Обман сердца (ЛП)

МакКинли прикрывает рот ладонями.
— Эй, Крам Кейк. Перестань дрочить в душе и иди сюда, чтобы познакомиться с нашим новым вратарем.
Стамос хихикает.
— Не зли его, Мак. Он сегодня в дерьмовом настроении.
— Когда у него не бывает дерьмового настроения?
Тренер трет переносицу.
— Что ж, оставлю тебя знакомиться с парнями. Если возникнут какие-либо вопросы, не стесняйся обращаться.
— Спасибо, тренер.
Он сжимает мою руку.
— Рад видеть тебя в команде.
Я киваю.
— Счастлив быть здесь.
После того, как тренер выходит из раздевалки, высокий бородатый мужчина выходит из душа и свирепо смотрит на МакКинли.
Александр Крумкачев. Капитан команды и центровой. Один из лучших игроков на данный момент в НХЛ.
— Добро пожаловать в команду, — он пожимает мне руку. — Сожалею о том, что с тобой случилось.
Отлично, решил сразу обратить на это внимание всех присутствующих в комнате.
Я небрежно пожимаю плечами, как будто то, что меня предали, а затем продали другому клубу, не искалечило.
— Что есть, то есть.
Крумкачев качает головой.
— Здесь тебе не нужно беспокоиться о подобном дерьме. Ты теперь один из нас, часть семьи.
Я думал, последняя команда была моей семьей.
Посмотрите, чем это обернулось.
— Все, чего я хочу, — это играть в хоккей, — говорю я.
— И ты, черт возьми, будешь играть, — МакКинли хлопает в ладоши. — Это чертовски отличный сезон, ребята. Я уже чувствую запах победы.
Я сам лично позабочусь об этом.
Нужно доказать всем, чего я стою и терять больше нечего.
ГЛАВА 3
Кэссиди
Будильник звонит ровно в 5:00 утра.
Время шоу.
Я включаю Bluetooth и увеличиваю громкость настолько, насколько могу. Сегодняшнее утреннее выступление я выучила наизусть. Никто не может брать высокие ноты так, как Энн Уилсон, но стоя одна в душе, я чертовски стараюсь.
Улыбка расплывается по лицу, когда я направляюсь в ванную. Если сосед может слышать пение через стену, значит, наши планировки зеркально отражают друг друга, так что его ванная и спальня находятся прямо по другую сторону от моей. Я долго принимаю горячий душ, позволяя пару по-настоящему разогреть голосовые связки. Одна песня превращается в пять, и после концерта я чувствую себя удовлетворенной и готовой к новому дню.
Кем этот мудак себя возомнил, хлопая дверьми и используя тренажеры в спортзале с таким самодовольным видом?
— Доброе утро, Кэнди, — я распахиваю дверцу ее клетки. — Как тебе спалось?
Она перепрыгивает через жердочку и наклоняет голову.
— Сегодня точно произойдет прорыв. Я собираюсь писать. Чувствую это, — я плюхаюсь в желтое плюшевое кресло и открываю ноутбук. — Собираюсь писать много, действительно много, и ничто меня не остановит.
Расправив плечи, жду, когда слова дойдут до меня.
Проходит пять минут, и я тянусь за телефоном.
— Мне нужно вдохновение. Вселенная, пошли что-нибудь вдохновляющее.
Я нажимаю на иконку TikTok, надеясь наткнуться на что-нибудь, способное пробудить творческий потенциал.
— Хоккей.
Взмах.
— Хоккей.
Взмах.
— Еще хоккей.
Я издаю громкий стон. Читатели сейчас переживают эпоху хоккейных романов, и я, хоть убей, не могу понять почему. Спорт ведь такой скучный. Мужчины возводят спортсменов на пьедестал, а общество платит им так, словно те нашли лекарство от рака. И за что? Потому что они горячи? Кого волнует, может ли Майкл Джордан забить гол или что он там вообще делает?
На экране появляется уведомление:
BOOKISHBRITTNEY: Когда выйдет следующее творение? Я прочитала все книги и с нетерпением жду продолжения!
Я нажимаю на комментарий, чтобы ответить на него в видео и кладу телефон на стол, нажимая «Запись».
— Я знаю, знаю! Прошло много времени с тех пор, как я опубликовала последнюю книгу, но могу с уверенностью пообещать, что усердно работаю, пытаясь закончить следующую. В последнее время у меня был небольшой творческий кризис, и…
Я останавливаю запись и удаляю видео. Не хочу, чтобы кто-нибудь знал, как сильно я стараюсь написать хоть что-то. Это только подстегнет хейтеров, продолжающих говорить, что моя карьера закончена, потому что последняя книга — отстой. Вот почему я не так часто публикую что-либо в социальных сетях.
 
Бах!
Плечи вздрагивают до самых ушей от хлопка соседской двери. Я резко оборачиваюсь и впиваюсь взглядом в стену, мечтая, чтобы лазерные лучи, мечущие из глазных яблок, могли прожечь его, когда тот пройдет мимо.
И тут появляется идея.
Я прочищаю горло и перезапускаю видео.
— Мой новый сосед — мудак. Имейте в виду, он переехал всего несколько дней назад, но ситуация обострилась довольно быстро. Я сижу здесь, занимаюсь своими делами, пишу следующую книгу, и каждый раз, когда тот входит в квартиру или выходит из нее, он хлопает дверью. И, конечно, двери тяжелые. Можно было бы возразить, что, возможно, у него что-то в руках, и тот не успел вовремя закрыть дверь. Хорошо, без проблем. Но подобное случалось не раз, и это равносильно небольшому землетрясению, когда этот человек закрывает чёртову дверь. Так вот, я хорошая соседка и не хочу начинать новое знакомство с неприятностей. Итак, я решила забить на этот стук и попыталась улыбнуться и поздороваться. Мы ехали в одном лифте, и знаю, он видел меня, но вошел внутрь и полностью проигнорировал, как будто меня не существует. Второй удар, как для соседки. Но я сказала себе, что, может быть, он всегда такой? Ничего не замечает и у него в голове столько всего происходит, что тот в принципе не замечает окружающих людей. До вчерашнего дня.
Я делаю драматическую паузу, прежде чем пересказать вчерашние события в спортзале, объясняя подписчикам, не знакомым с тренажерным залом, что нельзя делать упражнения для бицепсов, пользуясь стойкой для приседаний, если только те не хотят, чтобы их избегало сообщество тренирующихся.
— К концу тренировки я была взбешена, и когда мы подошли к дверям, что-то внутри оборвалось. Я решила дать ему полезный совет по-соседски о том, как не хлопать дверью. Так вот, сосед начал рассказывать, что сквозь стены слышал, как я пою и назвал меня дерьмовым певцом, которым я, кстати, не являюсь. Мама обычно называла меня маленькой певчей птичкой. Так что уверена, он просто пытался вывести меня из себя. И как будто этого было недостаточно, он захлопнул дверь у меня перед носом. Снова!
Я продолжаю записывать видео и смеюсь, рассказывая подписчикам, каким образом решила отомстить ему ранним утренним пением. Да, знаю, это мелочно и незрело, но я так устала от титулованных придурков, подобных ему, думающих, что могут делать с окружающими все, что захотят.
После редактирования записанного, я нажимаю «Опубликовать».
Кэнди щебечет и бросает на меня, предполагаю, проницательный взгляд.
— Не осуждай меня, девочка. Ты убила собственного брата. Не хочу этого видеть это от тебя.
Час спустя я все еще не набрал больше десяти слов, которые в итоге удаляю, потому что это худшие десять слов в истории Майкрософт Ворда.
Телефон жужжит от входящего звонка в FaceTime от Арии.
— Привет.
— О боже! О боже! Твое видео на TikTok становится вирусным!
Мои брови сводятся вместе в замешательстве.
— Которое из?
— То, которое ты опубликовала примерно час назад. У него уже более пятидесяти тысяч просмотров!
— То, что про соседа? — я открываю приложение, чтобы посмотреть, о чем она говорит. — Черт возьми, ты права!
— Это гениальный маркетинг! Люди увидят, что ты писатель и тогда захотят ознакомиться с книгами!
— Это не являлось маркетинговой тактикой. Я просто была чертовски разозленной, опубликовывая видео.
— Сейчас это не имеет значения. Ты должна продолжать публиковать про него. Люди хотят обновлений.
Я просматриваю комментарии, и громкий смех вырывается из горла.