Львёнок, который хотел выжить (СИ)

К моему облегчению, настой уже был допит, и керамический предмет в руках потерял свое тепло.
— Когда мое затворничество закончится, — шепча Леонардо и придвигаясь к нему ближе, я продолжила: — я потребую компенсацию.
Он с готовность согласился, заранее положительно кивнув мне в ответ, и так же тихо уточнил, склоняясь к моему лицу: — Какую?
— Ты мне дашь потрогать хвост?
Лидер на мгновение замер, и неуверенность на его лице сменилась испуганным недоверием.
— Ты хочешь?.. — он был ошарашен предложением и никак не мог договорить до конца свой вопрос, видимо, надеясь на то, что ему послышалось, ну, или как запасной вариант, — это всего лишь таким странным образом проявляется мой юмор, как следствие падения с кровати.
Растянувшись в довольной улыбке, я бескомпромиссно закивала, укладываясь поудобнее на его плече, и продолжала смотреть фильм, не улавливая при этом сюжета.
***
Первым чудом этого утра было то, что я проснулась раньше лидера, а вот вторым и самым главным — что смогла застать его спящим. Леонардо спал на татами животом вниз. Он прижимал к щеке подушку в белой наволочке, уткнувшись в нее лицом, и обнимал заключенный в ткань пух так нежно и бережно, что я невольно взревновала к неодушевлённому мягкому предмету. Но, Свято Боже, я была права в своей «спальной-Лео-теории»!
Подтянувшись ближе к краю кровати, я осторожно свесилась с нее, стараясь удержать равновесие и при этом не заваливаться на правый бок.
Невозможно было не любоваться своим защитником. Безмятежность его сна, ровное и тихое дыхание, чуть приоткрытые губы притягивали к себе взгляд, и еле касаясь кончиками пальцев, я погладила по щеке Леонардо, спускаясь к уголку его рта, который дрогнул в улыбке, и Лео перехватил запястье руки, притягивая к своим губам мою ладонь.
Почувствовав, что соскальзываю с кровати, я только и успела испуганно вздохнуть, но лидер, несмотря на то, что только что проснулся, успел удержать меня от падения и уложить к себе на татами.
— Звездочка проснулась? — он был сонным и сквозь прищуренные веки смотрел так, словно неожиданно поймал подарок, не скрывая при этом своей блаженной улыбки. Прикрыв один глаз, Лео взглянул на часы и улыбнулся в их сторону, как будто был в заговоре со временем, и то подарило ему: — Еще девять минут.
Лидер бережно меня уложил на свое плечо и прижал к груди, зарываясь носом в макушку.
Он снова заключил меня в объятья так, как тогда у нашего места рядом с водопадом, где мы могли часами лежать в зелени травы и мягкой листвы, сплетаясь друг с другом. Поцеловав Леонардо в шею и скользнув рукой по пластрону на открытый бок, я привычно закинула ногу на его бедро.
В груди обнимающего меня лидера зарождался тихий вибрирующий рокот. Прижиматься к нему было подобно тому, как обнимать очень большого и твердого на ощупь кота. Большой палец его ладони стал медленно поглаживать спину, спускаясь ниже к пояснице. Дойдя до края топа, пальцы ловко скользнули за ткань, и ладонь плавно поднималась выше по оголенной спине, сильнее прижимая меня к груди Леонардо. Урчание стало громче и ощутимее. Лео приподнялся на локте, перекатывая меня на спину, и полузакрытые, но потемневшие от желания глаза скользили по телу, вызывая во мне трепет и предвкушение.
Случилось третье чудо. Леонардо наконец поцеловал именно так, как мне того и хотелось за все прошедшие недели. Нежно и требовательно, осторожно, но при этом настойчиво ласкаясь внутри языком, издавая долгожданные тихие несдержанные стоны. Поцелуи перешли с губ на шею, спускаясь к плечу. Лео отодвинул пальцами тонкую бретельку топа, препятствующую его пути, и ткань треснула, безвольно спадая с плеча разорванным обрывком, обнажив для него ключицу, которую урчащий лидер осыпал поцелуями, лаская кожу легкими прикосновениями горячего кончика языка.
Не отрываясь от поцелуев, Леонардо обхватил рукой бедро и подтянул выше к своему боку, поглаживая поверх пижамных штанов. Перекатившись на меня сверху, удерживая свой вес на согнутой в локте руке, Лео, тяжело дыша, оторвался от поцелуя, заглядывая с невыразимой просьбой в глаза, ища в них разрешения. Блуждая взглядом по телу, понимая, что уже не в силах себя остановить, он обхватил губами через ткань топа вершину груди, заставив меня издать слишком громкий стон для спящего дома, но я лишь только сильнее прижала желанного лидера к своей груди. Под его ласками тонкая шелковая материя намокла, он обвел носом напряженный сосок, отчетливо вырисовывающийся под тканью, теплая рука покинула бедро и потянула вверх край топа. Пока постепенно оголялась кожа, Леонардо не спеша проводил языком по телу, поднимаясь все выше к груди и издавая глубокий низкий рокот.
 
Два резких стука в стену заставили его вздрогнуть и натянуть ткань вниз, прикрывая обратно то, что совсем недавно ласкал поцелуями.
— Вырубай электродрель, — рыкнул Рафаэль, увесистыми шагами проходя мимо нашей комнаты. — Вот черт… — казалось, что здоровяк споткнулся, поскольку послышались два глухих удара о соседние стены и затем один звучный «шмяк», от которого завибрировал пол, — котик, прости, чуть не наступил на тебя, — облегченно выдохнул Рафаэль.
— Котик? — издалека донесся голос Майки с нескрываемым смехом, — Рафи, мы с тобой уже двадцать четыре года живем вместе, а ты так ласково обратился только к игрушке, с которой знаком всего лишь месяц! Бро, я ревную! — младший из братьев гоготал во весь голос как раз в тот момент, когда будильник на часах Лео начал издавать пробуждающие трели.
Лидер глубоко вздохнул, пряча лицо на моей груди, нежась на ней.
— Какой ты будешь чай? — пробубнил мне Лео, как обиженный ребенок, которому не дали насладиться мороженым.
Чай? Какой чай? Что такое чай? Ах, чай…
— Ежви… Ежави… Ежуви… Е-же-вика, — сонной я не была, но буквы в голове никак не хотели складывать в слова. Все, что меня занимало сейчас, так это мои ощущения и однозначное упирающееся в бедро свидетельство желания лидера.
Леонардо кивнул, ласкаясь носом о ключицу, и, приподнявшись на локте, заглянул в лицо. И я снова не смогла им не залюбоваться, рассматривая необычайную синеву глаз, два тонких полюбившихся мне шрама на лице, милую выпуклость носа и влажные от поцелуев губы. Он потерся лицом о ладонь, которую я приложила к его щеке, прикрывая глаза.
Действительно как большой ласковый зеленый кот.
Лео встал, а затем поднял на руки и меня, неся в ванную, где, поцеловав в лоб, оставил одну и ушел заваривать не выговариваемый ежевичный чай.
За обеденным столом как раз велся разговор о том, куда мы теперь направляемся. Наш дальнейший путь лежал в Миссури и оттуда через Арканзас в Луизиану, дальше в Техас, через Нью-Мексико в Аризону, и если поиски будут все так же безрезультатны, то отправимся в Калифорнию и после в Орегон. Огромная страна, и в ней мы должны были найти лишь одного, но очень важного для Сью человека. Что будет, когда и в Орегоне мы не встретим Сэма, я старалась не думать. Вероятно, единственным вариантом будет продолжать искать дальше, как и где — неизвестно, но мы должны держаться вместе и не терять надежду, пусть даже если она настолько призрачна и невидима.
— На этот раз нам нужно устроить набег на техническую выставку и найти необходимые для «Тартаруги» детали. Если такими темпами продолжать сжигать топливо, то нам потребуются электродвигатели, способные заряжаться от основного движка и тем самым перенаправлять энергию на вращение колес. — Дони на салфетке расчерчивал схему установки дополнительного оборудования, которое поможет нам экономить дефицитный и, ко всему прочему, еще и портящийся нефтяной продукт.
 
— А до этого, — Майки указывал пальцем на карту, — нам еще нужно заскочить в торговый центр и пополнить запас игр на приставку! — Младший из семейства черепах находил отдушину в этом занятии, но все игры были им переиграны по несколько раз, и ему срочно требовалось что-то новое. О чем он уже второе утро беспрестанно твердил.