти к массивным двустворчатым дверям, как те распахнулись, и на пороге показался одетый в строгий чёрный фрак седовласый мужчина с затянутыми в белоснежные перчатки руками. Не старик, хотя изборождённое тонкими морщинами лицо и водянисто-серые глаза выдавали немалый возраст встречающего, но выправку и лёгкость его движений было не скрыть даже медлительной плавностью, старательно демонстрируемой дворецким. А за его спиной маячила пара охранников, выдвинувшихся из глубины холла навстречу нашей компании.
И снова никаких «камков», «тактики» [18] и торчащих на всеобщее обозрение злых железок. Только чёрные, чуть свободные, чтоб не стеснять движений, костюмы, выглаженные брюки со стрелками, о которые можно порезаться, и сияющие чёрным же глянцем туфли. Я невольно бросил взгляд на Георгия и тот, заметив, отвёл глаза.
Ну-ну. А сколько сил мне пришлось приложить, чтобы отговорить своего ватажника и, по совместительству, майора «Гремлинов» надеть для этого визита цивильный костюм! Так он же и от того, чтобы нацепить знак ордена Святого Ильи отбрыкивался руками и ногами. «Да зачем? Мы же, считай, на Фронтире! Да кому это здесь нужно! Я лучше в камуфляже… Зачем мне эта удавка?!». Галстук ему не понравился. В «камке» он на официальную встречу решил явиться. Хорошо ещё, что от значка «Гремлинов» на лацкане не отмахивался. Это уж и вовсе перебор был бы!
Впрочем, от желания прихватить в поездку пару небольших пистолетов, ныне прятавшихся под серым пиджаком Георгия, я не отговаривал. Так что, совсем уж беззащитным перед хозяином этого дома наш ещё до недавнего времени абсолютно гражданский студент и ботаник не предстанет. Но всё же… как меняет людей окружение! Ведь ещё полгода назад засунуть Рогова в бронежилет было тяжелее, чем отобрать у него вычислитель! А теперь он, видите ли, в гражданской одежде чувствует себя лыжником в ластах, а без оружия и вовсе голым. Милитарист…
— Добро пожаловать в малую резиденцию Ракоци, господа! — хорошо поставленным глубоким голосом произнёс дворецкий, распахивая настежь обе створки дверей.
— Благодарим, — коротко кивнул Георгий и, как мы и договорились по пути в Водицу, чуть притормозил, пропуская меня вперёд, что не укрылось от острых взглядов встречающих. Этикет, однако… и демонстрация субординации, чтоб хозяевам было полегче, хех.
— Виктор! Проведи сопровождающих наших гостей в Синий салон и не забудь предложить им чаю, — проговорил дворецкий, и один из охранников, кивнув, знаком предложил Ведьме и её людям следовать за ним. И те последовали, но лишь дождавшись от меня разрешающего жеста, что не укрылось от внимания дворецкого. Впрочем, он, как и положено истинному представителю своей профессии, сделал вид, что ничего не видел, не слышал, и вообще, здесь никого нет, кроме приглашённых гостей. К нам он и обратился: — Вам же, господа, предлагаю следовать за мной. Боярин Ракоци примет вас в Большом зале.
Обещанный дворецким большой зал оказался действительно просторным помещением, расположившимся на втором этаже особняка. Зал впечатлял огромным зевом камина с поддерживающими высокую полку каменными горгульями, отделкой стен резными дубовыми панелями и высоким ярким витражом в противоположном от камина торце помещения. В той же части зала расположился и длинный, словно ВПП [19], широкий стол с массивной столешницей, нарочито грубо сбитой из толстых досок. Не знай я, что этому дому нет даже сотни лет, и впрямь поверил бы, что нахожусь в парадном зале древнего рыцарского замка, хозяева которого, кстати, следят за своим имуществом не в пример лучше иоаннитов в Лагуве. В пользу этих ассоциаций играли и потемневшие от времени, а кое-где и откровенно ветхие, но ухоженные полотнища стягов, подвешенных под высокими, теряющимися в темноте стропилами.
Пафосное местечко. Да и хозяин ему под стать. Устроился во главе стола в огромном троноподобном кресле, будто памятник своему величию. Сидит, смотрит… ждёт, пока мы преодолеем все тридцать метров от дверей до его трона, и вставать навстречу гостям явно не собирается. М-да. Увлёкся, наверное, слушая, как отдаются эхом под высоким потолком наши шаги по каменным плитам пола.
— Майор Рогов, — медленно произнёс Ракоци, дождавшись, пока мы окажемся в нескольких шагах от него. И перевёл взгляд на меня, — и…
— Мой атаман, боярин Николаев-Скуратов, — коротко отрекомендовал меня Георгий.
— Вот как… — поднявшись-таки со своего трона, Петер Ракоци метнул недовольный взгляд на замершего у его правого плеча дворецкого и вновь посмотрел на меня. Губы его разошлись в коротком намёке на улыбку. Дежурную такую… — Рад видеть вас в своём доме, боярин. Прошу прощения за нерасторопность моих слуг. Я не был предупреждён о вашем визите… Герман, распорядись там. А вы, господа, присаживайтесь. Сейчас Герман подаст кофе.
Дворецкий молча кивнул и, мягко скользнув в сторону, почти мгновенно исчез из виду, скрывшись за замаскированной боковой дверью, с виду ничем не отличающейся от соседних деревянных панелей, прикрывающих стены зала.
— Пустое, пан Ракоци, — я махнул рукой и, отодвинув от стола телекинезом ближайший ко мне резной тяжеленный стул, постарался устроиться на нём поудобнее. Учитывая отсутствие хоть какой-то мягкой набивки, это было… проблематично. — Я случайно узнал о вашем приглашении и… любопытство, знаете ли, заело. Захотелось узнать, что вдруг вам понадобилось от моего ватажника. Вот и присоединился без предупреждения к Георгию в этой поездке в Водицу. Так что вам не за что корить ваших подчинённых.
— Понадобилось, да… — устроившись на своём троне, протянул Ракоци, не дожидаясь, пока Рогов усядется на соседний с моим стул. — Видите ли…
— Кирилл. Кирилл Николаевич, если вам так удобнее, — кивнул я в ответ на безмолвный вопрос хозяина дома.
— Да, Кирилл… Николаевич, — вновь заговорил хозяин дома. — Видите ли, до меня дошли слухи, что на земле, сданной мною вашему ватажнику в аренду, происходят странные вещи, чуть ли не открытые боевые действия, едва не дотягивающие до полноценного сражения. А не далее как два дня назад я получил информацию от своего конфидента в Рахове, что Апецка стала и вовсе недоступна ввиду бушующего над ней эфирного ветра. Именно с целью прояснения этой ситуации я и выслал приглашение майору Рогову. Вы должны понимать: такая информация, пусть даже не подтверждённая, может быть основанием для пересмотра нашего соглашения об аренде. Мне не нравятся войны на моей земле!
— Понимаю, слухи и впрямь беспокоящие, — покивал я и, дождавшись, пока скользнувшие к столу неприметно одетые слуги расставят перед нами серебро кофейных принадлежностей и исчезнут всё за той же замаскированной дверью, продолжил: — но могу вас заверить, что сейчас на Апецке всё в порядке. Не позже чем через два дня эфирный ветер сойдёт на нет, а ещё в течение недели «Гремлины» проведут полную дезактивацию прилегающих к базе земель. Так что волноваться не о чем, уверяю вас. Никакого непоправимого урона ваши земли не понесут, а находящиеся на них леса будут восстановлены моим отрядом в полном объёме, как того и требует заключённый вами договор. Ни буква, ни дух его не нарушены, и нарушены не будут. Обещаю.