Достичь горизонта (СИ)

— Не ори, люди спят. — глотка пересохла, как Байкал лет пятьдесят назад.
— Кончай ерничать! — всхлипнула моя спутница.
Как оказалось, я мешком свалился в конвульсиях, глаза закатились, а мой истошный вой слышал, наверное, каждый медведь в лесу. Йол испугалась не на шутку. По её «экспертному» мнению, приступов в виртуальности не бывает. Нейроинтерфейс моментально отключает человека, даже с полным слиянием.
— Говорю тебе, это воспоминания. — устало протянул я, лежа на траве чуть дальше от того места, где меня разбило.
— И что ты вспомнил? — не унималась девушка. Глаза её уже не блестели, но я чувствовал, что она до сих пор напугана.
— Да все. Твоя блокировка так себе работает.
— Ну нет. — о! Улыбнулась. — Это невозможно.
— Но это так. — пожал я плечами, садясь и разминая шею. — Давай потом поболтаем. Нам бы ночлег найти или дорогу на худой конец.
— Если звери здесь ведут себя так, как в реальности, то нам нужно побыстрее уходить. — поднялась Йол, озираясь.
— Мертвечина? — блеснул я знаниями.
— Не только. Слышишь?
Насекомых и птиц слышно отлично, ветер едва колышет деревья и кустарники, открытая дверь дома ведьмы скрипит на ржавых петлях. Сумерки сгущаются, а мы черт знает где. За деревьями тьма густая, почти матовая, как космос, только без звезд. Эх, а ведь маленьким я мечтал стать врачом в колониальных экспедициях, но вышел посредственный фармацевт.
— Кай? — отвлекла от мыслей Йол. — Не уснул? Я говорю звуки обычные.
— Ну да, а что такого? Мы же в лесу.
— Балда. — закатила она глаза. — Мы сюда пришли и что услышали?
— Вот же… — до меня дошло.
— Вот-вот! — подняла она указательный палец. — Если старая чем-то отпугивала всю живность, то теперь тем же волкам ничего не помешает прибежать на падаль.
— Или на мой визг. — сглотнул я густую слюну. За один день навоевался вдоволь, хватит.
— Пошли. — хохотнула девушка. — Соберем все полезное и двинем к реке. Там посветлее ночью будет. Или есть идеи?
Я как бы невзначай посмотрел на дом старухи, но тут же отмел безумную мысль. От этого места сильно не по себе. Размявшись, мы нацепили на Йол вещмешок, найденный в чулане дома, подняли мой, забытый в кустах, забили их до отказа всем, что могло пригодиться и просто плохо лежало, вроде каких-то склянок с цветными жидкостями, книг, сушеных пучков травы, и трусцой побежали к реке.
На берегу уже вовсю разошлись насекомые и в большинстве своём светлячки — синие, зеленые, розоватые, нежно-голубые. Они хаотично летали повсюду, освещая зачаровывающий, тонкий мерцающий туман над низиной. Вездесущий гнус забивался под одежду и раздражающе пищал на ухо, не давая сосредоточиться. Быстро разведенный огонь слегка помог уберечься от насекомых, но и отогнал красивых светлячков.
— И что теперь. — задал я вопрос, после того как мы немного успокоились и перестали таращиться на темную стену деревьев.
— Не знаю. Спать нам не обязательно. — тем не менее устало ответила Йол. — Наши нейроприводы работают на износ. Страховочные функции явно отключены.
— То есть…
— Мы не почувствуем ничего, что происходит с нашими настоящими телами. — перебила она, садясь прямо на песок. — С полным слиянием не все так просто.
— Но мозги же устают. — я сел рядом.
— Стимуляторами накачивают. — отмахнулась девушка.
Было тихо. Не могу сказать, что очень, просто ночной лес. Хотя откуда мне знать хоть что-то о «живой» природе. Я родился и вырос в индустриальных районах — повсюду заводы и горы металла, пластика и бетона. Редкие кислородные станции охраняются как военные базы, а именно в них еще присутствует хоть какая-то зелень, пусть и в виде генетически измененных морских водорослей. Земли под ногами у нас не видели уже лет тридцать. Редкие чахлые растения на подоконниках зажиточных трудяг нельзя считать за флору.
Лекции в школе, а после и в университете биохимии немного пролили в свое время свет на познание природы, однако одно дело красочные голограммы, а другое это…
— Йол.
— М. — сонно отозвалась она. Неужели её все-же клонит к морфею? Вон как разлеглась.
 
— А где ты живешь?
— Тебе зачем? — она привстала на локте, посмотрев сквозь глаза-щелки на меня. Тени от костра делали её привлекательное лицо немного пугающим. — После эксперимента мы с тобой вряд ли встретимся.
— Да я просто…
— Тем более у меня дочь, некогда. — снова, собственно, как всегда, перебила меня девушка. — Кай, я отключаюсь. Присмотри тут за всем.
— Стой. У тебя дочь есть? — её слова немного оживили меня. — И муж, что-ли?
— Сатурн умер. — выдохнула она и тяжело засопела. И правда отключилась.
Вот те раз. Чем больше узнаю, тем яснее вижу — все тестеры оказались здесь по своей воле или же вине, как я, к примеру, по крайней нужде. Так или иначе, не простые обстоятельства привели нас в этот мир-иргу. Странное чувство. Я уже ощущаю это место как, пусть иную, но вполне себе реальность.
Примерно в полночь, когда насекомых совсем не осталось, а туман осел, вышел месяц. Да не один! В этой симуляции нас одарили шикарным видом на два не тривиальных спутника — белый как медицинский пластик месяц в зените и зеленоватая почти полная луна едва выглядывает из-за крон деревьев на другой стороне реки.
Звуки больше не пугали. Тени от костра сошли на нет, и я сам едва не задремал. Не от усталости, скорее от нервного напряжения. Дабы немного отвлечься, решил осмотреть трофеи. Возможно, мы нахватали в спешке не мало мусора. Лишний вес сейчас ни к чему. Кто знает сколько нам еще бродить по лесам.
Барахла оказалось прилично. Решил начать с самого в перспективе полезного — склянок. Больше всего было емкостей с красивой искрящейся изумрудной жидкостью, плохонько прилепленная желтая бумага черными чернилами гласила: для размягчения мяса. Больше никакой информации система не давала. Не хватало каких-то навыков. Не беда, я же лаборант!
Пузырьков, похожих на маленькие бочонки, насчитал целых семь, так что попробовать можно. Размягчение мяса видимо связанно с кулинарией, а покушать я люблю.
Покопавшись в сумках, нашел у Йол жесткое соленое мясо, нарезанное полосками. В таком виде его жевать не очень приятно, поэтому я сорвал ближайший крупный лист с высокого куста, положил на него полоску мяса и капнул немного из склянки.
Поздравляем! Вы открыли навык: Зельеварения!
Мясная полоска зашипела, скрутилась в трубочку и завоняла тухлятиной. Хорошо, что я не додумался на палец это капнуть. Ведьма, смотрю, с юмором была. Однако, если взглянуть на ситуацию под другим углом, получается, что старая могла многому научить какого-нибудь травника или даже лекаря. Стало как-то жаль её, не в ту сторону воевала, дура.
Осекся, похлопал по щекам, вернулся в норму. Вот еще я НПС не жалел, совсем крыша поехала. Следующая склянка с жижей, напоминающей сырую нефть и цветом, и консистенцией, угрожающе завибрировала в ладони. Аккуратно положив её на песок этикеткой кверху, я прочел: «для смеха». Учитывая наклонности старухи, это нечто может оказаться очень неприятным.
Конечно я это проверил! Идиот… Отошел от костра метров на пять-шесть и капнул на траву. Ничего не произошло. Вот только когда я закрывал пробочку, маленькая капелька попала на палец… Тьма вокруг сгустилась моментально, как будто свет выключили, я не видел ни костра, ни неба, ни лун, ни земли. Через пару секунд в затылок плотной струёй ударило горячее смрадное дыхание неведомого зверя. Его длинная шерсть щекотала шею, поступь титанических лап сотрясала землю, пусть и скрытую тьмой. Сколько бы я не вертелся, сколько бы ни прыгал из стороны в сторону зверя не было видно, однако я ощущал его прямо за спиной.
Представление не продлилось и пол минуты, но показалось, что прошли все пять. Я чудом не закричал и не описался, вся одежда стала липкой от пота, а дыхание сбилось как после марафона. Полог черноты рассеялся так же внезапно, как и появился. Черт, одну такую штуку я определенно оставлю себе, пользы от нее не меряно, пусть зелье и жуткое. Для смеха, да? Полагаю, со стороны это и вправду выглядит смешно. Бррр.