Земли мертвых (СИ)

Плот неожиданно вздрогнул и слегка ускорился. Селянки с подсветкой стали мелькать по сторонам чаще.
— Рразом! — натужно выкрикнул от рулевого весла кто-то из гридней. Парни налегали изо всех сил, но плот, как привязанный, сидел на середине реки.
Марья быстро посмотрела на меня, а потом начала разгонять амазонок по краям нашего транспортного средства. Вскоре в дело пошла магия, но тоже безуспешно.
Искра молился Эрлик-хану уже в полный голос. Я дважды пытался его вернуть в реальность, но оба раза неудачно. Старик провалился в глубокий транс и даже на пригоршню воды, брошенную в лицо, никак не отреагировал.
— Сохраняем спокойствие, господа! — громко произнес я, — В худшем случае нас ждёт впереди стена или водопад. Вариант с подводным чудовищем считаю маловероятным. Тварь надо чем-то кормить и самим нужно мимо неё пробираться. Как действовать...
— Князь, — внезапно перебил меня Никита, — Кажись приплыли...
Движение снова ускорилось. Пятна света на стенах начали мелькать, как фонари в метро. Один, второй, третий... Прямо по курсу появилось мутное марево непонятной энергии, на ушам резанул странный свист и всё вокруг погрузилось в полную темноту.
— Прибыли, — впервые за несколько минут бешеной гонки, внятно произнёс Искра, — Во плоти... Как и сказано было в великой книге.
— Искра! — я на ощупь нашёл поблизости руку старца. По ней добрался до плеча, коснулся пышной бороды и с размаха влепил родичу мощную пощёчину, — Какого хрена ты тут устроил молебен богу смерти? Ты хоть понимаешь, что мы могли вырубить магическу поддержку мертвяков, если бы не твой молитвенный экстаз?
— Не могли, — хмуро ответил Искра и над его головой загорелся шарик магического света, — Вестник отправил нас на суд своего господина. Это заклятье невозможно отменить или развеять.
— Значит нужно было искать другие варианты, — зло произнёс я, — А теперь что?
Вокруг постепенно становилось светлее. Амазонки поднимали в воздух волшебные светильники, кто-то запалил факел. Особо ситуацию это не меняло. Свет как-будто не мог выбраться за пределы нашего плота. Или напрочь тонул в окружающей темноте.
— А теперь у нас есть три дня, светлый князь, — уверенно произнёс старец, — И за это время нам нужно пройти три шага.
— Вижу, ты не просто так пел хвалебные песни Эрлик-хану, — вздохнул я и неожиданно понял, что име бога смерти продолжает звучать даже после того, как я замолчал. И это было не эхо.
Само пространство реагировало на звук имени местного хозяина. Я увидел, как втянул голову в плечи Искра и мне даже стало немного жаль этого старика. Что-то в нем сломалось в последнее время...
— Что за шаги? — удивительно спокойно спросил Никита. Вот у кого можно было поучиться хладнокровию и выдержке. Десятнику вообще было фиолетово где мы находимся.
— Смирение, принятие и встречу, — ответил старец и неожиданно выстрелил своим светляком далеко в сторону. Красный огонёк пролетел метров тридцать и взорвался ворохом искр. Вспышка осветила пространство всего на мгновение, но этого оказалось достаточно, — Мы в обители бога смерти и нет здесь другой воли, кроме его.
Я всё ещё смотрел в темноту. Слова Искры звучали пугающе правильно и адекватно. Возможно, виной тому был выжженный на сетчатке образ, оставшийся после вспышки.
Маслянистая поверхность стоячей воды. Лысый берег без единого намёка на растительность. И сотни полупрозрачных фигур всех возможных обликов и возрастов на этом берегу. Люди и животные, дети и взрослые, мужчины и женщины...
Для смерти не было разницы. Всех она встречала одинаково и все перед ней были равны. Вот только мы сюда попали не по своей воли. И жадно тянущиеся к нам призрачные руки я запомнил даже лучше, чем дикую ненависть в глазах.
— Это когда здесь только его подданные были, — твёрдо произнёс я, — У них вариантов других нет. А у нас есть!
Дестабилизация смяла пространство вокруг. Навык буквально выжрал в окружающей темноте сферу диаметром в три десятка метров. В неё попал край берега и несколько призрачных фигур. Последние просто исчезли, как марево над асфальтом в ливень.
 
И в это же мгновение наш плот стал похож на плавучую дискотеку. Зажатые со всех сторон густой тьмой навыки отряда разом полыхнули в полную силу. Со стороны берега послышался странный треск и я увидел, как вся толпа призраков развеивается белесым дымом. Комитет по встрече выполнил свою задачу и удалился.
— Правьте к берегу, — произнёс я и сразу несколько гридней налегли на рулевое весло.
— Князь, — осторожно произнёс Прохор, — Может водой пройдём?
— К берегу! — резко ответил я, — Мы не для того сюда так долго добирались, чтобы шататься окольными дорогами и прятаться по кустам.
­— Так-то мы не сюда добирались, княже, — счел нужным высказать общее мнение Никита.
— Это я вам о следующей точке маршрута просто не говорил, — усмехнулся я, — И так Марья целую истерику устроила. А если бы про путешествие в царство мертвых рассказал, то дальше уже гарантированно без нее поехали бы.
— О тебе ведь заботилась, Алексей, — проворчала главная поляница.
— Обо мне, — не стал спорить я, — Но на мне свет клином не сошелся. Зато смотрите сколько мы новых впечатлений получили!
Последний аргумент был не особенно впечатляющим. Судя по взглядам моих военачальников и остальных членов отряда, они готовы были обойтись и без этих самых впечатлений.
— Жаль только до сокровищницы Мёртвых не добрались, — не обращая внимания на реакцию подчиненных, продолжил я, — С картой было бы значительно проще разобраться. А так у нас только сломанный гид остался. Искра!
— Здесь я, светлый князь, — на автомате отозвался старик.
— Если я тебе сейчас горло перережу, что будет? — хладнокровно спросил я.
— К сонму душ блуждающих присоединюсь, — мгновение подумав, ответил Искра.
— А это кто такие? — задал следующий вопрос я.
— Те, что покоя себе при жизни не нашли и смерть дурную приняли, — опасливо косясь на мой меч, ответил старец, — Они на берегу живых стерегут, чтобы на время жизнь свою вспомнить за их счет. Кровью их теплой пустоту в себе заполнить. На берегу стояли…
— Так там же дети да звери в основном были, — озадаченно прогудел Прохор, а я для себя сделал вывод, что воевода тоже очень хорошо успел рассмотреть местных обитателей. Может поэтому и предложил идти по воде дальше.
— А кто, по-твоему, чаще других смерть плохую принимает? — вопросом на вопрос ответил Искра, — Животина простая, дети беспомощные, да женщины безответные.
В этом мире это действительно были самые беззащитные категории живых. Хотя…в моем мире ситуация была не намного лучше. Разве что смертность среди таких жертв была сильно меньше, да и то за счет современной медицины.
— А если в воду сброшу? — задал следующий вопрос я.
— Лучше убей, — спокойно глядя мне в глаза, ответил старик.
— Все настолько плохо? — уточнил я.
— Каждый, кто был, — ответил Искра, — Будет еще когда-то. В детях ли своих, или просто духом в мире. Кто в воды прибрежные царства Эрлик-хана окунется или доброй волей сам выпьет, то навсегда сгинет.
— Интересно… — задумчиво ответил я, — Что еще расскажешь о ближайших окрестностях? 
— Как высадимся, должна где-то изба здесь стоять, — ответил старец, — Там лодочник живет и семья его. Ежели мимо пройдем, то обидеться могут. Надо бы в гости зайти.
Последние слова Искра выдавил из себя с огромным трудом. Словно об этом никто не должен был знать и он выдавал страшную тайну. Несколько секунд я смотрел на своего родича, но тот продолжать рассказ не спешил.
— Но… — попытался помочь Искре я.
— Но от него не выходил никто и никогда, — выпалил старец, — А ежели не заглянуть к паромщику, то дети его тебя гнать до самого конца времен, как дичь двуногую будут. 
— А смысл? — не понял я.
— Что? — удивленно переспросил старик.
— Смысл какой в этом? — повторил я, — Если ты к нему зайдешь, то не выйдешь. А если не зайдешь, то еще хуже будет. Откуда информация? Кто-то из твоих прежних братьев тут бывал уже?